Нас не существует

Часть 1. Глава 12. Быть неприятностям

А Кир обещание сдержал — пришел. В пятницу, когда Наташа вся извелась от нетерпения и надумала миллион причин, по которым друг мог забыть или перехотеть встретиться.

Он, как подобает хорошим мальчикам, постучался, поздоровался с дедушкой — бабушка ушла на рынок — и даже кратко обсудил погоду да премудрости охоты, пока Наташа спешно собиралась. От чая отказался, хотя дедушка трижды предлагал и очень просил, чтобы друзья посидели дома.

«Ага, — думала Наташа, — знаю я такое. Останемся, а в итоге Кир весь день проболтает с дедом о рыбалке».

— Может, завтра на речку съездим? — начал завлекать дедушка.

— Я не… — попытался отказаться Кир, но дедушка и слушать не стал.

— Лодку надувную у соседа попрошу, и мы с тобой часика в четыре утра соберемся и пойдем. Ну? Заодно познакомимся. Ты ж друг Наташки.

— Во-во, — крикнула Наташа, выбирающая между двумя парами футболок. — Он мой друг, а не твой!

— Мы и тебя можем взять, — расщедрился дедушка.

— Ага, щас. В четыре утра. Нет уж, дед, потом порыбачите.

Наташа вылетела в кухню и схватила Кира за руку.

— Идем! — поторапливала она его. — Я развитие событий знаю. Еще минут десять, и до субботы вас не дождешься.

Кир рассмеялся. Дедушка помахал на прощание рукой.

Друзья бесцельно слонялись по деревне. При этом Наташа нервно всматривалась в окрестности и при малейшей схожести чьей-нибудь мальчишеской фигуры с Диминой, уводила Кира подальше. Кир странностей не заметил. Он рассказал несколько случаев, припомнил парочку шуточек русалок и перешел к делу:

— Если есть желание, ночью могу познакомить тебя еще кое с кем.

Наташа довольно закивала.

— Тогда оденься попрактичнее. Пойдем покорять кладбище, — обычным тоном, словно предлагал поход в магазин, уточнил Кир.

Девочка резко остановилась.

— Чего?! — протянула она.

— Не бойся, на нем давно никого не хоронят.

Легче не стало. Картинка вырисовывалась как для фильмов ужасов. Близилась полная луна. Где-то особняком от всего живого стояло старое кладбище с наверняка скосившимися могильными плитами. Опустевшее, забытое и заброшенное.

— Я не знаю даже… — промямлила она. — Не опасно ли туда соваться?

— Нет, а с чего ты взяла? — Кир изумленно вздернул левую бровь.

Наташа развела руками: ей-то ответ казался до неприличия очевидным. По кладбищам гуляют монстры, которые не прочь полакомиться глупыми детишками. Но, наверное, если друг не видел ничего плохого, то плохого и нет.

— И к кому мы пойдем?

Кто в здравом уме станет обитать среди могил? Ясно, что не сказочный рыцарь в серебряных доспехах. А если и он, то изрядно потрепанный столетиями. Сидящий рядом со скелетом верного коня.

— К упырю.

Глаза Наташи округлились до размеров блюдец. По закону жанра после слов Кира небо должно было заволочь тучами, но светило по-летнему яркое солнце. Пели птахи.

— Я не уверена, что хочу видеть упыря. Точнее – я уверена, что не хочу его видеть.

— Почему?

Они подошли к небольшому пруду — по правде говоря, большой канаве, через которую перевесился старенький полукруглый мостик. Кир уселся на проржавевшие перила и свесил ноги к воде. Наташа встала рядом, не спеша с ответом.

— Таш, чего ты? Наслушалась страшилок? — прервал затянувшееся молчание Кир.

— Еще скажи, будто упыри не едят людей.

Под мостом насмешливо заквакали лягушки. Им ответили стрекотом  кузнечики.

— Этот — точно нет, — расхохотался Кир. — У него от них изжога. Он вообще забавный малый. Таш, неужели бы я стал знакомить тебя с кем-то опасным?

— А вытья? — с иронией напомнила Наташа.

— Я не виноват, что ей понравилась именно ты.

Кир подставил лицо палящему солнцу. Да, загар бы ему не помешал. Белый он какой-то, ни грамма загара. Поразительно. Ведь если парень столько времени провел на природе, то мог бы хоть чуточку «подкоптиться». Вот, например, Наташа за одну вылазку на речку в начале лета умудрилась сгореть и два дня пролежать с температурой под сорок. А он по лесам и болотам бегает – и хоть бы хны.

— Хорошо, — сдалась Наташа, понимая, что даже если существо окажется тем еще типчиком, она все равно узнает об этом лишь на практике. — Почему он стал упырем?

— Кто б его знал. Говорит, будто был величайшим колдуном, да оказался проклят злейшим врагом. Не обращай внимания, у него всегда так: если враг, то злейший, если колдун, то величайший, а если женщина, то прекраснейшая. Любит приукрашивать. Я не особо верю его историям, но и не опровергаю. Кто знает, как оно было лет семьсот назад, когда он умер? Не бойся, честно, Веня тебе понравится. Он любит девушек.

«Под майонезом или так?» — подмывало спросить Наташу, но она решила не язвить. А вдруг Кир прав, и жуткий упырь по имени Веня будет не страшнее домового? Или даже смешнее? Тот тоже умело щеки дует, а на деле прячется после каждого запущенного комочка бумаги.

Решено, ночью так ночью. Было б что терять.

— Кир?

—  А?

— А папоротник цветет? — выдала Наташа, покраснев до самой макушки. Очень уж она боялась показаться в глазах друга недотепой.

Кир открыл рот для ответа, но, очевидно, что-то вспомнил и вытаращился на нее так, будто Наташа только что обозвала его.

— Извини… — попыталась оправдаться она.

— За что?! — Друг слетел с перил, едва не угодив в пруд, но сумел приземлиться на траву. — Как же я забыл? Пустая башка!