Наследие разбитых зеркал

Глава 7: Первое предупреждение

Умывальня на рассвете.

Холодная вода обжигала лицо, смывая пот ночных кошмаров. Ань Ду стояла на коленях у каменного умывальника во внутреннем дворе, где по утрам собирались служанки. Их смех и перешёптывания наполняли воздух, как щебет птиц перед восходом солнца.

— Опять не спала?

Голос был хриплым, словно простуженным дымом. Ань Ду подняла глаза и встретила взгляд старой Су Ли.

Служанка стояла над ней, её сгорбленная фигура отбрасывала длинную тень. В морщинистых руках она сжимала медный кувшин, но не спешила наполнять его водой.

— Ты бледная, как лунный свет на снегу, — прошептала старуха, наклоняясь ближе.

Запах от неё исходил странный — сушёных трав и чего-то затхлого, будто старых книг, хранящих запретные знания.

Шёпот в тени.

Су Ли оглянулась, будто проверяя, не подслушивает ли кто, затем резко схватила Ань Ду за запястье.

— Он снова дарил тебе что-то?

Её пальцы, жёсткие и узловатые, как корни старого дерева, сжались так сильно, что Ань Ду чуть не вскрикнула.

— Кто?

— Не притворяйся глупой! — старуха прошипела, и её дыхание пахло полынью. — Тот, чьи глаза пусты, а улыбка — как лезвие, обёрнутое в шёлк.

Ань Ду почувствовала, как по спине пробежали мурашки.

— Учитель Бинь Лян просто добр ко мне...

Су Ли закашлялась — звук был резким, словно рвущейся ткани.

— Добр? — она скривила губы, обнажив пожелтевшие зубы. — Ребёнок, разве ты не видишь?

Она резко дёрнула Ань Ду за руку, заставляя её встать, и протащила к треснутому зеркалу, висевшему у стены.

— Посмотри!

Отражение было обычным... на первый взгляд.

Но если приглядеться —

Тени под глазами стали глубже.

Губы — бледнее.

— Он высасывает тебя по капле, — Су Ли провела жёстким ногтем по её шее, и Ань Ду вздрогнула. — Сначала — подарки. Потом — прикосновения. А потом...

Она не закончила.

Из-за угла донёсся звон колокольчика — сигнал к утреннему построению.

Последние слова.

Су Ли отпрянула, словно обожжённая, и судорожно сунула что-то Ань Ду в руку.

— Спрячь. Не показывай никому.

Это был маленький мешочек из грубой ткани, туго перевязанный красной нитью.

— Что это?

— Соль и полынь. Положи под подушку.

Старуха уже отворачивалась, но Ань Ду успела схватить её за рукав.

— Почему вы мне это говорите?

Су Ли остановилась.

— Потому что предыдущая девушка, которой он дарил личи...

Она обернулась, и в её глазах Ань Ду увидела нечто, от чего кровь застыла в жилах.

— ...её нашли в саду. Сухой, как осенний лист.

Колокольчик зазвенел снова — настойчивее.

Су Ли резко вырвала руку и заковыляла прочь, оставив Ань Ду стоять с мешочком в одной руке и страхом — в другой.

Выбор.

На построении Бинь Лян смотрел на неё.

Не как учитель — с оценивающим взглядом.

А как голодный — на трапезу.

Когда он улыбнулся, Ань Ду почувствовала, как мешочек в её руке становится горячим.

Но она не бросила его.

Не сейчас.

Не после того, что услышала.

Но когда она вернулась в свою келью и развязала его...

Внутри не было ни соли, ни полыни.

Только один чёрный лепесток личи — свежий, будто только что сорванный.

И капля крови, высохшая на нём, как печать.