Наши Любимые Капканы

27. День за днём.

Папа приехал поздно ночью. В машину Айзека со всей силы, выскользнув со встречной полосы на пустой дороге, въехал внедорожник. Крупный, массивный — седан Айзека оказался примят, но всё обошлось.

Я слушала всё, что он говорил, и пыталась понять, насколько сильно пострадал сам Брукс. В школе он выглядел хмуро, но всё ещё держался, притом успев побеседовать с Люси. Он не сидел в полицейском участке, хотя, может, дело было замято или...

Как это уже было с ним.

И всё же, папе казалось, что авария была подставлена специально, что кто-то намеренно въехал именно в машину Айзека, чтобы чем-то ему насолить или, что ещё страшнее, убить.

От мысли о подобной мести внутри меня всё сжалось. Папа покачал головой, и я помню, каким именно тоном он сказал следующую фразу:

— Вылезает прошлое, когда и не ждёшь. Зря пацан тогда не послушал родителей.

Я редко слышала столько сожаления в его голосе. Он даже опустил голову, так и не притронувшись к кружке с кофе. Мы сидели на кухне под блеклой люстрой: я, прижав руку к подбородку, а папа — постукивая ногой по паркету.

— Ты что-то знаешь о «том случае»? — боязно спросила я.

— Не больше твоего. Айзек кого-то сильно избил. Кого-то, кто когда-то напал на Дину. Самосуд, причем не самый честный. Давай не будем о плохом?

Кивнув, я погладила папу по ладони. Он слишком устал.

После аварии никто и ни о чём не говорил. На следующее, и последующие утра мы словно вернулись в то время, когда всё было... более понятно.

Я собиралась на занятия, прощалась с папой, шла до школы пешком, особенно, когда погода была прохладной, но не дождливой. На улице разливался приятный морозец, и каждый раз, когда я выходила, то первым делом поглощала холодный воздух, чувствуя себя бодрее прежнего.

Всё восстановилось. На физкультуре и в душевых Люси всё ещё трещала о парнях, но теперь в более узком кругу. Она перестала выкладывать фотографии. Эмили всё чаще садилась к Тиму в кафетерии, а потом они начали звать и меня к себе.

То, что мне становилось спокойнее, отражалось и внешне, и внутренне: Айзек пропал, оставив непонятное жжение каждый раз, когда что-то о нём напоминало. Брелок в рюкзаке громыхал, стукаясь о пластиковую бутылку для воды, а я слушала, как Тим трепещет перед новым фильмом Майкла Бэя.

Эмили только закатывала глаза, но ни разу за четыре дня не отсела от нас, даже когда я замолкала. Обычно она протягивала ко мне руку и тыкала в плечо, чтобы я рассказала какую-нибудь из отцовских баек про сломанные скутеры.

— Точно! — Эмили наконец-то громыхнула ладонью по столу, остановив тираду Тима, — Доусон планирует очередной кемпинг!

— Пить не буду. — выдохнула я, удивившись, что не отказалась, — Максимум, посижу у костра и поиграю в покер...

— Это будет не алкогольная вечеринка, а просто душевные посиделки у костра! Знаешь, где озеро?

— Да, слышала, но ни разу не была.

— Там есть бесплатные места для палаток, можно будет переночевать! У тебя есть палатка?

Тим вмешался:

— У моих родителей есть палатка на троих!

— Отлично, значит ты обязательно едешь с нами, — воодушевленная Эми готова была прямо сейчас вскочить со стула и броситься к Доусону для обсуждения планов.

— Но он никого не приглашал, — я нахмурилась, толкая туда-сюда льдинку в стакане с газировкой, — Явимся без спроса?

— Он будет рад всем, кто «явится без спроса», ему на руку такое внимание!

— Ладно, сообщу отцу, — Тим улыбался так, будто ему подарили лучшую возможность провести время с Эмили, — И когда всё это будет?

— В субботу, — Доусон прошёл мимо, довольно улыбнувшись, — Каждый приносит своё пиво!

Конечно, куда он денется! Услышал своё имя и тут же пришёл на зов.

Наблюдая за тем, как рады будущему отдыху Тим и Эмили, я вдруг поняла, что от папы не было ни слова о Бруксах и этой пятнице. Всю неделю он проводил на работе, а после — смотрел футбол и хоккей, хотя всё так же улыбался мне каждый вечер.

— Значит, вам придётся за мной заехать, потому что папа меня вряд ли повезёт...

— Конечно, Альма! — Тим закивал, — Я вас обеих заберу. И, если надо, ну... куплю, чего нужно. Точнее, отец купит и...

— Да не нервничай ты, — Эми глянула на него так красноречиво, что я сама ощутила неловкость Тима на этом моменте, — Всё будет клёво!

Мы разошлись с Эмили после уроков, но Тим пошёл за мной, сославшись на скуку, но я уже понимала, о чём пойдёт речь.

— Айзек приедет?

— Я с ним не общаюсь с того момента в коридоре.

— А ты хочешь, чтобы он пришёл?

— Я бы не отказалась с ним поговорить, да. Обсудить всё это.

— Хочешь, я его позову? — когда Тим сказал это, мы оба остановились.

До моего дома было ещё несколько улиц, но вопрос застал меня слишком глубоко. Я непонимающе глядела на Тима, пытаясь понять, что именно побудило его это спросить.

— Зачем? — шепотом спросила я.

— Там будет много игр. Разных. У тебя будет шанс о нём побольше узнать, а может...

Я собиралась идти дальше, но Тим очень резко меня остановил. Он сжал плечо и потянул к себе, вглядываясь чересчур серьёзно мне в глаза:

— Альма, он сказал Люси, что его не интересуют отношения. Но я знаю, что это не про тебя. Иначе зачем всё это нужно было? Хрень с «перерезанием» горла, когда он видел тебя пару минут?

— Мне страшно, — я с улыбкой пожала плечами, — Я боюсь, что правда этого хочу. Даже больше, чем надо. И да, можешь разболтать это всей школе. Мне уже без разницы.

— Я никому и ничего не скажу. Давай так... ты подумаешь, а завтра утром напишешь мне, и я придумаю, что можно сделать.

— Ладно, хотя это и звучит слишком наивно.

— В прошлый раз ему и его приятелям ничего не помешало приехать на вечеринку. Ну, и я знаю, что Митч часто там тусуется.

— Спасибо, Тим.

Он, вероятно, ощущавший себя спасителем, довольно кивнул. Я не была против, даже больше, это было приятно. Тим с Эмили нормально общаются, мы вместе поедем к озеру — это же отлично?