Нарисую себе сына

Глава 3

- И как давно вы здесь?

- Вчера зашли.

- А до этого?

- Разгружались западнее по побережью, в Белице. Там мы, кстати, с Арсом и познако…

- А корабль откуда?

- Купили почти рухлядью на Прато. Перегнали в ладменский Радужный Рог и полгода стояли на верфи у моего дядьки. Работали на него днем, а по ночам своим занимались.

- И чем Арс… чем вы теперь на жизнь зарабатываете?

- Чем? На жизнь? Перевозками грузов и пассажиров. Правда, «Крачка» – галеон небольшой и…

- «Крачка» - галеон? Не бригантина?

- Да-а. Нам сказали, на ней раньше флибустьеры промышляли, а потом их…

- Только лишь этим зарабатываете?

- Только лишь… Зоя!

- Что?!

Зача, встав, как вкопанный, обиженно набычился. Люса, воспользовавшись заминкой, наконец, нас нагнала:

- Святые небеса, я в последний раз… так от твоей зеленой курицы бегала. Уф-ф.

- А ты чего застыл? – в ответ подбоченилась я.

- А ты чего мне допрос устроила, как портовая цапля(1)?

- Зача… Пошли. Или я сейчас орать начну на весь порт, и Арс сам наружу выскочит.

- Сумасшедшая, - буркнул, срываясь с места парень. Я, подпрыгнув, понеслась по пристани рядом, лишь стон Люсы за спиной успела расслышать.

В таком темпе мы и домчались до самого дальнего причала. И вот теперь уже встала я – так ведь раньше никогда на корабль… Это, как на чужую землю, в чужую страну, неведомый край…

- Ну, а теперь-то чего?

Да какой же он чужой? Там ведь сейчас…

- Арс, - выдохнула и ухватилась рукой за веревочные перильца сходней. – Зача, а он… О-ой, - корабль, пришвартованный к причалу боком, качнулся. Парень, идущий следом, обхватил меня рукой:

- Что, страшно?

- Угу… Но, не до такой степени, - рука медленно убралась. Я припустила на подъем уже гораздо уверенней.

Кусок широких перил, благоухающих лаком, был гостеприимно откинут, и я, спрыгнув на доски, первым делом осмотрелась: пол как пол, правда, «палубой» называется, прямо по ее центру, у одной из мачт – закрепленная шлюпка. А кругом, вдоль бортов, кольцами смотанные веревки и крупными ячеями, натянутые снасти. Только вот брата среди этого «неведомого края» нет. Зато присутствовали другие. С физиономиями, что хоть сейчас на флаг в перекрестье ножей. А может, этим двоим и команда вместе с галеоном досталась? Тоже по дешевке? И я, трусливо отступив обратно к перилам, даже открыла рот, чтобы данный вопрос Заче задать.

- Зоя! Зоя! Ну, наконец-то! – ух ты! А вот вверх-то взглянуть и не сподобилась: Арс смахнул с лестницы от штурвала и замер с распахнутыми настежь руками. Всего на мгновенье:

- Арс! Как же я по тебе соскучилась! - кинулась я к нему навстречу и сначала с разбега повисла на шее, а уж потом осознала. - Какой же ты стал…

- Длинный? – откинув с забранными в хвост волосами голову, загоготал тот. – Теперь-то тебя со мной точно не перепутают.

- Да вы и не похожи вовсе, - вставил сбоку от нас Зача. Мой брат одарил его скептическим взглядом.

- Арсеньюшка! Сынок! Дай я тебя хоть пощупаю! – только это и успел. – Зача, где у вас тут стол? Давай ко туда вместе с корзиной.

- О-ой! Люса! А мне ведь часто «являлись» твои божественные пирожки.

- Как был богохамцем, так и остался, – вытерла слезы из-под руки Арса женщина.

И как же все славно-то у нас. Душевно и радостно. Будто, собравшись здесь, в этой светлой каюте, под флагом иного государства мы все трое взяли и дружно вырвали страницы из жизненной книги. Все ее, еще не успевшие пожелтеть листы толщиной в четыре последних года - не было их. Нет.

- М-м-м… А и вправду, пирожки – божественны, - Зача, оторвав от потолочного окна глаза, уперся ими в меня. – Ты чего?

- Да так… ничего, - доказательство существующей реальности. Хотя, он-то в чем виноват?

- А-а.

- Ты мне лучше расскажи, сестренка, как все это время жила, - внимательно пригляделся к нам Арс.

- Нормально жила, - пожала я в ответ плечами.

- А сэр Сест?

- Что, «сэр Сест»?

- Он тебя не достает?

- Нет. Сэр Сест вообще дома теперь редко появляется. Так и живет здесь, в порту. И это просто чудо, что он вчера уехал вглубь материка по своим делам. Иначе бы тут уже торчал.

- А и пусть, - зло хмыкнул брат. – На палубу б все равно не поднялся – права юридического не имеет. Что же касается остального… он мне слово дал в обмен на мое.

- Это ты про что, сынок? – встрепенулась Люса.

- Он ведь тогда, четыре года назад, не просто так мне помог, из отеческой любви, а по обоюдной договоренности: я от доли своей наследственной в его пользу отказался. А он мне пообещал, что исполнит свой опекунский долг в отношении тебя, до самого конца.

- Святые небеса! Вот ведь, аспид на наши головы!

- Арс, ты же ребенком тогда был. Как ты мог такие обещания давать?

- Ребенком? – глянул на меня брат. – А за убийство получил бы, как взрослый. Да и свобода, она дороже любого наследства. Я это только тогда понял, когда с кормы «Витязя» последним исчез пик Волчьей горы. Зоя, поверь мне: жизнь за порогом начинается, а не заканчивается. Правда ведь, друг?

- Точно так, - весело подмигнул мне Зача. – А ты вообще чем собираешься заниматься после своего дня рождения?

- Я?! – растерянно оглядела я сидящих за столом. – Не знаю. Прокормить себя и Люсу, смогу и сейчас и без родительских средств. А вот масштабно мыслить… как вы…

- А в Канделверди тебя что-нибудь или кто-нибудь держит? – уточнил Зача.

- Кроме родительского дома и Люсы? – прищурилась я на него. – Не-ет. Наверное, нет… По большому счету, - попыталась и я мыслить «масштабно». На что Арс среагировал расплывшейся в улыбке физиономией:

- Ну так, подумайте тогда обе. Сроку вам – три дня.

- О чем подумать? – дуэтом выдали мы с Люсой.

- О досрочном наступлении твоей самостоятельной жизни, - со смехом ответил мой брат, а потом решил дополнить. – Правда, день назад мне эта затея казалась более продуманной.