Наши проклятые связи

Глава 3. С этого утра — всё иначе

Утро было обычным. Пугающе обычным.

Свет просачивался сквозь тонкие занавеси, медленно растекаясь по полу, по складкам старого покрывала, по её голым ступням, свешенным с узкой кровати.

Лира лежала неподвижно. Уже час. Может, два.

Она не спала. Не могла. После той ночи сон казался чем-то неестественным, недостижимым. Как будто сама мысль об отдыхе была роскошью, которую она больше не может себе позволить.

"Теперь я — не одна. Теперь я — не просто Лира."

Она коснулась живота. Едва заметно. Словно боялась потревожить что-то хрупкое, только зародившееся.

Ничего не болело. Не тянуло. Только странная тяжесть внутри. Нечто новое, непонятное, тревожное.

— Сестра… — прошептала она в пустоту.

Её голос прозвучал глухо, почти неуловимо.

Сестра. Единственная причина, по которой она решилась на это. На ложь. На подмену. На кражу. На…

«На ребёнка от Ардона Вейна.»

От этой мысли стало холодно.

Не от страха. От осознания.

Комната была тесной. Съёмная. Где-то в южной части Старого города, среди домов, пахнущих пылью, рыбой и сыростью. Она сняла её за два серебряника — без имени, без документов, без вопросов.

На полу валялась сумка. Её плащ — измятый, пропитанный вином и потом. Сандалии — у кровати. В углу стояла чаша с водой, уже покрытая пылью.

И зеркало. Маленькое, треснутое.

Лира подошла к нему, медленно. Словно не до конца была уверена, что хочет увидеть своё отражение.

Она выглядела… точно так же. И в то же время — совсем иначе.

Лицо было бледным. Под глазами — тени. Волосы спутаны. Но главное — глаза.

В них было что-то, чего раньше не было. Словно они стали глубже. Умнее. Старше.

— Вот и всё, — сказала она отражению. — Поздравляю, Лира. Ты теперь воровка. Обманщица. Будущая мать.

Она усмехнулась — устало. Почти с издёвкой.

Стук в дверь.

Лёгкий. Настойчивый.

Лира вздрогнула. Рука инстинктивно метнулась к поясу — но кинжала при себе не было.

— Кто там? — голос прозвучал тише, чем она хотела.

— Повариха. Завтрак, — ответили из-за двери. — Ты ж просила приносить без лишних слов. Вот и приношу.

Лира облегчённо выдохнула.

— Спасибо. Оставь у двери.

Шаги. Тишина.

Она подошла, приоткрыла дверь — на полу стояла миска с похлёбкой и кусок чёрного хлеба. Горячая. Пар ещё шёл.

Она не была голодна. Но знала — теперь она должна есть. Ради себя. Ради него. Или неё.

Именно в этот момент, среди запаха варёных кореньев и разогретого вчерашнего хлеба, её накрыло.

Резкий приступ тошноты.

— Чёрт… — прошептала она, отшатнувшись.

Миска упала.

Стук. Разбившийся фарфор. Её ладонь на животе.

"Началось"

Она стояла, сжавшись, прислонившись к стене.

Дыхание сбивалось. В горле жгло. Тошнота не отступала, но слёзы подступали быстрее.

"Я не готова."

Не к этой боли. Не к страху. Не к неизвестности.

Она думала, что всё просчитала. Чётко. Холодно. Как у неё всегда получалось. План → действие → результат. Без эмоций. Без… жизни внутри себя.

А теперь — эта жизнь отвечала. Пусть ещё слабо, пусть только болью в животе и тошнотой. Но отвечала.

И с каждой минутой Лира понимала: её тело больше не принадлежит ей.

Она села на пол, обняв колени. Спина скользнула по стене. Доски были холодные.

"Сестра…"

Сестра.

Смех в волосах. Маленькие ладони, цепляющиеся за её пальцы. "Лира, расскажи сказку!" — в детстве.

Глупые, смешные, наивные сказки о мире, где магия не убивает. Где люди не исчезают. Где из глаз не течёт чёрная кровь, когда тебя разрывает между мирами.

Сестре было всего шестнадцать, когда начались разрывы.

Сначала — головные боли. Потом — обмороки. А потом…

"Ты не ведьма, Лира. У тебя нет дара. Но у твоей сестры он проснулся. Неуправляемый. Сырой. Слишком сильный."

Так сказал архимаг Келлар.

И ещё сказал: «Если не найти якорь, она исчезнет. Магия поглотит её, как сотни до неё».

И Лира нашла. Якорь.

Магическая кровь.

Но не просто кровь мага — таких много. Ей нужна была чистая, древняя, сильная.

Кровь, передающаяся по роду. Сила, впитываемая с рождением. То, что можно передать…

"…ребёнку."

Она поднялась. Медленно.

Пошатываясь, подошла к осколкам миски и начала собирать их. Один порезал палец. Кровь выступила алой каплей — на светлом фарфоре, как символ.

— Всё ради тебя, сестрёнка, — прошептала она. — Только доживи.

Около полудня она уже стояла на балконе, завернувшись в тёмный плащ.

Снизу шумел город — базар, телеги, крики, запах жареной муки и навоза. Всё было обыденно. Глупо обыденно.

И в этом шуме она вдруг услышала слова. Из уст мальчишки-вестника, бегущего по улице:

— Внимание! Приказ Совета! Розыск! По подозрению в посягательстве на кровь Архимага Ардона Вейна! Женщина! Молодая! Волосы светлые! Рост средний! Возможна беременность!

Лира вжалась в стену.

"Они знают."

Она отступила от перил и вернулась в комнату, захлопнув ставни. Теперь каждый взгляд с улицы мог быть роковым.

"Паника — позже. Сейчас — только расчёт."

Она села за старый деревянный стол, разложила перед собой всё, что оставалось:

небольшой кожаный мешочек с серебряными монетами, стеклянный флакон с остатками зелья — слабительное снотворное, лист с печатью купца, у которого она временно арендовала комнату, и карта.

Город, как на ладони. Узкие переулки. Задворки. Переходы между кварталами.

Лира прикусила ноготь. Ещё не дрожит. Это хорошо. Значит, голова пока работает.

Первым делом она убрала всё лишнее. Флакон — в карман под подолом. Деньги — в поясной мешок. Подняла подол платья, достала небольшой нож из потайного кармана.

Всё. Уличный облик — почти готов. Но волосы…

Она подошла к зеркалу. Длинные, светлые, блестящие. В этой части города таких немного.

"Будут искать."