Наше лето

Глава 2

Когда я говорила, что мы с Толей вместе с самых пеленок, не врала ни секунды . Наши мамы познакомились в роддоме после нашего рождения. А через два месяца мы стали соседями. Совпадение или так судьба распорядилась, я не знаю. Но с тех пор мы с Толиком неразлучны.

—Олька, это ты? —Кричит из кухни мама, как толко я хлопаю входной дверью. В воздухе витает запах горелого теста, что означает мама в очередной раз тестирует новый рецепт выпечки. В последнее время она ударилась в кулинарию, насмотревшись передачу с Ивлевым, и с тех пор от этого страдаю я и иногда Степка за компанию.

—Я, конечно. А ты кого-то другого ждала?

Бросив на тумбу сумку, я скидываю по очередности свои потасканные жизнью кеды и иду в ванную. На улице такое пекло, что я чувствую, как моя кожа слипается с одеждой. Поскорей бы на море. Вот там то любая жара нипочем. Мы со Степкой уже все решили. Как только закрываем сессию, в этот же день отчаливаем. Ехать чуть больше суток, но это ни что по сравнению с конечным результатом. Это будет первый совместный отдых вдвоём. Во все предыдущие каникулы нас либо отправляли в деревню к моей бабуле, либо вывозили заграницу и оставляли на попечение младшую сестру Толи. А там любой отдых адом покажется.

После душа вхожу на кухню, где мама вовсю пытается выветрить запах гари. На тумбе рядом с раковиной стоит противень, из которого торчит обугленная корочка, а чуть поодаль банка с вишневым компотом. Понятно, все-таки пирог. После развода с отцом, она все время что-то практикует. То рисует, то ходит на фитнес танцы, затем йога, плавание, маникюр на дому, картины по номерам. Теперь вот кулинария. Иногда мне страшно приходить домой. Вдруг она в космос соберется или в дальнее плавание. Я уже ни чему не удивлюсь.

—Подгорел немного—виновато улыбается ма, проследив за моим взглядом.

Кажется, это пятый по счету за неделю.

—Ничего страшного, ма—улыбабсь ей —Я в столовой поела. Если что, пожарю яичницу.

Мама стирает со лба невидимый пот и, отодвинув стул, садиться напротив.

—Никудышная я у тебя. Ни готовить нормально не умею, ни дом в уюте поддерживать. Не зря от меня твой отец ушел.

—Ну что ты такое говоришь—хмурюсь я, взяв мамину ладонь в свою. Мама смотрит на меня, едва заметно приподняв уголки губ вверх, но во взгляде все то же отчаяние, все та же грусть. —Ты у меня самая мировая мама на свете.

—-Ага, мировая. Кормлю тебя чем попало.

—Я не жалуюсь. К тому же мне не помешает похудеть перед поездкой на море. Кстати, Толик сегодня обещал поговорить с родителями. Надеюсь, они не будут против, что их сын решил отдохнуть самостоятельно. А то они, наверное, спят и видят как самим свалить и бросить на Толика младшенькую.

—Оля—неодобрительно качает головой ма—Что ты такое говоришь.

—Правду, мама. Ладно—я ещё раз осмотрела погром на кухне—раз уж сегодня без обеда пойду к себе. Нужно к зачету готовиться.

Естественно, ни о каком зачете и речи быть не могло, стоило только моей голове соприкоснуться с мягкой, словно перышко, подушкой. Я мгновенно погрузилась в сон и проснулась лишь от стука в дверь. Поправочка —от очень настойчивого, бесящего стука в дверь. Есть лишь один человек, который может позволить себе долго топтаться у нас под дверью.

—Че приперся?—Подавив зевок, смотрю на довольного жизнью Толю.

—Ты такая гостеприимная, Белка. На вот, держи—он протягивает мне черный пакет, который я сразу не заметила, и тут же прячет руки в карманы джинсовых шорт. Почесав кулаком глаз, я заглядываю внутрь и не могу сдержать восторженного вздоха.

—Откуда? Сезон ещё неделю назад закончился. —Занырнув рукой, вытаскиваю одну ягоду спелой ароматной клубники, и тут же забрасываю в рот, оторвав зеленый хвостик. —Ммм. А сладкая-то какая.

—Через весь город пер—пожаловался друг, стирая со лба невидимые капельки пота. —Но это лучше, чем слушать твое нытье о том, как ты хочешь клубнику и как её нигде нет.

—Какое благородство—я отвешиваю другу шуточный поклон—Хочешь могу накормить тебя пирогом.

—Пирогом ?—В глазах Толи появляется восторг, очень похожий на реакцию мышонка из мультика «Чип и Дейл» при виде сыра.

—Ага. Там как раз в мусорном ведре от маминых шедевров места не осталось—злобно хохочу я, а улыбка Степки тускнеет.

—Умеешь же ты, Белка, настроение испортить.

—Не дрейфь, Толик. Не в пирогах счастье.

—Да ну тебя. —Махнул он рукой и, отодвинув меня в сторону, бесцеремонного вошел в квартиру. Скинул с ног тапки и пошёл себе дальше, прямиком в мою комнату. Пока я закрывала дверь и наспех прошлась по всему периметру в поисках мамы и,не обнаружив её( наверное, в магазин ушла), Толик уже разлегся на моей кровати с моим же телефоном в руках.

—Вообще-то это личное—буркнула я, улегшись рядышком с пакетом клубники. Толя листал ленту в «ВКонтакте». У нас нет друг от друга секретов, и мы оба спокойно можем заглянуть к друг другу в телефон. Просто иногда я люблю поворчать чисто из вредности.

Положив на плечо друга голову, я наблюдаю, как он ставит лайки самому себе. Меня распирает от удовольствия быть рядом с ним, потому что я нереально соскучилась по нашему совместному досугу. Я давно не обращаю внимание на то, как сильно стучит моё сердце. Это уже давно перестало быть чем-то поразительно-особенным.

—Ты поговорил с родителями?—Спрашиваю я, поедая ягоду за ягодой. Плевать, что она грязная. Так определено вкуснее.

—Нет еще. Маму на работу вызвали. А папа куда-то уехал. Сонька сказала, что прям перед моим приходом. В общем, я у тебя пока потусуюсь. Не хочу обратно на квартиру ехать. Там скучно.

—Ох ты ж бедный—театрально ахаю я—скучно ему. И давно вам, царь батюшка, свои хоромы не милы стали?

—Ты такая язва—покачал головой друг и, оторвавшись от телефона, посмотрел на меня насмешливым взглядом. Он слишком близко. Его теплое дыхание, лучезарные глаза, улыбка…Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не поцеловать его. Не сказать о своей любви. И чем больше минует лет моих скрытых чувств, тем тяжелее играть в игру: смотри, но не трогай.