Нарзан для двоих, или Рецепт позднего счастья

Глава 10. Разговор начистоту или принять решение

Иван Петрович проснулся с новым чувством. Не с привычной готовностью к бою и не с грузом одиночества, а с чем-то легким, теплым и трепетным, что жило где-то под сердцем. Он лежал с открытыми глазами и ловил себя на том, что первая мысль была не о предстоящих процедурах или делах фирмы, а о вчерашнем вечере.

Он вспоминал, как она уворачивалась от Стаса в танце, смеясь, а потом как доверчиво положила руку на его локоть, выходя из шумного зала. Ее улыбку, когда он предложил прогуляться. Ее спокойное «Полностью вам доверяю». И он понял, что ждет сегодняшний день. Не с привычной солдатской выдержкой, а с каким-то мальчишеским, забытым за давностью лет нетерпением. Ему просто очень нравилась Мария. И это было одновременно пугающе и прекрасно.

В это же время в своем номере уже не спала и Мария. Она сидела на кровати, обняв колени, и смотрела на розовеющее небо за окном. На ее лице играла легкая, смущенная улыбка. Она перебирала в памяти вчерашний вечер, словно драгоценные камни: их неловкий разговор со Стасом, внезапную галантность Ивана, тот странный, но такой сладкий миг, когда он спас ее, и их тихую прогулку под звездами.

Ей было приятно. Непривычно, но по-девичьи приятно. Она ловила себя на том, что думает о нем не как об стороннем «Иване Петровиче», а просто как об «Иване». О его спокойной силе, о его негромком голосе, о том, как тепло и надежно было опираться на его руку, когда он вел ее через толпу.

Вдруг ее мысли прервал настойчивый стук в дверь.

—Маш? Ты не спишь? Это я, Жанна!

Не успела Мария ответить, как дверь приоткрылась, и внутрь просунулась растрепанная, но сияющая голова ее соседки.

—Ой, ты уже на ногах! Отлично! — Жанна влетела в номер, словно ураган. — Я, вообще-то, сумочку свою вчерашнюю ищу. Ты случайно ее не забирала? А, вот она!

Она схватила свою вечернюю сумочку со стула и тут же, не сходя с места, принялась с восторгом рассказывать, понизив голос до конспиративного шепота:

—Маш, ты себе представить не можешь, какой вечер был! Этот певец… Олег! Оказался просто потрясающим мужчиной! Мы с ним... — она многозначительно подмигнула, — не в зимнем саду сидели. У него шикарный номер с прекрасным видом, представляешь? Вот это романтика! Провели вместе всю ночь. Кажется, я влюбилась. По-настоящему! Ну, как в восемнадцать лет!

Мария с легким смущением слушала ее откровенный рассказ. Энергия Жанны была заразительной, но такие подробности всегда немного смущали Марию своей открытостью.

—Я очень рада за тебя, Жанна. Правда, — сказала она искренне.

— А у тебя как? — Жанна внезапно присела на край кровати и уставилась на Марию с хитрой ухмылкой. После краткого и скромного рассказа Марии о вечере, Жанна выдала: — Да, я успела увидеть, как вы с твоим генералом танцевали. Ничего так, строго, но с чувством. Он, кстати, молодец, что того придурка Стаса от тебя отшил. Так ему и надо! Только смотри, не упусти своего. Мужики такие, как твой Иван, редкость — не чета этим ветреным артистам.

Мария смутилась и покраснела еще сильнее.

—Да мы просто… прогулялись немного. Он очень вежливый.

— Вежливый, говоришь? — Жанна подмигнула. — Ну, смотри у меня! Ладно, бегу, мне на массаж через пятнадцать минут, а я еще даже не причесалась! Спасибо за сумочку!

И так же стремительно, как и появилась, она выпорхнула из номера, оставив после себя запах дорогих духов, мужского одеколона и вихрь самых что ни на есть положительных эмоций.

Мария покачала головой, глядя на захлопнувшуюся дверь. Смущение постепенно уходило, сменяясь тихой, светлой радостью. Она встала, чтобы собраться на завтрак, и мысленно уже репетировала, как скажет ему просто «Доброе утро, Иван». И как, она надеялась, он в ответ назовет ее просто Машей. Одно это слово звучало в ее мыслях как самая сладкая мелодия.

После завтрака, который прошел без происшествий (Ивана за соседним столиком она так и не встретила), у Марии по графику были нарзанные ванны. Она отправилась в лечебный корпус, все еще находясь под впечатлением от утренних размышлений и визита Жанны.

Раздевшись в предбаннике и закутавшись в простыню, она зашла в указанную ей кабинку №7. Положила вещи на крошечную табуретку и, отвлекшись на мысль о том, не забыла ли она убрать в карман ключ от номера, машинально прикрыла дверь, но старая щеколда, как назло, не защелкнулась.

В это самое время Иван, строго следующий своему расписанию, получил у процедурной сестры свой номер — кабинку №8. Но сестра, отвлеченная звонком телефона, машинально махнула рукой в сторону коридора: «Седьмая свободна, проходите».

Он кивнул и, не глядя, толкнул дверь кабинки №7.

И замер на пороге.

Перед ним стояла Мария. Совершенно голая. Она только что сбросила с себя простыню и собиралась ступить в мраморную ванну, уже наполненную ароматной нарзанной водой. Она была к нему спиной — невысокая, с нежной линией позвоночника, уходящей вниз, к округлым, пышным бедрам и стройным ногам. Свет от лампы над ванной золотил ее кожу и русые волосы, собранные в небрежный пучок.

Маша услышала скрип двери и обернулась. Ее глаза, широко распахнутые от ужаса и неожиданности, встретились с глазами Ивана, в которых читался шок, восхищение и мгновенная, животная вспышка желания.