Наруто: жизнь с темным настоящим

Глава 8. Обида и встреча с мальчиком волосами цвета вороньего крыла

- Очередное утро объявляется открытым, - вслух пролепетала я, не успев раскрыть глаза. Губы еле двигались. Казалось, утро, вроде выспалась, но в теле такая ломота, а сознание такое уставшее.

Если внимательно прислушаться, затмив остальные органы чувств, например, закрыть глаза, то можно различить в тишине отдаленное щебетание птиц, отголоски играющих детей, счастливых и ничем не обремененных, легкое шуршание на ветру зеленых свежепахнущих листьев, мелодия которых мне, безусловно, нравилась больше остальных. Уже с утра я догадывалась, что матери дома нет, а вчерашняя записка оказалась липовой, просто игрой с чувствами ребенка. Я злилась на нее, моей злости даже не хватало. Я готова была вот-вот выбежать из дома к ней в отряд АНБУ и просто посмотреть в черные, как оникс, глаза и задать ей самый главный вопрос, чтобы получить честный ответ. Но это лишь минутная слабость. Я устало потянулась, ненавистно бросила взгляд на всю комнату, будто не понимая, где я, словно стены комнаты чужие, а потом замоталась с головою всем одеялом. «И как же люди живут без своих родителей? Даже тот самый Наруто. Ведь так его зовут. Сакуре везет: мама, папа – весь арсенал в сборе. Наверно, она самый счастливый человек на планете. А если это так, то почему она грустила, сидя под деревом?» - после этого вопроса она мне вдруг резко стала противна. Нахмурившись своим собственным назойливым мыслям, я направилась в комнату мамы. Около ее кровати красовалась катана: она сверкала в лучах солнца, отдавая серебристым светом, который ослеплял глаза. Это оружие заворожило меня одним своим видом. «Видимо дома забыла, настолько она спешила. Стоит отнести», - но кто бы мог подумать, что на самом деле она его не забывала? Да и если посудить, как может ниндзя забыть о своем главном «доспехе». Но что взять с семилетнего ребенка, не все идеальны, даже самые сильные шиноби. Как никак они тоже люди, у них также есть недостатки, только никто не тычет их носом в эту грязь. Для обычных смертных вроде меня они остаются самыми-самыми, с одними только положительными характеристиками. Моя мама, конечно же, тоже входит в этих «самых-самых», точно так же, как наш Мункаге, а если брать другие деревни, то мне запомнились Намикадзе Минато, Учиха Мадара (который причастен главным образом к войне, в которой пострадали многие деревни, в том числе и люди, не считая моего отца, и тем не менее он тот «самый-самый» сильный, пускай и злой). И вот я ликовала, понимая, что нашелся повод сходить к маме и поговорить с ней. Для нее будет большим изумлением встретить меня там, куда никто не может явиться.

Одевшись как полагается: нежно-голубое пышное платье чуть выше колен, под которым натянуты узкие темные лосины, и две низкие полукосички, привязанные резинками, подаренными мамой, с эмблемой клана Учиха, - я взяла тяжелую катану, не сразу сумев поймать равновесие, и направилась… «А куда идти?» - этот вопрос остановил меня у самой двери. Мункаге! Вот она цель. Он-то точно мне проведает обо всем, что меня заинтересует. Я поместила катану за спину, чтобы она мне не мешалась при ходьбе, да и тащить ее так легче. Для Мункаге было в новинку: я пришла к нему сама, без приглашения. Из дома-то тяжело вытащить, а тут такое дело! Больше всего боязным оказалось то, что вряд ли бы в резиденцию к Мункаге впустили бы обычную девочку без пропуска, ведь он находится в строгой охране несколькими членами АНБУ, его жизнь всегда под опасностью, оно и очевидно почему, ведь многие хотят занять престол главы. К сожалению, в нашей деревне эта тема стала первостепенной. Теперь понятно откуда возникли у Аико идеи борьбы за престол, которые мне даже в голову не приходили, учитывая, что, во-первых, не тот возраст, во-вторых, мне это в действительности не нужно было. Итак, я смогла легко попасть к Мункаге, минуя кипу охранников благодаря прежним женщинам, что в первый день посещения резиденции представились мне, однако их имена были мною позабыты.

- Твоя мама сейчас на важной миссии, но если она сама попросила тебя прийти, - он пожал плечами настолько безмятежно, как будто к нему заходил каждый второй ребенок и просил об услуге связаться с матерью во время ее миссии, чтобы что-то там передать, и конечно, такое легкое согласие меня заставило немного поволноваться и призадуматься, но только лишь на мгновенье, потому что басистый голос Мункаге постоянно отвлекал от слаженной цепочки рассуждения, - то что ж я могу тут поделать. Она находится в лесу, между нашей деревней и Конохой. Ее отряд собирается у камня, заросшего мхом. По пути он тебе должен встретиться. Он один единственный. Идти тебе надо ближе к западу. А теперь ступай и не мешай мне заниматься своими обязанностями, - и торопливыми костлявыми пальчиками мужчина поспешил переложить только в ему известной последовательности тонкие бумажки.

Поклоном я отблагодарила его и побежала прочь, не веря своему счастью, пока глава деревни не передумал о своём мало взвешенном решении. «Глупая девчушка… Очень глупая, но она мне еще пригодится», - злобно ухмыльнулся Мункаге своим мыслям, а я тем временем со всех ног бежала по деревьям к маме. Изредка приходилось останавливаться, чтобы отдышаться, потому что катана от тяжести перетягивала моё тело назад. Этот лес обрел для меня новый облик: он пугал, как пугает несуществующая ведьма детей. И все равно, осознавая, на что я иду и ради чего, меня не страшили ветвистые деревья, которые иногда цеплялись за платье, из-за чего разок оторвался маленький кусок одежды и повис на конце острой веточки. «Главное ногу не поцарапала», - подумала я и двинулась дальше. Как сказал Мункаге, я действительно увидела тот самый камень, но никакого отряда не было. Неужели маленького дитяти обманули и ввели в заблуждение? Немного поводя глазами и озираясь по сторонам, чтобы лучше изучить местность, я приготовилась снять с плеч катану и сделать небольшой привал, заодно привести в порядок мысли и понять, что к чему и как быть дальше. С огромной скоростью, откуда-то из тёмных кустов, в мою сторону полетел кунай, оставивший на плече небольшой порез, из которого мигом хлынула алая кровь. Это был первый раз, первый раз, когда на меня напали, и придется сразиться, одной неизвестно с кем. Неминуемая гибель - это первое о чем я подумала. В такие моменты начинаешь невольно жалеть, что не слушался мать, поступая так, как считаешь нужным. Умей я хотя бы владеть некоторыми техниками, то непременно смогла исчезнуть с места разгорающейся битвы. Но жалеть уже поздно, пора придумывать план и выкручиваться из ситуации. Моя рука потянулась к катане, но вдруг из-за кустов с противоположенной стороны послышался женский крик: «Стойте!»