Наследие двух стихий

Глава 4.3

- Меня хоть и позвали, хоть я и согласилась… Я не думаю, что у него будет возможность прийти, - пробормотала я, стараясь не смотреть в глаза Валецкого.

Мой взгляд блуждал по резным узорам на его столе, по стопке пергаментов, по пылинкам, танцующим в лучах солнца. Любое место, кроме его лица. Потому что если я посмотрю на него, я увижу себя. Себя, которая очень хочет пойти с ним на этот чертов бал, но которая, по всем законам здравого смысла и магической логики, не может.

- Вот как, - хмыкнул лорд-директор, и этот звук был похож на шелест старых страниц, перелистываемых в полной тишине. -Я уверен, что во время бала ты найдешь спутника не хуже."

Да хватит вам, – хотелось крикнуть мне. – Не издевайтесь. И так тошно.

Но вместо этого я лишь выдавила из себя:

- Ну, я пожалуй пойду к магистру Зорксу. Не буду терять время. Всего доброго.

Я старалась сказать это как можно непринужденнее, как будто у меня впереди целый день, полный увлекательных встреч с магистром Зорксом и его, несомненно, встреча с Зевсом. Но, кажется, получилось так, будто я только что проглотила лягушку. И не одну.

- До встречи, Виталина, - послышался его голос за спиной, когда я уже почти выскользнула из кабинета, как испуганная мышь.

Я шла по коридору, чувствуя, как напряжение медленно отступает, уступая место… чему-то другому. Чему-то, что напоминало смесь разочарования и странного облегчения. Облегчения от того, что я не должна была притворяться, что мне не хочется идти с ним. Потому что мне хотелось. Очень. Но это было невозможно.

Обитель эксперта по магическим сущностям находилась в южной башне, если верить таблице рядом с расписанием занятий. Ну а верить мне больше нечему, вот и отправляюсь туда. Студентов по пути больше не попадалось, и я могла в тишине разобраться со своими мыслями.

Нужно отвлечься от лорда и сосредоточиться на главном. Но всё же каждая третья мысль напомнила о нём. Этот лорд Валецкий, с его ухмылкой и взглядом, который проникал под кожу, был как заноза в одном месте.

Кабинет магистра Зоркса был в самой крайней башне, на третьем этаже. Спустя некоторое время, я нашла нужную дверь и постучала. Дверь от моей руки слегка приоткрылась.

- Извините, я могу войти? - я заглянула внутрь.

- Студентка! Студентка! - громкий крик донёсся из кабинета.

Я испуганно отпрянула, больно ударившись об косяк затылком. Да почему это мир меня не щадит? Потирая ушибленную голову, сделала пару шагов от двери. Может, я, конечно, не вовремя пришла, но это не значит, что надо так пугать.

- Извините, Я попозже зайду, - негромко оповестила я.

Из приоткрытого кабинета с важно поднятой головой вышел белый попугай с золотистым хохолком. Он оглядел меня с ног до головы, хмыкнул, выставил вперёд лапу и уставился на меня, будто бы спрашивая: "И чего хотела?"

Я даже растерялась. Это, значит, и есть тот самый магистр Зоркс? В какой-то момент я поняла, что это всего лишь айден, но важности у этой пернатой особы было столько, будто она только что защитила диссертацию по квантовой магии.

- Чего молчишь? - возмущённо отчеканил пернатый, явно не привыкший к такому приёму.

- Простите, я, наверное, не вовремя, - попыталась я ретироваться, но стоило мне сделать шаг в сторону, как попугай, словно опытный телохранитель, перебежал к лестнице, отрезая мне путь к отступлению.

- И так! - он начал ходить туда-сюда, как патрульный, явно входя в роль. - Крон спрашивает, ты пришла? - он сверкнул глазом в мою сторону.

- Пришла, - не стала спорить, чувствуя себя немного как на допросе у пернатого следователя.

- По делу?

- По делу.

- А чего уходишь? - попугай остановился, словно уличив меня в каком-то коварном плане. И ведь правда, чего это я испугалась птицы?

- Не ухожу я, - пришлось вернуться к двери, чувствуя себя немного глупо.

- Странная какая-то, - фыркнул охранник этого кабинета, явно не впечатлённый моей нерешительностью. - Крон говорит, заходи и садись.

Внутри кабинета, прямо у входа, стояла деревянная лавка. Я с облегчением опустилась на неё. Кабинет магистра, конечно, не блистал роскошью, как у того же лорда Валецкого, но и назвать его бедным было нельзя.

Пространство было заполнено полками и шкафами, которые выглядели так, будто их собирали по всему миру: на одних громоздились книги и свитки, на других — склянки, баночки и загадочные коробочки. У единственного, занавешенного окна, стоял внушительный стол из красного дерева, заваленный макулатурой так, что казалось, будто он вот-вот сдастся под её натиском.