Наш любимый гербарий

Глава 6. Боже храни Императора

   – Постановление Министерства Здравоохранения Эй-ландии номер сто пятьдесят два, – ответила Маша на вопрос Петрищенко. Как всегда, точно и лаконично.

   Наша бывшая преподавательница по ботанике была вынуждена сегодня заменять у моей группы предмет с витиеватым названием «Организация и управление фармацевтической деятельностью». Она с явной тоской смотрела в окно и не особенно внимательно слушала наши ответы, иногда и вовсе с отсутствующим видом. Похоже, этот предмет был ей настолько же интересен, как мне.

   Закончив устный опрос, Петрищенко раздала каждому из нас тесты, а сама достала телефон, таким образом предоставляя нам карт бланш на списывание.

   На перерыве Таня вышла из кабинета. Её место тут же заняла Маша и сразу пустилась с места в карьер:

   – Итак, Ромашка. Кирюша мне всё рассказал.

   Я вдруг почувствовала холодный, липкий комок страха, быстро сворачивающийся в желудке. И злость. Какого черта, Кирилл?!

   – Я в курсе, что вы столкнулись в кафе, – пояснила Маша. Страх уступил место облегчению. Фух, всё-таки, Киря поверил мне. – Хочу знать, о чём вы говорили. Чем он увлекается? Какая музыка нравится? Есть ли у него девушка?

   – Эй, эй, полегче, – я подняла руки в успокаивающем жесте. – Я его только на выходе увидела, просто спросила, понравилось ли ему пение солистки. Откуда у тебя такой интерес?

   – Я ведь говорила, – напомнила Маша и красивым движением откинула тяжёлую косу за спину. – Нравится он мне. Я, кстати, уже многое разузнала о Ромашке. Было довольно сложно, ведь во всех мессенджерах он закрыл страничку. А к слову, расскажи, как тебе удалось добавиться к нему в друзья?

   Я постаралась контролировать мимику и дыхание, чтобы ничем не выдать вновь проснувшееся волнение. Казалось, что сама Вселенная была против нас с Ромой. Как ещё объяснить то, что мы постоянно сами себя дискредитируем? И почему мы с Ромой не продумали никакой легенды заранее, а просто надеялись, что не спалимся? Эх, дураки.

   А Маша оказалась тем ещё сталкером.

   – Ой, точно, – рассмеялась я и почесала макушку, судорожно придумывая что-нибудь правдоподобное. – Я просто научку по ботве пишу, вот он меня и добавил. Чтоб доступ к некоторым документам его открыть.

   – Это поэтому ты постоянно захаживаешь к нему в кабинет?

   Я активно кивнула, прежде чем вообще подумала над её словами.

   – Ха-ха, ты следишь за мной?

   – Нет. Я слежу за ним, – честно ответила Маша. Она странно смотрела на меня, будто подозревала в чём-то, но обвинить прямо не могла. – Что ж, спасибо, Вась. Теперь я знаю, что буду делать.

   Она вскочила на ноги и пересела на своё место, оставив меня в растерянности. Зависнув в прострации на долгие минуты, я не сразу заметила, что Таня уже вернулась. Петрищенко села за преподавательский стол, положила на край папку с бумагами и очень, очень тяжело вздохнула.

   – И не говорите, – понимающе шепнула я. Преподша добродушно рассмеялась и, отмахнувшись от меня, начала обсуждать результаты наших тестов.

   До конца пары было ещё полчаса, а мы уже всё сделали. К сожалению, Петрищенко отказалась отпускать нас пораньше, так что мы все просто просиживали штаны в ожидании перемены.

   – Кстати, а вы уже в курсе про приезд Императора? – поинтересовалась Петрищенко.

   – Так он всё-таки приедет? – подал голос Киря.

   Слухи ходили давно. Вроде как ещё в сентябре Император Эй-ландии должен был посетить наш университет с какими-то загадочными целями. Только вот приезд Солнцеликого всё откладывался и откладывался, так что мы уже думали, что его отменят вообще.

   – Да, причём уже совсем скоро, – кивнула Петрищенко. – Будем с вами убираться в кабинетах и репетировать вопросы, которые вы зададите Императору перед камерами. Ну, на лекции декан вам всё расскажет.

   Нам и впрямь всё рассказали. Декан, тучный и неумолимо лысеющий мужчина, всё разложил по полочкам. Сначала было очень смешно, когда декан объяснял, насколько это великая честь, принимать Императора в стенах нашего университета. Потом появилось небольшое напряжение, когда стало понятно, что нам реально придётся в ближайшие дни побыть рабочей силой для уборки и украшения кабинетов, в которые Солнцеликий теоретически может зайти. А после того, как старостам раздали небольшие списки вопросов и приказали распределить их по группам, я почувствовала глухое раздражение и окончательное разочарование в системе.

   Забавно, что Императора и впрямь звали А.В.Солнцеликий. Кто-то критиковал его политическую систему, кто-то поддерживал, но обе стороны в своей аргументации ссылались на поразительное умение Императора переливать из пустого в порожнее. В его интервью, встречах и выступлениях воды было больше, чем в воде. Как ни странно, обычно в итоге это играло Эй-ландии на пользу.

   Лично я мало интересовалась всем, что не касалось меня или моего окружения. Но подобное отношение руководства универа к Солнцеликому, паника вокруг его приезда, куча лишних действий – это меня касалось самым прямым образом. Декан напомнил, чтобы мы не смели появляться в стенах ЭйГМУ без халатов и сменной обуви, и чтобы тем более не бродили в халатах по улице. А также очередной раз объяснил, насколько же нам повезло иметь возможность увидеть Императора воочию.

   – Бред какой-то, – пробурчала я себе под нос, расставляя колбы на столе от меньших к большим. Для эстетики, видите ли. Ну, по крайней мере, мне не достался никакой заготовленный вопрос Солнцеликому.

   – Да, но нас хотя бы с фармы сняли, – пожала плечами Таня и шумно опустила стопку справочников по растениям на край стола. Пробирки и склянки задрожали и зазвенели из-за лёгкого столотрясения. Справочники были книгами огромными и тяжёлыми, и я могла лишь поразиться тому, как тоненькая Таня донесла столько штук за раз.

   Препод по фармакологии остановился в другом конце длинного кабинета и в задумчивости взирал на одну из полок, на которых стояли большие цилиндры с цветными подставками. Ещё поразмыслив, он переставил цилиндры местами, чтобы две красные подставки оказались по краям композиции.