Нас не существует

Часть 1. Глава 5. Домовой и прочая домашняя нечисть

Утро началось с целой палитры звуков. Справа, за окном, возилась малышня; сверху раздавался топот дедушки. Перекрикивались соседки. Лаяла собака, ей отзывалась другая, вдали. Щебетали птахи. Затарахтел старенький трактор (лет ему было больше, чем Наташе). В Камелево закипала жизнь.

Наташа, не разомкнув век, ворчливо фыркнула и улеглась на другой бок.

Кар-кар.

Придавила голову подушкой.

Трых-трых. Чирик-чирик. Ур-мяу!

Заткнула уши пальцами. Безрезультатно.

— Шмотри, куды преш-шь! Понакупили дребезжалок! — ругалась баба Клава из соседнего дома. Старушка она была крайне ворчливая, и раздражало её всё вокруг. Она намеревалась догнать велосипед, чтобы накостылять его владельцу (о чем кричала во всеуслышание), но тот благополучно смылся. Вдали разносился лишь глумливый звук звонка.

Тын-тын-тын.

На кухне под бурчание радиопередачи гремела посудой бабушка.

«Встаю», — решилась Наташа, потирая глаза кулаками.

Что-то в привычном действии было иначе. Наташа уставилась на длинные царапины, тянущиеся от ладоней аж до самого локтя.

И она всё вспомнила. Непроглядную чащу, звездную ночь, мрачные комнаты. Духа.

Пружины надсадно скрипнули, когда Наташа вскочила с кровати.

— Где же, где же, где же? — как заведенная повторяла девочка, вываливая на пол содержимое рюкзака. То падало и откатывалось во все стороны.

Тетрадь нашлась последней, а в уголке седьмого листка был криво нацарапан «стишок» для призыва домового. Пускай и накарябанный неразборчивым почерком, зато настоящий — не оставалось никаких сомнений. Всё взаправду.

Наташа замерла. Быть такого не может. Ей почудилось! Она и проснулась не у больницы, а в родной постели. Правда, проснулась одетая…

Точно! Кир ее с трудом добудился — Наташа недовольно мычала и пихалась всеми конечностями, — затем проводил до дому, а там она на автомате залезла под теплое одеяло, где и утонула в долгожданных сновидениях.

И что делать с новыми знаниями? Куда их применить?

В комнату прокрался сладковатый аромат Наташиной любимой манной каши. Сдобренной малиновым вареньем, вкусной-вкусной — такую умела готовить только бабушка, потому что у мамы всегда получалась не каша, а сборище комочков. Живот напомнил о себе урчанием. И не оставалось ничего, кроме как переодеться в рубашку с длинным рукавом, спрятать руки в карманы и в кухню.

— Доброе утро.

Меж бровями Раисы Петровны залегла складка.

— Как спала? — В вопросе чувствовалась ирония.

— Как убитая… — ничуть не соврала усевшаяся на привычное место у окошка Наташа. — Чего с тобой, баб?

— Напомни-ка мне, с кем вчера гуляла? — в лоб спросила бабушка.

— С Димой.

Тут-то, по тому, как губы бабушки поджались в тонкую ниточку, Наташа и почуяла подвох.

— Наташ, — Раиса Петровна вздохнула, — Дима приходил вечером и справлялся о твоем самочувствии.

— И что ты ему сказала?!

— Что спишь. — Наташа не успела поблагодарить, потому как бабушка суровым тоном продолжила: — А теперь я хочу знать, где ты разгуливала этой ночью.

— Я действительно гуляла… С мальчиком.

— С каким?

— Вы незнакомы.

Бабушке эти слова не понравились настолько, что даже напугали. Дима — дело одно, они с Наташей дружат с пеленок. Совсем другое — незнакомый мальчишка, после общения с которым внучка юлит да обманывает. И пускай Наташа была исключительно примерным ребенком, но Раиса Петровна не понаслышке знала, как у подростков «срывает крышу». Возраст такой: если любовь, то непременно вечная, тут уж не до голоса разума. Набедокурит её внучка из-за своей «любови», а потом страдать всю жизнь будет.

— Чем занимались? — допытывалась бабушка. Пальцы её сжали кружку с чаем.

Наташа отломила от свежей булки кусочек, скомкала его в шарик и медленно прожевала.

— Ничего особенного, побродили по деревне. Туда-сюда…

— Царапины откуда? — Раиса Петровна цепко схватила внучку за запястье. – Он тебя бил?

— Баб, что за глупости? Мы выводок котят нашли, я полезла их гладить, а на меня кошка как набросится. Друг еле оттащил.

Бабушка вроде и поверила, но допрос не прекратила. Внешность, возраст, поведение, оценки в школе и наличие жилплощади — её интересовало все. А как отвечать-то? Скажешь, что учится на «отлично» — значит, врешь, таких мальчиков не бывает; без особых успехов — разгильдяй, с такими нельзя общаться; средненько — нет понятия «средненького»: или хорошо, или плохо. И везде тупик. У Наташи и так кусок в горло не лез, несмотря на голод, а тут и жевать стало некогда — нужно было придумывать на ходу.