Наши криминальные отношения. Тень прошлого

Глава 19. Безумие

Сижу в кабинете, листаю отчёты, но строчки расплываются. Мысли не здесь. Всё крутится вокруг неё, Ани. Чертовски мешает сосредоточиться. Работа стоит, а в голове её взгляд, голос, едва уловимый запах, который остаётся в памяти, будто след от дорогого парфюма. Я не могу выкинуть её из головы. Аня в той блузке и юбке, простое, но убийственно красивое сочетание. Помню, первые две незастегнутые пуговицы, как колыхалась юбка при ходьбе. Мне хотелось коснуться, но я лишь сжимал кулаки.

Я привык держать всё под контролем. Мои решения — железные, слова — весомые, действия — выверенные. Но с ней… с ней всё летит в тартарары. И я хочу чтобы она была рядом, обеспечить ей безопасность, но веря словам Влада, прогнозы не утешительные. Набираю Серёгу:

-Найди всё про Антона Силина. Где бывает, с кем контактирует, куда ходит. Любая мелочь мне на стол. Да, срочно.

Отключаюсь. В висках стучит. Знаю: пока Силин где‑то рядом, Аня в зоне риска. Переключаюсь на мониторы. Камеры кабинета Ани. И вот она. Заперла дверь, оглядывается, будто боится, что кто‑то увидит. Движения нервные, осторожные. Садится в кресло, в руках что‑то яркое. Все же заинтересовалась моим подарком. Она включает устройство. Сначала нерешительно касается кончиками пальцев, будто пробует на ощупь, изучает. Потом увереннее прикладывает к груди, от чего горошины виднеются в её блузке. Движения плавные, почти гипнотические. Затем опускает руку ниже. Голова запрокинута, губы приоткрыты, выдох тихий, но такой… откровенный.

Я сжимаю край стола. Всё тело, как натянутая струна. Мысли рассыпаются. Только одно: она. Её дрожь, её дыхание, её детская растерянность. В этом вся её суть: смесь наивности и скрытого огня, который она сама ещё не осознаёт. В висках гул. Кровь стучит в ушах. Я не могу оторваться. Не могу перестать смотреть. И не могу сдержать реакцию. Тело требует разрядки, а разум цепляется за эту картину, как за единственный источник кислорода.

Спустя время мы одновременно закончили. Она замирает, прикрывает глаза, будто пытаясь осмыслить то, что только что произошло. Я с глухим выдохом, цепляясь за край стола, пытаюсь перевести дух. Салфетки. Спешно, почти грубо. Пятна на столе, на рукаве, на брюках. Проклятье.

Она не должна знать. Не должна чувствовать, что я теряю контроль. Я хочу её. Хочу так, что больно. Но взять силой — нельзя. Она должна сама. Должна сделать шаг. Иначе это не будет её выбором. А мне нужно именно это, чтобы она выбрала. Чтобы сама потянулась, сама попросила.

Почему? Потому что я знаю: когда она наконец сдастся, это будет не просто капитуляция. Это будет признание. Признанием того, что между нами нечто большее, чем игра, чем угроза, чем обстоятельства. Это будет её добровольное погружение в ту пропасть, куда я уже давно упал.

Но с каждым днём терпеть всё сложнее. Снова смотрю на экран. Она уже убирает вещи, поправляет одежду, оглядывается на дверь. Не знает, что я видел. Не знает, что теперь ещё сильнее хочу. Как тяжело ждать, когда вот она, так близко и всё ещё недоступна.

Но пока… пока я буду наблюдать. Буду ждать. Буду играть. Потому что эта игра — единственная, в которой я готов проиграть, лишь бы в финале она оказалась в моих руках.

Вечер опустился, окрасив окна моего кабинета в тёмно‑синий. Я ждал. Часы тикали слишком громко, каждый удар отдавался в висках. Дверь приоткрылась и она вошла. Её лёгкий запах тут же заполнил пространство. Аня огляделась, будто проверяя, нет ли подвоха. Я медленно поднялся из‑за стола и обойдя его присел спереди. Она передала мне папку.

-Там скрины сегодняшних работ, нужно поставить подпись, что сегодня все выполнено в срок. И… есть ещё один вопрос.

-Какой же? -листая папку, приподнял бровь.

-Тот самый аванс. О котором мы говорили в столовой. Перед подписанием контракта…

Тишина повисла между нами, словно натянутая струна. Я медленно улыбнулся:

-У меня появилось… дополнительное условие.

-Какое? -её пальцы сжились в кулаки.

-Поцелуй.

Тишина. Она моргает, будто не верит своим ушам.

-Что?

-Поцелуй -повторяю спокойно. -В счет аванса.

Её лицо вспыхивает.

-Это… нелепо. Ты не можешь ставить такие условия!