Наследие болотной ведьмы

Глава 2

Глава 2

Наследница теней

Июль 1190 года, замок баронов де Беранже, Франция.

Прошло несколько недель после той охоты у графа де Рокар, жизнь в замке де Беранже шла не спеша, только Мари ходила окрылённой, с нетерпением ожидая каждой новой встречи с Анри. За это время Анри несколько раз приезжал к ней в замок в гости и они подолгу гуляли рядом с её замком или совершали в сопровождении охраны конные прогулки. Замок, построенный ещё в прошлом веке, стоял на невысоком холме, окружённый густыми лесами и полями, где колосились рожь и пшеница. Его каменные стены, хранили воспоминания о былых битвах — здесь отец Мари, барон Рауль де Беранже, не раз собирал своих вассалов перед походами, постоянно что-то происходило и всегда надо было быть начеку. Теперь, в отсутствие барона и большей части его дружины, замок казался пустым. Мари де Беранже, теперь, в отсутствие её отца, была его полноправной хозяйкой и с утра до самого вечера занималась делами: проверяла запасы в кладовых, где бочки с вином и мешки с зерном выстраивались рядами, обсуждала с управляющим урожай в полях — те самые поля, где крестьяне в поте лица работали под солнцем, — и слушала отчёты о состоянии земель. Она ходила по коридорам, где эхо её шагов отражалось от гобеленов с изображениями рыцарей и дам, и иногда останавливалась у окна, глядя на горизонт, где где-то в дали находился замок де Карно. В такие моменты воспоминания о детстве накатывали на неё волнами: она вспоминала, как отец учил её ездить верхом, как мать, умершая от лихорадки пять лет назад, пела ей колыбельные у камина, хотя ей это было и не положено. Мари была тогда всего двенадцать, и потеря матери оставила шрам на её душе — она научилась скрывать свои эмоции, но внутри всегда чувствовала пустоту.

Тётушка Франсуаза де Меллеран всё это время была рядом, как верный страж — она учила племянницу хитростям ведения хозяйства, делилась советами о том, как управлять слугами, и даже помогала составлять письма соседям, когда произошло несколько мелких конфликтов между их людьми.

-Ты должна быть сильной, как твой отец, — раз за разом повторяла она за вышиванием в гостиной, где воздух был пропитан ароматом лаванды. — Замок — это твоя крепость. Но в глубине души Мари чувствовала пустоту, Анри де Карно, который полностью занял её сознание и который на охоте не отходил от неё ни на шаг, теперь казался ей далёким, как звезда в ночном небе.

Днём она старалась не показывать своих чувств. Утром, после завтрака с тётушкой в большой столовой, которая без отца казалась пустой, и чьё место пустовало, как напоминание о его отсутствии, Мари спускалась в небольшой сад. Правда сад это можно сказать слишком, просто небольшой участок зелени с колодцем внутри внутренних стен замка. Всего-то несколько кустов роз и сирени, правда очень сильно разросшихся за прошедшие годы и создавших настоящую живую стену, а внутри небольшая беседка. Даже такой малости хватало, чтобы создать романтическую атмосферу и Мари очень любила тут сидеть и мечтать. Вот сюда она и приходила вечерами, мечтая, как вскоре они поженятся и станут жить вместе, правда ей при этом придётся покинуть замок отца, но зато она будет жить вместе с любимым человеком.

-Почему он не приходит? — Думала она, сжимая в руках платок, прошло уже четыре дня после их последней встречи, и Мари за это время успела уже очень сильно соскучится по Анри. — Ведь на охоте он был таким... таким близким. Воспоминания об их встречах жгли её: его улыбка, когда он помогал ей сесть в седло — его рука, тёплая и уверенная, случайно коснувшаяся её пальцев во время разговора. Они говорили о крестовом походе на который отправился её отец, о королях Филиппе и Ричарде, и Мари чувствовала, как её сердце бьётся чаще. Она видела, что приворот ведьмы подействовал, Анри тогда даже не взглянул на эту Агнесс, он сразу пошёл к ней но теперь... теперь всё словно угасло. Может, зелье слишком слабое? Или Анри просто играет с ней, как с игрушкой? Ревность жгла её изнутри, как огонь в камине, и она представляла Агнесс де Лорье — ту выскочку с её светлыми локонами и наигранной скромностью, которая на охоте бросала на Мари злые взгляды. "Как он может? — шептала Мари себе под нос, прогуливаясь по коридорам замка, где слуги в ливреях кланялись ей. — Ведь он был моим... Хотя бы на миг".

Тётушка Франсуаза замечала перемены в племяннице.

-Мари, ты снова задумчива? — спрашивала она за вышиванием в гостиной, где на столе лежали шелка и нити. — Может, стоит пригласить соседей на ужин? Граф де Рокар устраивает бал через неделю, там будет много молодых людей. Мари кивала, но мысли её были далеко. Она не хотела видеть и встречаться с "молодыми людьми" — она хотела только Анри. И ревность жгла её, как яд: "Если он вернётся к Агнесс, я... я не знаю, что сделаю". Она вспоминала, как в детстве отец рассказывал о рыцарях, которые боролись за любовь, и мечтала о таком же. Но реальность была жестокой — как оказалось, Анри был с детства помолвлен с Агнесс, и болотная ведьма была её единственной надеждой заполучить его. Вечера были худшим временем, после ужина, когда тётушка удалялась в свою комнату, Мари садилась у окна в своей спальне, где лунный свет пробивался сквозь тонкие шёлковые занавеси балдахина, и перечитывала записки Анри — те короткие, вежливые послания: "Надеюсь, вы в добром здравии" или "Жду встречи на следующем балу". Никаких намёков на страсть, никаких признаний. "Друг? — шептала она, сжимая бумагу. — Я не буду просто другом". Она представляла, как Анри скачет к ней на чёрном жеребце через все препятствия, как на охоте, и прискакав, падает у её ног и признаётся ей в любви. Но вместо этого приходили сны — странные, беспокойные и пугающие её, где она видела болотную ведьму, ту самую, с которой заключила сделку. Ведьма шептала: "Наследница... Ты моя наследница". Мари просыпалась в поту, сжимая кулаки. "Это просто нервы, — убеждала она себя. — Анри вернётся ко мне. Должен".