Наше лето

Глава 17

Несмотря на окутавшие меня сомнения, я согласилась принять от Саши помощь. Поэтому реализовывать план мы решили сразу же. Таким образом, домой я вернулась утром, когда солнце уже встало, и жизнь в округе била ключом. Было страшно начинать эту непонятную для меня игру, но в то же время я горела предвкушением и ожиданием результатов. Если мне удастся выиграть, значит, всё не зря. Значит, есть ещё возможность быть счастливой.

—И где ты была?—Не успела я войти в дом, как меня окружил Толя, словно коршун голодный. Он выглядел помятым и уставшим, будто не спал всю ночь. Сердце в груди ёкнуло от мысли, что он и правда не спал, переживая за меня. Но я тут же отмела от себя все эти сопли, как советовал Саша, и натянула на лицо маску стервы. Или что-то типа того.

—И тебе доброе утро, Толя. —Я прошла мимо, намеренно задев его своим плечом. Подошла к сумке и принялась искать свой самый откровенный купальник, который только был. Я взяла его на случай, если с постоянным что- то случится. Надевать не планировала, потому что покупался он по фану, на спор и до сих пор хранился с этикеткой. Но сейчас эта вещица была очень кстати.

—Где ты всю ночь шлялась? —Повысил Толя голос. —И почему не брала трубку?

—Не слышала—пожала я плечами и,сжав в руке купальник, отправилась переодеваться. Но не успела я и двух шагов сделать, как Толя схватил меня за локоть и,развернув к себе, закрепил ладони на моих плечах. В его глазах полыхало пламя раздражения и злости, когда в моих собственных искрило безразличие,которое я с трудом из себя выдавила и пыталась удержать. Очень сложно в одночасье перестать делать привычные для тебя вещи. И взгляды—это то, что дается труднее всего. Я ведь не актриса, я обычный человек и не могу играть, когда того требует ситуация. Знал бы Толя, что сейчас у меня на душе творится. Какие я испытываю чувства и как хочу прижаться к нему крепко-крепко, лишь бы только всё закончилось. Жаль, что это только начало.

—Что происходит, Оль? Почему ты ведешь себя так, будто мы не друзья, а посторонние люди?

—А сам не догадываешься? —Фыркнула я.

—А должен?—Тем же тоном ответил Толя. Он смотрел на меня со смесью обиды и отчаяния, продолжая держать за плечи. Был так близко, непозволительно близко, что мне захотелось, наплевав на всё, прижаться к его крепкой груди и услышать стук родного сердца. А потом признаться в чувствах, которые жили со мной многие годы. Этот порыв был схож с вспышкой на небе. Раз-/ и всё исчезло. Так же, как и моё желание испарилось из моей головы, стоило только Толе открыть рот:

—Ты всё ещё не можешь смириться с тем, что я влюбился в Милану?

—Тебе не кажется, что это бред? Как можно влюбится в упаковку, не зная его содержимого?

—Ну ты же зачем-то вчера поперлась с тем уродом белобрысым. Значит, тоже повелась на красивый фантик.

—Это другое—запротестовала я, поджав губы—Мы с Сашей просто общаемся. А ты…

—А я с Миланой не просто общаюсь. Так что будь добра…

—Да пошёл ты —Я оттолкнула от себя Толю и быстрым шагом пошла в душ. Толя ринулся следом и вбежал в ванную комнату, едва не наступая мне на пятки.

—Что ты творишь, Степанов?—Взвизгнула я, когда Толя прижал меня к стене, нависнув сверху. Он глубоко дышал, а в глазах полыхала ярость. Я даже испугалась на мгновение.

—Ты меня уже достала, Белкина!—Рыкнул Толя. —Че ты мне мозги делаешь, я не пойму? Если есть какие то претензии, говори сразу. Че ты дурочку малолетнюю из себя строишь. Самой не надоело?

—А должно?—Выплюнула брезгливо. —Может мне нравится быть такой.

—Нравится быть стервой? Ты серьезно?

—А что такого? Ты же любишь таких, разве нет?

—Че ты мелишь?

—Правду—Горько усмехнулась я. — Как только я перестала быть для тебя удобной, так сразу стервой окрестил. А может, просто стоило поменять свое ко мне отношение? Например, не быть таким быдлом. Это тебя Милана научила?

—Сейчас доиграешься—Толя приблизился, коснувшись своим носом моего. Я чувствовала на своих губах жар его дыхания, и моё собственное дыхание всё время сбивалось с ритма. Я понимала, что теряю над собой контроль. Все установки Саши, все наши договорённости в одну секунду потеряли смысл. Любимые глаза, губы, запах. Всё это смешалось в один калейдоскоп чувств, которые переполняли меня до самых краев.

—И что тогда?—Спросила я хриплым, пугающим меня саму голосом.—Перестанешь со мной дружить?

—Я этого не говорил.

—Значит, скажи, что именно в твоем понимании доиграешься. Или твои слова ничего не значат? Ты пустослов, так, что ли?

—Как же ты меня бесишь, Белкина! —Процедил Толя сквозь зубы.

—Взаимно, Степанов—сказала я. И в этот момент случилось то, что заставило моё сердце улететь в космос и вернуться обратно. Толя наклонился ещё ближе, чем прежде и поцеловал меня.