Наследие Гибельного Дракона

↫20↬

Вздрогнув, поворачиваюсь на звук голоса. Раздражающе знакомого.

И только потом, спустя пару драгоценных мгновений, как раз тогда, когда серые глаза от удивления становятся больше, я понимаю, что зря подалась порыву. Как будто я могла ослышаться, и кандидатом, перебившим меня, мог оказаться кто-то другой. А не Артур Бедивир Хоран.

– Привет, – голос подводит меня и я, откашлявшись, добавляю в него чуть больше низких тонов: – Как жизнь… у-умник?

Хотелось ненавязчиво съязвить – но желания часто расходятся с действительностью. Особенно, когда на тебя смотрят таким внимательным препарирующим взглядом.

Выбрасываю руку вперед для рукопожатия, но так как Хоран даже не шевелится, моментально сцепляю пальцы в замок за спиной: чувство, что меня даже форма ногтей может выдать. Взгляд невольно скользит вверх, к невыразительному серому небу с неестественно яркой луной вместо солнца.

– Хорошая погодка, верно?

О чем говорят двое почти состоявшихся джентльменов? О размере семейного фонда, о силе энерго-магических потоков и, конечно же, о погоде. О чем еще?

– Сложно сказать… Тут, кажется, даже ветер не дует… – мои глаза с облегчением находят худое лицо Меро. Но затылком я все еще ощущаю на себе взгляд Хорана.

Готова поспорить, он щупает свой подбородок с ямочкой, а в его мозгу крутятся шестеренки, сопоставляя одно с другим. И либо он уже догадался, и думает, как бы поунизительнее меня раскрыть… Либо мне повезло, и Хоран силиться вспомнить, где он меня видел и почему мое лицо кажется ему знакомым.

– Конечно, откуда же здесь взяться ветру? Это же так называемое, подлунное измерение, вотчина Трехликой Богини. Мир вокруг – лишь отражение нашего, – начинаю быстро бормотать, не дав волнению забрать последние крохи выдержки: я не должна бурно реагировать на его взгляд. Я ведь его не знаю. Дэнни Сантьяго и не должен знать Артура Хорана. – Смотри! – разворачиваюсь, указав на западную башню. Артура стараюсь не замечать: пристальное внимание с его стороны списываю на то, что он впервые в жизни решил послушать кого-то, кроме себя любимого. – Золотой дракон на шпиле целый! Хотя все знают, что почти сто лет назад, если память мне изменяет в 1714 году, фигурку сбил Томас Феллон, выполняя свой знаменитый вираж.

– Этого не было в путеводителе, – морщит лоб Уорт: когда он складывает руки на груди, черная форма начинает опасно трещать по швам. Невольно сглатываю: какое бы испытание не придумал для нас совет преподавателей во главе с Анрэем, я очень надеюсь, что это не рукопашный спарринг или вроде того. У меня нет ни единого шанса против этого бугая.

– Точно, – произносит Артур у меня за спиной, растягивает гласные. – Большинство поступающих сюда не знают об этом. А выпускники и провалившие отбор дают особую клятву, запрещающую болтать об этом месте. Откуда ты узнал о подлунном измерении?

Кажется, все собравшиеся, жужжавшие точно нестройный рой пчел, резко замолкают, уставившись на нас: вопрос Артура будто тонким колокольчиком прозвенел в воздухе, заставив сердце вздрогнуть. И адресован он был мне. Приходится обернуться. Как назло, лунный свет бьет в лицо, так что Хоран может прекрасно разглядеть каждую веснушку на моем лице.

– А... Э... – все смешивается в голове. И легенда, сочиненная еще пару дней назад и тщательно причесанная, забивается в самый дальний угол моего сознания.

Глупо предполагать, что пока я буду лихорадочно думать, мозговая активность под черепушкой Хорана приостановится.

– Хм... Мне кажется, я тебя где-то раньше ви...

Уверена, щелчок в моей голове слышат все.

– Я подслушал разговор маменьки с ее ухажером! – Прости! Прости! Прости! Дядя Рей! – Он в совете академии состоит! Оттуда и узнал!

– И кто же он? – Хоран начинает кружить вокруг меня, словно стервятник, рассматривая с головы до пят: мое тело под его взглядом превращается в один напряженный клубок нервов и мышц. Все мягкие ткани в нем тотчас деревенеют.

– Я почем знаю? Я его особо не разглядывал, – хохотнув ни к месту, чешу затылок (и благодарю небо за то, что отказалась от парика, а просто безбожно все отстригла). – Просто слышал, как он говорил об испытаниях в Ар-Ле.

– Повезло тебе, – взгляд Бедивира Хорана становится мягче. Он перестает маячить перед моими глазами. Встает напротив и протягивает руку, предварительно сняв перчатку. Даже одаривает меня улыбкой, продемонстрировав ямочки на щеках. – Я – Артур.

Недоуменно моргаю. Глаза не верят в то, что видят. Если бы я не знала, где нахожусь, решила бы, что солнышко напекло мою рыжую головушку.

Хоран, эта высокомерная задница облезлого амфиптера, ведет себя по-настоящему... дружелюбно? Даже перчатки снял. Обычно, приближенные к императорской семье, кровно или посредством связей, делали подобное крайне редко. Только здороваясь с ближайшими друзьями или родственниками.

Снова недоуменно смотрю сначала на Артура, потом на протянутую им руку.

Не пожму (особенно после такого широкого жеста) – есть опасность нажить себе врага. А я собираюсь в ближайшие дни обходить Хорана стороной. И желательно по максимальному радиусу. По крайней мере, до тех пор, пока он не убедиться, что во мне нет ничего подозрительного.