Нашла коса на камень, или Приручение строптивого монарха.

Глава 8. Надежды и сомнения

Император Эдуард

- Что за срочность, Артан? - Я сделал знак стражам, и створки двери закрылись. - Присаживайся! - Мне пришлось вернуться на свое место, а незваный гость присел на соседнее кресло, брезгливо покосившись на грязную после обеда посуду.

— Прошу прощения, брат, но меня привело к тебе безотлагательное дело!

— Тебе нужны деньги? - Я нахмурился. Мой молочный брат до сих пор вел разгульный образ жизни, словно еще не вышел из отроческого возраста. Хотя ему, как и мне, уже тридцать четыре года, и не раз я собирался всё это прекратить, высказав Артану свое недовольство. Я планировал поручить ему какое-либо дело, но каждый раз родная мать брата, и она же моя кормилица, бросалась мне в ноги, умоляя дать ее «мальчику» еще немного времени, чтобы найти занятие по душе. Но пока «по душе» тому были лишь увеселения в кабаках города, охота да девушки, коих он перепортил уже несчетное количество. Последнее я особенно не одобрял, но Артан уверял, что всё происходит по обоюдному согласию, в правдивости коего утверждения у меня имелись сомнения.

— Нет, братец! Я поморщился от фамильярного обращения, но, так как мы были одни, промолчал. А Артан, между тем, вальяжно закинув ногу на ногу, выдал:

— Я хочу на сей раз попросить у тебя не денег, а девушку!

Мне сначала показалось, что я ослышался, настолько дико прозвучала просьба брата.

- Я не понял, - невольно принюхался, чтобы убедиться, что Артан не пьян, - с каких это пор ты решил, что я тебя еще и девушками снабжать должен!? – Вопреки моей воле голос приобретал все более рычащие нотки, но монарху давать волю эмоциям – самое последнее дело. Эмоции напоказ – это, прежде всего, слабость, какой могут воспользоваться недруги. Поэтому, постаравшись держать себя в руках, уже спокойнее я переспросил:

- Я тебя не понял, объяснись.

Расхлябанная вальяжная поза Артана меня всё более раздражала, но я сделал вид, что не замечаю нарочитого проявления неуважения, и терпеливо ждал ответа. Тот же пытливо и одновременно насмешливо посмотрел на меня, я стиснул челюсти и медленно начал считать. На цифре восемь братец, наконец, решил, что выдержал достаточно интригующую паузу, и ошарашил меня вопросом.

- Насколько мне стало известно, Ваше Величество не так безгрешен и тоже не прочь поразвлечься с прелестной горничной?!

Видимо, мое выражение лица дало брату достаточно красноречивый ответ, что в свою очередь его губы скривила гаденькая ухмылка, и он резко вместе со стулом отодвинулся от меня.

Я же почувствовал практически неконтролируемый приступ ярости.

— Немедленно поясни свое оскорбительное утверждение! Или извинись и выметайся! Поедешь на границу контролировать численность горных львов! - Пожалуй, я сам сейчас рычал, что твой лев, аж стекла в окнах зазвенели.

Артан побледнел. Видимо, еще ни разу не видел меня в таком гневе, привык, что я проявляю к нему недюжинное терпение. Но, похоже, именно сегодня он подошел к самой его границе.

— Да что я? Она сама! Она сама сказала, что вы вместе! — запинаясь, залепетал мой братец.

— Кто она? И что она сказала? — Я поморщился. — Мое терпение на исходе. Выражайся яснее!

— Девушка, которую я встретил в крыле прислуги! Я пытался пригласить ее на свидание, но она сказала, что... — Артан остановился и, закатив глаза, явно пытался вспомнить слова девушки. — Вспомнил! — буквально просиял он. — Она сказала: «Возможно, у Его Величества на сегодняшний вечер будут другие планы!» — Да, точно так она и сказала! — радостно закивал он головой.

Услышанное очень меня удивило. И все же я чувствовал, что в данный момент Артан говорит правду. Но дело в том, что я никогда не путался с горничными. Думаю, совсем уж юный возраст не в счет. Вот если бы с фрейлиной... Но, так как матушка моя скончалась уже давно, то при дворе их попросту не было. Иногда я знакомился на приемах с женщинами, случались и краткосрочные интрижки, но с горничными я принципиально не имел никаких дел, считал неэтичным пользоваться своим положением и к тому же давать повод для сплетен. Почувствовав пытливый взгляд брата, ожидающий от меня реакции, твердо ответил:

— С горничными у меня интрижек нет!

— Я так и подумал, что она лжет! — кивнул Артан, и его губы растянулись в предвкушающей улыбке.

— А имя-то у девушки есть? — полюбопытствовал я.

— Ге-ли-я! — как-то особо смакуя, произнес его брат.

— Хм. Нет, я не слышал во дворце такого имени. Хотя, может, и взяли недавно новую горничную!? — пожал я плечами, теряя к разговору интерес. Мне и без того было о чем поразмыслить.

— Ну, так что? Даешь разрешение на... небольшие шашни с красоткой?

— Что-то раньше ты на это моего разрешения не спрашивал!

— Так и никто из девиц до этого не додумался на императора ссылаться!

— Возможно, эта девушка, боясь отказать аристократу, хотела лишь себя защитить моим именем?

Артан, задумавшись, наморщил лоб, вспоминая.

— Нет, она вовсе не выглядела испуганной. Скорее всего, просто решила набить себе цену!

— Ну, смотри! Только не вздумай насильничать! Узнаю — не посмотрю, что мой брат! — предупредил я Артана и, кивком попрощавшись, отправился в свои покои.

Мой старый камердинер Рикардо уже приготовил мне пенную ванну. Верный слуга, воспитавший меня с детства, уже был стар, но все же не желал уходить на покой, хотя я и предлагал ему на выбор просто доживать свой век во дворце в достойных его верной службы условиях или получить в подарок домик с тенистым садом и слугу в придачу, дабы помогал ему по хозяйству. Но он считал, что я все еще нуждаюсь в его заботе. Я же не хотел расстраивать старика, ведь кроме меня у него никого не осталось. Но зато я дал ему в помощь двух лакеев, которые, по сути, стали его руками, выполняя распоряжения камердинера.

Так что моя совесть была спокойна, ведь ведра с водой для ванны таскал не он. Быстро раздевшись, я со стоном наслаждения погрузился в приятно горячую воду и, откинувшись на край ванны, закрыл глаза.