Наш новый учитель – Дракон

Глава 7

В предутренний сон ворвалось дребезжание звонка. Я съежилась и торопливо натянула на плечи тонкое одеяло.

От заунывного звука на душе делалось тошно. Я спешила воспользоваться последними, самыми сладкими минутами сна до того, как в него ворвется скрипучий голос классной дамы.

Дортуар наполнился привычными звуками. Грохнула заслонка печи: служанка подбросила угля. Заскрипели кровати, кто-то тоскливо, с подвыванием зевнул. Стукнуло, потянуло свежестью – открыли форточку.

Ух, как не хочется вставать в зябкий холод!

– Барышни, подъем! – громко объявила классная дама. – Быстро, быстро!

– Почему так рано? – запротестовала Лиза. – Еще шести нет!

– Благодарите магистра Шторма, – ядовито ответила Розга, которой, видимо, тоже пришлось встать раньше обычного. – Он решил каждое утро проводить у вас гимнастику.

Что?

Я подскочила, как ошпаренная. С соседней койки приподнялась растрепанная голова Тары.

Безжалостные руки Розги сдернули с моей подруги одеяло.

– Вы должны быть во дворе в шесть тридцать. Поторапливайтесь!

Вот так новость!

Бормоча сквозь зубы проклятия магистру, который лишил нас целого часа сна, девушки, пошатываясь, плелись в умывальню.

Только начало светать, за окном серело мглистое, неуютное утро.

Брр!

В умывальню мы выходили лишь в чепчиках и тонких рубашках, вода из медных кранов бежала чуть теплая.

Обычно тут бывает шумно, девушки шалят, брызгаются, рассказывают друг другу сны, даже уроки повторяют, но сегодня все двигались, как полумертвые мухи.

Я спросонья рассыпала коробку зубного порошка, Тара уронила мыло, оно укатилось так далеко, что найти не удалось.

– Девушки, теперь что, каждое утро так будет? – расстроилась Хельга, которая больше всего на свете любила две вещи: поесть и поспать.

– Да, каждое утро, – злорадно подтвердила Розга. – И в дождь, и в снег, и в холод.

Мы торопливо закончили умывание, еще быстрее причесались и начали одеваться, как на прогулку: платье, пелерина, тонкие осенние плащи.

Я не могла найти ботинок. Первый – вот он, стоит в углу под обувной стойкой, где я его обычно и оставляла, но где второй?

– Не видели мой ботинок? Левый? С зелеными шнурками? – приставала я к подругам, начиная сердиться.

Стойка опустела, но ботинок так и не нашелся. Это было до невозможности странно. Куда он мог деваться?

Неужели кто-то решил пошалить и спрятал его?

Я искоса глянула на Адриану, та ответила мне холодным взглядом.

Ну, в такой мелкой пакости даже ее стыдно подозревать. Наверное, это Лиза-подлиза, или хулиганка Ровена, но как докажешь?

Раздражение нарастало. За потерю ботинка попадет именно мне. Как искать виноватого? Розга уже строила нас выходить.

Тогда я быстро сообразила: достала из тумбочки домашние туфели, которые прислала мама. Она сшила их сама. Из плотного войлока, высокие, на шнуровке, с подошвой из толстой грубой кожи. В нашем родовом замке полы ледяные, только в такой обуви и можно ходить. Выглядели они ужасно. Я никогда не доставала из их тумбочки, как бы холодно не было. В классах мы ходили в обычных тонких туфлях из сукна.

– Элидор, что за кошмар у тебя на ногах? – ужаснулась Адриана – громко, чтобы все слышали. – Крестьянские чуни?

– Ха-ха-ха! – разразились угодливым смехом ее прихлебалы. – Элидор ходит по новой моде. Называется «лапы дохлого медведя»!

– Зато тепло, – огрызнулась я.

Нас вывели в мощеный квадратный дворик за задней стеной.

Магистр Шторм уже ждал там, бодрый и суровый. Сегодня он выглядел именно так, как и должен боевой маг-гвардеец. Побрился, причесался, почистил камзол и надел длинный кожаный плащ с нашивками.

Мы выстроились перед ним, сделали реверанс. Дрожа от холода и поглядывая на магистра с ненавистью.

Шторм, казалось, холода не чувствовал. Плащ был расстегнут, ворот рубашки тоже, шейный платок он и вовсе не повязал.

Магистр прошелся вдоль ряда, недовольно насупясь.

– Почему вы так одеты? Где ваши гимнастические костюмы? – рявкнул он.

Тара подняла руку.

– Ну?

– Магистр Шторм, у нас нет гимнастических костюмов, – бойко объяснила она. – Мы оделись, как обычно.

– Нет костюмов? Нет штанов? – нахмурился он.

– Конечно, нет! – изумилась Тара. – Девушкам не положено носить штаны.

– Вы делаете гимнастику… в этом? – он брезгливо кивнул на наши длинные юбки и тонкие ботинки с каблучками.

– Гимнастику у нас проводили два раза в неделю в прошлом году. Для танцев такие наряды удобны, – пролепетала обескураженная Тара.

– Ясно, – поморщился Шторм. – Вы, поди, еще и в корсетах?