Наше вам с кисточкой, босс

19 (3)

Мне хотелось спрятаться под стол. Или попросить официантку проводить мою подругу на второй этаж. Мы успели бы сбежать, пока она разбирается что к чему. Но никто, кроме меня, не знал, что пора эвакуировать, поэтому Анютку спокойно проводили к нам и дали ей меню. У Андрея, конечно, лицо вытянулось. Но так как он происходил из интеллигентной семьи, то стандартное “какого полового органа” кардиохирург заменил на вежливое:

— Чем обязан такому вниманию? Мы с вами знакомы? 

— Нет, ты посмотри на него, — задохнулась подруга. — Серьëзно не помнишь? 

Сумку она взяла ярко-салатовую. Символами агрессии в ней служили острые заклёпки на клапане, будто стильный аксессуар отрастил шипы. Сама будущая мать нарядилась в радикально-чёрный, а на распущенные рыжие кудри нацепила несколько металлических бусин.

— Поверьте, настолько яркую внешность я не смог бы забыть, — признался кардиохирург. — А что случилось?  

Анюта нахмурила брови и прикусила губу. Всмотрелась в лицо Андрея. 

— Двенадцатое июня, — уже не так уверенно сказала она. — Паб "Ливерпуль". Мы пили эль и говорили о друидах. Припоминаешь? 

— Нет, простите, — Андрей скованно улыбнулся. — Двенадцатого июня я был в Германии. Коллега попросил ассистировать ему на сложной операции. Намечался научный прорыв.  

— И как? — дрогнувшим голосом спросила Анюта. — Прорвало? 

"Твою мать", — читалось по её лицу. Щёки пылали, а глаза бегали. Неловко было и перед Андреем, и передо мной. 

— Операция прошла успешно, — ответил, как я поняла, уже несостоявшийся отец. — Пациент давно дома, а коллега готовится представить результаты научному сообществу. Послушайте, милая девушка, мне правда жаль, но вы обознались.

— Мне тоже жаль, — призналась она. — Алин, я тебя на улице подожду. Не торопись. Мне нужно проветриться. 

— Хорошо, — кивнула я Анюте и проводила взглядом. — Извините, Андрей. Я даже не знаю, как всё объяснить, чтобы вы не злились на мою самодеятельность. 

— Всё в порядке, — великодушно ответил он. — Я, к сожалению, так и не понял, что случилось, но думаю, это уже не имеет значения. И вам лучше поддержать подругу. Уходила она сама не своя.

— Спасибо, — я неловко поднялась из-за стола. — Пожалуй, вы правы. Я побегу за подругой. До свидания. 

— До встречи, — кивнул Андрей. 

Я поспешила на улицу. Анюта стояла на крыльце и теребила ремешок своей боевой сумочки. Не понадобилось сегодня оружие. А вот платок лишним не был бы. 

— Нют, ну чего ты расстроилась? — я нашла бумажные салфетки и потянула пачку зарёванной подруге. — Вычислим мы твоего красавчика, если хочешь. Съездим в паб, поговорим с барменами. Проверим камеры, позвоним в такси. Ты ведь у него проснулась? Ещё по адресу можно поискать. 

— Я уже ходила туда, — всхлипнула она, тщетно пытаясь оттереть бумажным платком чёрные разводы под глазами. — Почти девяносто этажей домина. Москва-сити, чтоб ей, пристанище мажоров. Ну не запомнила я этаж, не запомнила. Точно не первый, потому что в лифте ехала. И не второй. Кто ж мне позволит в каждую дверь постучаться и спросить: “А вы, случайно, не пили с рыжей девушкой в “Ливерпуле”? Да я один этаж не успею обойти, психбригаду вызовут. Нет, Алина, прости, но по адресу совсем не вариант.  

— А помнишь, ты Ваську на мальчишнике брата вычислила? 

— По геолокации фотки посмотрела, он там случайно в кадр попал. Но сейчас-то месяц прошёл. Это невозможно. Даже если нам повезло и кто-то его "поймал", мы утонем в фотографиях. А ещё не факт, что я его узнаю. Как выяснилось, это не так просто. 

— В ту ночь ты была пьяна и расстроена разрывом с Васькой, — я попыталась её утешить. — А мажор твой, видимо, не настолько запоминающаяся личность, как мы думали. Поехали ко мне? Там осталось мороженое, и мама грозилась испечь пирог с мясом. 

— Не, я под домашним арестом, — улыбнулась Анюта. — Рассказала маме про своё интересное положение. Она теперь боится, что мне взбредет в голову аборт сделать. Надолго уходить опасно для её здоровья. 

— А папа как отреагировал? 

— Сказал, что всегда хотел второго ребенка, а так как я не помню имени своего героя-любовника, отчество будем давать от дедушки. 

Я рассмеялась. Дядя Боря был в своём репертуаре. Удивительно, как не заявил, что в принципе всё правильно. "Поматросила и бросила. Самое ценное получила и сбежала. Паренек сейчас с ног сбился, ищет тебя по всей Москве. А ты у меня зага-а-адка". 

— Тогда передавай привет родителям. Я на следующих выходных заеду поболтать. 

— Обязательно, — закивала Анюта. — Мама будет рада тебя видеть. 

Мы обнялись и расстались у входа в метро.