Наша любовная история

неожиданный поворот

— Да не выкай ты, — поморщился Костя. — Вот культурный нашëлся! Давай по-простому. Ну да, приглашаю. Если у тебя кто есть — сразу говори. А если нет… Я не обижу. Не хочешь за город — не надо, хочешь в тир? Там мягкую игрушку запросто выиграть можно. Хочешь, я тебе хрюшку выиграю?

  — Нет, не сердитесь… То есть не сердись. Я из игрушек немножко вырос.

  — Рассуждаешь прям как взрослый, — снисходительно усмехнулся Костя — Восемнадцать тебе есть?

 Миша как-то уныло вздохнул, аккуратно вытер пальцы салфеткой и выташил из сумки паспорт.

 — Если я скажу, вы, скорее всего, не поверите, поэтому… Как бы вот…

      — Тимофеев Михайл Николаевич, — с чувством прочёл Костя. — Тысяча девятьсот девяносто первого года рождения! Ух ты! В смысле… — опешил он. — Сколько-сколько? Это тебе… Вам… Тридцать, что ли… Тридцать лет?! – с недоумением спросил Костя.

  — Выгляжу моложе — я уже в курсе, — невесело улыбнулся Михайл. — И не сказать, чтобы очень от этого был счастлив. Сосед до сих пор спрашивает, в каком я классе.

  — Но… А если… Ну, как бы… - запинается Костя.

— И к тому же я бета. Это тебе вообще ни к чему. Вот, кстати… — и из того же рюкзачка появилось несколько купюр. — За хлеб-соль, как говорится. И за занимательную беседу. А леденец себе оставь — я обойдусь. -улыбнулся Михайл.

  Костя так и остался сидеть с открытым ртом, провожая стройную фигуру.

  -Тридцать лет, офигеть. – прошептал Костя.

  Михайл Николаевич, для родителей — Миша, торопливо шёл через сквер. То ли смеяться, то ли всплакнуть. Когда Мише было 18, его на фильмы для взрослых не пускали. Папа всегда жизнерадостно улыбался и говорил, что Мише повезло. Беты редко красивыми бывают и замуж выходят лишь за вдовцов с детьми, чтобы отцам на нянек не тратиться. Мише и в этом плане повезло. Жених уже нарисовался, и без довеска, и даже при деньгах. Рыхлый, конопатый — всё ручонки загребущие тянул и губы слюнявые трубочкой вытягивал. При папе чинно себя вёл, но, стоило наедине остаться, тут же облизывать лез. Женя бы в жизни его к себе не подпустил, но папы в такой оборот его взяли, что ему ничего не оставалось, как встречаться с Альбертом. Родители такую партию упускать не хотели — будущий свëкр владелец банка, так что сыночек его, Альберт, платиновыми часами с крутым телефоном всё блестел, завлекая.

  У парня, который только что Мишу пирожками накормил, часов вовсе не было и телефон битый. Но тоже себя крутым считал. Игрушку ему выиграть, ха-ха! Небось сам до сих пор детские машинки в коробке под кроватью прячет. И глаза в последнюю минуту такие растерянные стали, будто действительно игрушку отобрали. На байке с ним, наверное, круто прокатиться, обнимая мускулистый торс. Женя мечтательно улыбнулся и взвизгнул, когда крутой байкер Костя вдруг выпрыгнул из кустов.

  — Слышь, это… Дай ещё глянуть?

   — Чего? — испугался Миша.

  — Ну… паспорт. Может, там ошибка какая…

  — Нет ошибки — клянусь папой, — еле сдерживая смех, Женя прижал руку к груди. — И в роддоме меня не подменили. Тридцать лет, как есть. Извини, если расстроил. — И, аккуратно обойдя растерявшегося Костю, продолжил идти по своей дорогое.

  — А я чего подумал… Ну десять лет всего, подумаешь! Зато тебе не надо после мультиков спать ложиться. Можем прогуляться.

— В тир? — уточнил Миша. — Я не люблю фиолетовых свиней. И зелёных зайцев тоже, на всякий случай.

— Вот и я думаю, чего нам в тире делать? Поехали на пароходике кататься? Закат, вода, шампанское… что-то там ещё… Помню, как с дедом первый раз катался. Я мороженое на палубе ел, а на берегу жмурика из воды вытаскивали.

— Кого? — с недоумением спросил Миша. — Водяного, что ли?

— Утопленника. - усмехнулся Костя. - Пойдём, вдруг ещё выловят? Позырим.

У Миши глаза стали как тарелки. Может, есть булки с альфой и было здорово, но идти с ним на свидание как-то не особо хотелось. Ситуацию спас телефонный звонок.

— Папа, — обрадованно выдохнул Миша. — Я забыл совсем, что мне срочно домой нужно. Прости, но свидания не получится. Поверь, я тоже расстроен — никогда утопленников вживую не видел. В смысле вмёртвую. В следующий раз, хорошо?

Костя скис окончательно. Хотел предложить его домой проводить, но Женя сделал страшно деловое лицо, приложив палец к губам, и в телефон, как утопающий в соломинку, вцепился.

— Миша, немедленно домой, — шипел в трубке папа. — Альберт приехал, а тебя где-то носит. Он хочет пригласить тебя на дачу, и я уже дал согласие.

— На дачу? — растерялся Миша. — Я не хочу…

— Ты бы видел его дачу, Миша! Он мне фотографии показал! Букингемский дворец!

- Папа…

— И слышать ничего не хочу! Я уже собрал тебе сумку. Хватит вам за ручки держаться. Пора уже по-серьëзному, понимаешь, о чём я? По секрету скажу, что он собрался делать тебе предложение, так что можно уже.

— Папа, я не приеду, — неожиданно выпалил Миша. — Меня уже пригласили… на дачу. Мой любовник. Мы едем за город и… и извинись за меня, пожалуйста.

Слушать вопли отца он не стал, отключил телефон и развернулся.

— Эй! Что ты там про закаты говорил? – повернувшись к Косте сказал Миша.