Наша любовная история

расставание

Щёки горели от двух пощёчин и хотелось сбежать в ванную — прижать к лицу влажное полотенце, но Миша не двигался. Сидел прямой, как палка, и невидяще смотрел перед собой. Папа рядом картинно ломал руки:

— Как же так, Миша? Разве так я тебя воспитывал?

  Альфа-отец из угла сверкал глазами, а рядом зло раздувал ноздри Альберт. Миша не ожидал увидеть его тут. Он сам открыл дверь, когда Миша вернулся. От неожиданности Миша отпрянул, но был схвачен за руку и втянут в квартиру. Пощёчины ему отвесили прямо у двери. Миша, на которого ни разу в жизни руку не подняли, от такого приветствия впал в ступор и послушно дал притащить себя в комнату, где его швырнули на диван. От папы сильно пахло корвалолом, и он судорожно заламывал пальцы.

— Сына — простонал он, но Альберт не дал ему договорить.

— Я был готов для тебя на всё, — тяжело дыша, проговорил он. — Я мотался сюда, глупости твоих родителей слушал, чай ваш мерзкий литрами пил, а ты! Ты, шлюха, всё это время трахался на стороне.

па при слове «шлюха» нервно дёрнулся, но Альберт на него внимания не обращал. Смотрел на Мишу полными ярости глазами и кулаки сжимал. Миша думал, что его опять ударят, но Альберт неожиданно опустил руки.

— Но я готов тебя простить. Я слишком сильно люблю тебя. Попросишь у меня прощения на коленях, и мы сейчас же едем ко мне.

— Тебе, наверное, и раньше этого хотелось, — засмеялся Миша. — Крутой богатый мальчик! Все омеги мечтают за тебя замуж выйти, один я всё нос ворочу. Небось спишь и видишь, как после свадьбы отыграешься. А я, осчастливленный, должен буду с радостью тебе ноги целовать.

— Ты не понял? — взвизгнул Альберт. — Я готов тебя простить!

— А я не прощу… Себя не прощу, если соглашусь стать твоим. Сегодня ночью я был с невероятным мужчиной. И даже если меня заставят выйти за тебя замуж, я всегда только его на твоём месте представлять буду.

Ещё одна пощёчина опрокинула его на спину. Альберт затрясся. Снова замахнулся, но Миша выпрямился.

— Бей. Ты имеешь право. Я перед тобой виноват. Да, обманывал… Я долго слушался родителей, но теперь я прозрел.

— Изменил мне и прозрел, — зло засмеялся Альберт. —Я не знал, с какой стороны к тебе подойти, а надо было сразу переспать. Выглядишь как ангел, а на деле…

Он отряхнул руки, будто испачкался, и стремительно вышел, шарахнув дверью. Через полчаса с небольшой сумкой из дома вышел и Миша. Теперь, помимо горевших щёк, ещё и уши пылали.

— Уходи, — отец вытянул палец в сторону двери, где только что скрылся его несостоявшийся жених. — Распутнику в нашем доме не место. Вернёшься, когда поймёшь… Когда прощение у Альберта вымолишь. Если понадобится, то на коленях. Этот святой человек согласился взять тебя, а ты…

— Этот святой человек только что и вас оскорблял.

— Я могу его понять. А вот тебя! Мы растили тебя воспитанным и порядочным человеком, а получили… Теперь мне понятны твои постоянные задержки по вечерам. Дополнительные занятия! Вот как это теперь называется!

— Папа, я не врал! — взмолился Миша. — Я с Костей только вчера познакомился.

— Ещё лучше! Отдаться первому встречному! Альберт прав — ты обычная шлюха.

Миша в отчаянии взглянул на папу, но тот сморкался и прятал глаза. И Миша встал.