Нас не существует

Часть 2. Дерево хранителя. Глава 1. Встреча

Туфли натирали пятки.

«Чтоб я ещё хоть раз додумалась надеть каблуки в деревне!» — ругала себя Наташа, тащась по пыльному шоссе с чемоданчиком на колесиках. Тот грохотал, подскакивал на кочках и надоел до чертиков. Но впечатление, будь оно неладно… Произвести впечатление — важнейшая цель, а без каблуков и новенького чемоданчика впечатления не производятся.

Увы, на пригородный автобус она опоздала ровно на минуту, поэтому тащилась до деревни пешком, отбивая ноги.

Два года Наташа стирала из памяти воспоминания о лете, изменившем, без преувеличения, всё. Когда она, тринадцатилетняя девочка, погрузилась в мир духов, русалок и хранителей леса. Началось это в заброшенной больнице, закончилось — на мокрой от дождя станции. А потом Наташа вернулась домой. К маме, одноклассникам и привычной суете. Она пыталась как-то впустить «новую жизнь» в себя. Иногда украдкой звала домового, но тот молчал: то ли не собирался появляться, то ли и вовсе отсутствовал в городских квартирах. Или был один на целую многоэтажку, а при таких масштабах работы — не до бесед.

Осенью она гуляла по парку, который постепенно перерастал в жиденький лесок. Звала хранителей или кого-то ещё, столь же мистичного. Пустота… От Кира — ни известия. За целых два года. Ладно, сам он не приедет, но что мешает передать через бабушку письмо? Отправить весточку? Позвонить?.. Но он молчал, и это было доказательством того, что Наташа позабыта. А их прощание, смешанное со слезами, выветрилось из его памяти. Как и робкие поцелуи, всего два — оба в щечку. И дружба. Ту было жальче всего. На миг Наташа допустила жуткую мысль: с Киром что-то произошло. Но позже отсекла её, ведь что может случиться с бессмертным духом? Они живут столетиями.

Позже Наташа убедила себя: ей привиделось то лето. В ту минуту она четко поняла: она больше не приедет в Камелево. Следующим летом отправилась на море, а дедушка с бабушкой навестили её сами, перед весенними каникулами. И в этом году собиралась отказаться, но мама заявила:

— Как не стыдно, тебя бабушка год не видела! Съезди на недельку.

«Не год, а четыре месяца», — собиралась возмутиться Наташа, но вдруг застыдилась. Целых четыре месяца. Раньше она неслась к любимой бабушке, почти что подружке, сплетничала с ней и обсуждала симпатичных актеров, а теперь… Из-за собственного «сумасшествия» откажется от встречи? Ну, нет.

Кто бы знал, как Наташа выбирала наряды. Словно наряжалась на светский вечер, а не в родную деревню. Лучшие платья, топики, юбки и босоножки на платформе или шпильке. Перед отъездом она накрасилась, завила волосы.

«Зачем? — спрашивала саму себя и себе же отвечала: — Чтобы показать, как я изменилась. Произвести впечатление». Внутренний голосок уточнял: «А на кого ты собралась впечатление-то производить?» Наверное, на Кира. Пусть он видит её и жалеет, что когда-то пренебрег дружбой!

Теперь она, взрослая девушка, брела по дымящейся от жары обочине и спотыкалась на камешках. Должно быть, духи ухахатывались, наблюдая за ней. И с ними Кир.

В сердце кольнуло. Наташа вздернула подбородок. Она сильнее. И пускай духи существуют, но не в её реальности. А она погостит у бабушки ровно семь дней, после которых уедет обратно.

Но табличка с надписью «Камелево» заставила передумать. Наташа долго всматривалась в неё. Табличка стала их с Киром знаком — началом нового приключения и его завершением. Именно на неё они ориентировались, от неё сворачивали в лес и к ней возвращались после прогулок. Наташа заметила протоптанную дорожку, будто здесь частенько сворачивали. И почти сбежала, но предатель-чемодан вильнул и заставил свернуть. Когда носок туфли ступил во владения леса, Наташа признала поражение.

И пошла искать русалок.

Лес, причудливый и сказочный, обступил со всех сторон. В нем и дышалось легче, и звуки звучали ярче, сильнее. Каждый шорох резал слух. Ветер перебирал листву. Тропа извивалась так причудливо, но, между тем, знакомо, что Таша была в полной уверенности: о ней знают. Ждут ли? Вряд ли, но точно не мешают идти дальше. Несколько раз она путалась в выступающих корнях или проваливалась каблуком в вязкую землю, но отряхивалась и продолжала путь. Если дорогу прокладывает Кир, догадывается ли он, куда она направляется?

— Я к Тине с Мариной, — заявила Наташа, тряхнув волосами.

Нет, никто не подал сигнала. Что ж, лучше так. Наташа не впервые ловила себя на мысли, что не представляет, как вести себя с Киром, смотреть в его глаза серо-зеленого цвета, спрашивать или отвечать. Они не поймут друг друга. Что у нее нового? Да абсолютно всё. У него? Лес, статус ученика хранителя и… одиночество? У него достаточно друзей среди нежити, но счастлив ли он с ними? Почему дух привязался к тринадцатилетней девчонке?

Она собиралась назвать его имя, но не смогла. В горле пересохло.

А деревья обступали плотным кольцом. Назад не повернуть — заблудишься меж одинаковых сосен.

Вскоре запахло болотом: чуточку гнилостно и вязко. Наташа отодвинула ветки и увидела озерце русалок. То слева, то справа квакали невидимые лягушки. Валун, стоящий посреди озера, увеличился и напоминал маленькую гору. Не сам же он разросся до таких размеров? Небось не обошлось без хранителей, которые могли вырастить что и где угодно. За два года вода окончательно заболотилась, впрочем, двум подружкам, мурлычущим под нос веселый мотив, это не мешало. Они не видели Наташу, и та показалась сама

— Пташка! — вскрикнула Марина, полная, одутловатая русалка с длиннющей черной косой. В зрачках, затянутых туманной пленкой, зажегся огонек.