Нас не существует

Часть 1. Глава 3. Сомнительная затея

За окном текла размеренная деревенская жизнь. Баба Мура веником гоняла с участка отожравшихся ворон, а те лениво перебирались с ветки яблони на покосившееся вбок пугало. Дядя Сережа в растянутых штанах и грязной майке, заложив руки за спину, наматывал круги по улочке — искал нарушения, на которые потом мог бы донести правлению. Три чумазых карапуза с наслаждением бросались в прохожих комьями грязи.

Дом наполнился запахом свежей выпечки. Голодная Наташа сглатывала слюну, но выходить из комнаты ленилась — что называется, приросла к стулу.

«Стоит ли идти в больницу? Если сказанное Киром — неправда, то ничего не потеряю. Ну, посмеется над наивной дурочкой, а после забудет. Но вдруг духи существуют?» — размышляла она, вырисовывая на полях тетради загогулины, которые то напоминали человеческие очертания, то превращались в спирали.

Нового знакомого Наташа побаивалась. Кто он такой? Ему аж шестнадцать лет, он где-то живет и зачем-то приезжает в Камелево. Вдруг Кир самый настоящий убийца или маньяк?

А если его разыскивает полиция? И за обезвреживание дают приличную сумму, которой так не хватает на новые сапожки?

«Ага, конечно, — резко оборвала мечты Наташа. — Уши-то развесила. А заодно он окажется рыцарем, потерянным принцем или бессмертным существом. И за то, что ты не выдашь его властям, увезет тебя на край света».

Впрочем, в книгах случалось именно так. О продранной зимней обуви героини почему-то не задумывались и выдавать злодеев властям не спешили. Никакой осторожности! Ведь герой мог оказаться плохим и ударить даму сердца дубиной по голове.

«Может, взять с собой Диму?» — промелькнула разумная мысль, которую Наташа сразу отклонила.

Тот целый день будет ныть, как ему скучно, и глумиться над доверчивой подругой. Она справится сама. Если призраки — быль, то утрет Диме нос. Если нет — он и не узнает.

— Решено, — вздохнула Наташа, — иду.

Она убрала тетрадку в ящик стола, наскоро расчесалась — кажется, такая прическа называлась «художественным беспорядком» — и переоделась в чистые шорты с футболкой, а затем пошла завтракать на кухню, где уже давно гремела посудой хозяйственная бабушка.

Бабушка Наташе досталась необычная. Во-первых, у Раисы Петровны не было проблем со здоровьем, а если что и болело — она упорно молчала (в отличие от остальных старушек, у которых то ныли колени, то гудело в спине). Во-вторых, передвигалась она исключительно быстрым шагом, частенько напевала под нос новомодные мотивы, услышанные по радио, и была неплохо продвинута в молодежных тенденциях. А в-третьих, Наташа считала бабушку чуть ли не лучшей подружкой.

— Доброе утро, ребенок, — лучисто улыбнулась Раиса Петровна, расставляя перед внучкой тарелки с ароматными блинами, густой сметаной, малиновым вареньем и прочими лакомствами.

— Я не ребенок, — попробовала сопротивляться Наташа.

Бабушка добродушно отмахнулась.

— Пожарили вчера шашлыки?

— Ага.

— И как? Без приключений?

— Да,  — Наташа занервничала. — Всё обычно…

— Могла бы заранее предупредить о позднем возвращении. — Бабушка погладила внучку по волосам. — Я волновалась. Думала, вы ближе к десяти вечера придете, а не пропадете до полуночи. Ничего не скрываешь?

Наташа заелозила на стуле. Бабушка видела её насквозь. Она быстренько умяла блины и, поблагодарив бабушку, унеслась к себе.

День сочился липким медом. Невыносимо жарило июльское солнце, и от этого, словно масло на сковородке, плавился асфальт. Голубизна неба ослепляла. Ветерок если и дул, то чахлый, ленивый. Пузатая стрелка часов едва перевалила за полдень, а Наташе казалось, будто прошла вечность. По хозяйству ей помогать запретили. Дедушка чинил калитку, бабушка прогнала внучку, когда Наташа решила выполоть сорняки, а в итоге выдернула с корнем полгрядки укропа. Дневник не писался, тексты, заданные на лето, не читались.

После обеда забежал Дима. Он, как всегда, ловко перемахнул через забор и подобрался прямиком к окну Наташиной спальни.

Его пальцы выстучали по подоконнику частую дробь.

— Бездельница, прием!

Наташа, завидев темноволосую макушку, боязливо высунулась наружу. Приветствие она пробубнила сбивчиво: вроде бы радостно, но сосредоточенно.

— Айда на речку? - Разноцветные плавки с полотенцем висели за его плечами. — Если хочешь — с ночевкой. Туда ближе к закату наши подойдут, рыбы наловим, ухи сварганим!

— Я… ой... — Наташа замешкалась: откажешься — посыплются лишние вопросы, а согласишься — пропустишь встречу с Киром. — Не смогу. Голова что-то ноет.

Она картинно потерла виски. Врать другу Наташа не любила, да и не умела. Она покраснела как помидор. А Дима, непривычный ко лжи, наивно поверил.

— Значит, проваляешься до вечера в кровати? — с грустью уточнил он.