Наследие Костяного Древа

4 глава

Лишь мельком заглянув в пару книг, я почувствовала, как по спине пробежал ледяной озноб.

В них описывались создания, чья сила превосходит человеческое понимание.

Исполины тьмы, древние духи, демоны, способные захватить мир без труда, оставив людей без единого шанса на сопротивление. Иллюстрации поражали воображение. Многоголовые твари с горящими глазами, тени, пожирающие свет, существа, чьи очертания расплывались, не давая уловить их истинную форму.

Там же были и древние ритуалы, способные остановить демонов и их приспешников.

Но все они проводились с огромным риском для жизни ведьмы, требуя не только глубоких знаний, но и безграничной смелости, готовности пожертвовать чем‑то важным. Силой, памятью, годами жизни.

Застыв, я уставилась невидящим взглядом в стену, в то время как мозг лихорадочно пытался переварить обрушившуюся лавину жутких откровений. Перед глазами мелькали образы: битвы с тварями из глубин, заклинания, обращающие время вспять, жертвы, принесённые ради спасения мира.

В конце концов из меня вырвался истерический смешок, эхом пронёсшийся по помещению.

— Хотела приключений? — прошептала я, и голос дрогнул. — Так получай их сполна!

Осторожно вернув книги на полку, будто боясь потревожить их зловещую тишину, я направилась к столу.

Выдвигая ящики один за другим, жадно изучала их содержимое.

Засушенные лепестки неизвестных цветов, крошечные пузырьки с мерцающей жидкостью, свитки, перевязанные шёлковыми лентами, и… толстая тетрадь в потёртой кожаной обложке, испещрённой мелкими трещинками времени.

Открыв её, я поняла, что это бабушкин дневник . Летопись её жизни, полная тайн и загадок. Пожелтевшие страницы хранили записи, сделанные разными чернилами: то ровными, аккуратными строчками, то — нервными, порывистыми каракулями.

Захватив тетрадь, как драгоценную реликвию, я покинула подвал.

Занимался рассвет, окрашивая горизонт в нежные пастельные тона. Первые лучи солнца пробивались сквозь кроны деревьев, обещая новый день.

Ложиться снова в постель не имело смысла.

Направившись на кухню, я заварила крепкий чай с мятой и чабрецом . Его аромат напомнил о бабушке, о наших утренних разговорах. Приготовила простые бутерброды с сыром и мёдом, устроилась у окна и принялась читать дневник, поглощая пищу и погружаясь в прошлое своей семьи.

Жизнь бабули была насыщена событиями, полна опасностей и невероятных приключений. Её многие боялись. Могущественная колдунья, она внушала трепет не только простым смертным, но и лесной нечисти, а порой даже более сильным, древним существам.

Меня особенно заинтересовала парочка созданий, находившихся в её подчинении: Леший по имени Путаник и его сварливая супруга, Кикимора болотная с ещё более звучным именем Смутьянка. И почему бабуля не познакомила меня с ними?

Пара была под стать друг другу. Оба заядлые любители сбить путника с пути, посеять в их душах смятение и хаос. А дети их, Лесавки, переняли озорной и пакостный нрав. Бабушке то и дело приходилось держать их в узде, иначе распоясавшаяся братия могла натворить непоправимых бед.

Я ахнула. Так вот почему в последнее время люди стали так часто плутать в лесу, часами кружа по знакомым тропам! Углубившись в чтение, я поняла, почему Алефтина не спешила рассказывать мне об этих лесных жителях. Они обладали коварным даром. Могли сманить юную ведьму с истинного пути, лишив её возможности вернуться назад. Потому знакомство с этими лесными проказниками откладывалось на самый крайний срок, когда я буду готова к их хитростям и уловкам.

«Вот и пришло время знакомства», — твёрдо решила я.

Спустившись в подвал, взяла нужную мне книгу, том, посвящённый лесным духам. Поднялась наверх и, устроившись в уютном кресле-качалке у окна, углубилась в чтение. Солнечный свет ложился на страницы, подчёркивая витиеватые буквы старинного шрифта.

С каждой прочитанной строкой крепло осознание. С этими созданиями шутки плохи. Они не просто духи леса, они его стражи, его голос, его воля. К встрече я готовилась дотошно. Запоминала правила поведения, заучивала слова приветствия, продумывала, что скажу и как себя поведу. Не хотела предстать профаном перед таинственным лесным народом, дабы не стать жертвой их коварства.

К полудню явился Каф, отсутствовавший целые сутки. Его шерсть была взъерошена, местами свалялась клочьями, на мощных лапах виднелись следы лесной грязи и царапины от колючих кустов, а в янтарных глазах читалась какая‑то затаённая тревога.

— Ты голоден? — спросила я, невольно протягивая руку, чтобы погладить его по лобастой голове.

В ответ прозвучал лишь короткий, утвердительный рык

Накормив волка, я вернулась к прерванному чтению.

Бабушкин дневник лежал раскрытым на столе, рядом потрёпанная книга по местной нечисти с затёртыми страницами и пометками на полях. Буквы плыли перед глазами, но я заставляла себя вчитываться, запоминать, сопоставлять.

Время пролетело незаметно.

Вечер уже был не за горами, небо на западе наливалось алым, длинные тени протянулись по полу. Но я всё равно решила не откладывать задуманное. Пора было приступить к переговорам с лешим и его семьёй сегодня же, пока не наступила ночь и луна не набрала полную силу.

В лесу обитали и другие жители, с которыми мне предстояло ещё познакомиться: болотные шептуны, древесницы, хранители родников… Но их черёд придёт позже. А сейчас…

Я глубоко вздохнула, закрыла бабушкин дневник и книгу, аккуратно сложила их на полку.

В груди билась странная смесь страха и решимости. Взяв небольшой узелок с угощениями и памятку с правилами общения с лесными духами, я вышла из дома.

Ступив на едва заметную звериную тропинку, я углубилась в чащу.

Воздух здесь был гуще, насыщеннее. Терпкий запах хвои смешивался с ароматом сырой земли и прелых листьев. Ветви старых елей сплетались над головой, образуя тёмный свод, а под ногами шуршали опавшие иголки и мелкие ветки.