Наш домик у моря

Глава 4. Ярослава. Суббота.

Мы медленно идём вдоль узкого прохода поезда, колёса чемоданов глухо стучат по полу. Где-то уже разговаривают пассажиры, кто-то смеётся, кто-то шепчется, хлопают двери купе — звук мягкий, не резкий, как будто поезд заранее просит тишины.
- Арина, тебе нельзя на верхнюю полку! Стеша, стой, я ещё не убрала чемодан! Тимочка, тихо, не плачь, мама сейчас даст тебе соску и планшет. Василиса, бутылка воды в рюкзаке желтом. Нет, не снимай поводок с Рекса, когда сядем, отпустишь! - слышится из одного купе. Суета обычного поезда, моментами это раздражает, но когда долго никуда не выбирался и возвращаешься в эту атмосферу, на тебя нахлынывают приятные ощущения, это всё даже вызывает улыбку, хотя иногда хочется их всех выкинуть из поезда, думаю, это ко мне скоро придет, но пока я буду наслаждаться.

Наше купе. Я открываю дверь, и пространство кажется маленьким, но уютным.
Скоро я буду ненавидеть это место, но пока наслаждаемся.
Четыре полки, столик у окна, занавески аккуратно задвинуты, но палящее солнце все равно пробивается. В купе тушно, очень жарко. Обивка тёмная, чуть потёртая, да уж, видно, что этот вагон многое видел.
Валентин поднимает нижнюю полку, закидывает туда чемоданы, и полка с грохотом закрывается обратно.
В этот момент появляется странное чувство завершённости, что ли. Всё, все вещи внутри, назад уже не нужно. Валери засовывает свой рюкзак сверху, ворчит, что места мало. Только отряхнув руки и радуясь, что закинула рюкзак наверх, он летит и падает прямо на ее голову, Валери теряет равновесие и летит на нижнюю полку позади нее.
- Так, это явно не для меня! Вселенная знаки подаёт. А ну ты, мелкий, лезь наверх.
- Ой, да пожалуйста, дура! Мне вообще плевать куда, лишь бы побыстрее сесть.
Я опускаюсь на нижнюю полку. Матрас пружинит, тёплый, чуть шуршит подо мной. С потолка тихо гудит вентиляция, поезд ещё не тронулся, но уже живёт своей внутренней жизнью. За стенкой слышен смех, где-то в конце вагона закрывается дверь.
Хоть я скоро буду это ненавидеть, но не могу не признать, что именно в такие моменты поезд перестаёт быть просто транспортом. Он становится убежищем, началом дороги, маленькой жизнью между пунктом А и тем самым коттеджем, где нас ждёт ночь без ограничений и лишних мыслей.

***

- Слушайте, я вот не понимаю, что бы вы делали без меня. Кто бы вам эти чемоданы таскал?
- Просили бы какого-нибудь парня из соседнего купе, в чем проблема! Яр, почему у меня такой несообразительный брат?
- Да-да, Леруся увидела бы какого-нибудь парня лет 17-40, попросила бы убрать чемодан и лечь в ее койку.
- Что ты несешь?! Какую койку? Какие 40 лет!!! - Схватив пачку влажных салфеток, они тут же полетели с нижней полки в лоб парня на верхней.

- Несу чистую правду. - Приложив руку на сердце и опустив голову, возвышенно произнёс Валентин.
- Когда такое было?!!
- Ладно, может и не было, но я уверен, что будет.
- Ах ты у нас экстрасенсом устроился! Так может к кому-то в купе зайдем и расскажем твою историю с Альбиной, или в конце концов хотя бы Ярославе расскажем, а?
- НЕЕТ!
- Яр, а ты в курсе, что…- Бумеранг не заставил себя ждать, и в лицо Валери вернулась та же самая пачка салфеток. - Придурок, я же сейчас поднимусь к тебе!
Чувствуя, что наша уютная поездка идет не в то русло, а в сторону разборок братьев и сестёр, я понимала, что нужно принять хоть какие-то меры.
- Может, в шахматы?
Вал и Валери тут же остановились и обернулись на меня с удивлёнными и непонимающими взглядами.
- Ты взяла с собой шахматы? - осмелилась неуверенно спросить Валери. - На закрытую вечеринку в коттедже шахматы?
- Нет. Просто нужно было вас как-то удивить. Я хотела предложить в покер сыграть. Может, в покер?
- Я за, может, на желание? - с ехидной улыбочкой поинтересовалась блондиночка.
- Я тогда тоже играю, только чтобы тебя порадовать, сестренка. - Вал и Валери лишь лицемерно-мило друг другу расплылись в улыбке.
Валери включила какую-то песню, я сразу ее узнала, а Вал узнал автора песни.
- Земфира? Серьёзно? - спросил он.
- Да, она добавляет атмосферу в поезд.
Начался припев, и мы дружно запели с подругой, попутно разгадывая карты.

Случайно падали звезды
В мои пустые карманы
И оставляли надежды.
Мои колени замерзли,
Ты был счастливый и пьяный,
И что-то важное между.
Нарочно падали звезды
В мои пустые карманы
И оставляли надежды.
Мои колени замерзли,
Ты был счастливый и пьяный,
И что-то важное между.

Солнце бьёт прямо в окно, яркое. Лучи ложатся на столик, на карты, на руки. За окном уже не платформа - мелькают дома, заборы, деревья, и поезд наконец-то едет по-настоящему.
Валери роется в своей сумке

- Так, - торжественно говорит она, - спонсор сегодняшней поездки объявляет перерыв на счастье.
Она ставит на столик три банки колы, холодные, с каплями воды, и сразу становится уютно, по-домашнему. Щёлканье открывающихся банок звучит особенно громко в тесном купе.
Следом появляются сладости: какие-то жевательные конфеты, шоколад, печенье в яркой упаковке. Валентин тут же тянется за шоколадкой.
- Даже не думай, - мгновенно реагирует Валери. - Сначала игра. Обжора.
- Ты жадная, - бурчит он, но руку убирает. Ах да, он был бы не он, если бы после этого не показал неприличный жест сестре, на что так сладко улыбнулась.
Карты ложатся на стол. Мы играем в покер. Не всерьёз, без денег, просто на интерес (и на право забирать сладости). Я держу карты, чувствую их гладкую поверхность и ловлю себя на том, что улыбаюсь. Всё кажется очень правильным: поезд качается, солнце слепит, кола шипит, за окном лето.
Меня никто не контролирует, не выбирает, что я буду и должна делать.
- У меня точно хорошая рука, - уверенно говорит Валентин, хотя по нему видно, точно блефует. Я делаю вид, что верю обоим, и Валу, и Валери. Делаю ход.
Мы смеёмся, спорим, кто-то проигрывает и с показным страданием отдаёт конфеты. Купе наполняется голосами, шорохом карт, тихим стуком банок о столик. Нашим беззаботным и свободным смехом. Поезд мягко покачивает, издает соответствующий звук.