Наше вам с кисточкой, босс

Глава 17 (2)

***

У меня щёки горели от внимания сразу двух Давыдовых. Одного-то много было, а второй вообще до икоты доводил. Отношения братьев были сложнее, чем могло показаться — я чувствовала себя канатом, который перетягивали мальчишки. Сидя за столом, они продолжали перебрасываться колючими взглядами, но под чутким присмотром матери оставались вежливыми. 

Хорошо, что напряжение не испортило мне аппетит. Я не льстила, когда говорила, что повар в их доме готовил потрясающе. На первое Оксана подала буйабес. 

— Марсельская уха, — пояснила Елена Станиславовна и взялась за ложку. 

Я поблагодарила Вселенную, что в особняке Давыдовых никто не издевался над гостями сотней видов приборов, и тоже приступила к трапезе. Супчик из французской кухни мне понравился. Насыщенный, с прозрачным бульоном и крупными кусочками рыбы и морепродуктов. 

— У вас работает волшебник, — заметила я, когда тарелка опустела. — Я прохладно отношусь к рыбе, но сегодня готова пересмотреть своё мнение. 

— Анатолий у нас, сколько я себя помню, — поддержал разговор старший из братьев Давыдовых. — Сначала отец нанял его, чтобы придерживаться специальной диеты, а потом шеф-повар перетянул всю семью на “тёмную сторону”. Оторваться от его высокой кухни невозможно. Я столько калорий себе позволяю, что потом не спускаюсь с беговой дорожки. 

— Ты ещё рельефом мышц похвастайся, — проворчал младший. — Мистер Вселенная.   

— Тебе завидно? — сощурился Андрей. — Натурщик пропадает? Учти, если я кому-то и позволю писать с себя портрет, то только Алине. Представляю, что будет на твоём холсте. Пикассо в гробу перевернётся. 

— Скорее уж ван Гог, — Сергей показал в улыбке зубы. — Предлагаю повторить его автопортрет. С отрезанным ухом.  

— Кстати о ван Гоге, — вмешалась в перепалку Елена Станиславовна. — Я тут случайно прочитала, что в одном из залов художественного музея открыли его выставку. Наверное, вам интересно будет туда сходить, Алина.  

Я понимала, что мама двух почти-драчунов всего лишь переводила тему, но не могла удержаться, чтобы не пропеть мысленно: “Водил меня Серёга на выставку ван Гога”.

— Да, конечно, — ответила я, отрезая кусочек от фланк стейка в маринаде из текилы, чеснока и лайма. — Почему нет? Я его картины видела только в интернете. Говорят, что вживую от них совсем другое впечатление.

“Там было тёлок много, — продолжало предательски звучать в голове, — и нервы как канат. Но я не недотрога…”. 

— Спасибо, я не буду стейк, — Андрей жестом остановил Оксану. — От маринада из текилы сильно не опьянею, но мало ли сколько будет промилле в крови. Мне ещё за руль. 

— Не сдаёшься, да? — тихо-тихо прошипел Сергей и продолжил уже громче: — Алина, так давайте поедем сегодня. Я тоже к стейку не прикасался. Воскресенье — лучший день, чтобы приобщиться к высокому искусству. А то завтра нам с вами на работу. На одну и ту же. В любимый офис “Арт-Строя”.

“Сдохни в адских муках, как на картинах Босха”, — читалось во взгляде Андрея, но старший брат моего начальника улыбался.    

Смеяться хотелось, аж скулы сводило. Когда ещё в моей жизни случалось такое, что два успешных и до чёртиков обаятельных мужчины готовы были морды друг другу разбить, лишь бы заслужить право отвезти меня домой? Да никогда! А тут Сергей Давыдов открыто показывал брату, что отступать не собирается. Умереть не встать, на свидание пригласил! А у меня кофта в краске и джинсы с оттянутыми коленками. Какая выставка? Какое свидание? 

— Мне кажется, это не лучшая идея, — осторожно ответила я, прикусив губу. — Сейчас уже поздно, до музея мы доедем только к вечеру. Не хотелось бы любоваться ван Гогом впопыхах. 

— Тогда на следующей неделе, — кивнул начальник.

Похоже, я попала.