Наследие разбитых зеркал

Глава 23: Кровавая луна

Тьма сгущалась, как старая кровь, оседая на ресницах, впитываясь в кожу. Источник перед ними чернел, бездонный, будто ведущий прямиком в преисподнюю. Вода здесь не была просто водой — она помнила. И за правду требовала платы.

— Она требует глаз, — прошептала девушка, поднимаясь из глубин.

Её голос похрустывал, будто ломающийся лёд, а тело состояло из сотен капель, едва удерживающих форму. Лицо было красивым — слишком красивым, словно выточенным изо льда нечеловеческими руками.

Лэй Цю не колебался.

Его когти вонзились в собственное лицо.

Хруст.

Тепло.

Правый глаз остался у него на лапке — липкий, зрачок ещё сузился от боли, прежде чем тьма поглотила его.

Вода с жадностью приняла жертву.

Поверхность озера вздыбилась, и тогда они увидели.

Правда в цепях.

Глубины расступились, открыв настоящего Бинь Ляна.

Он висел в пустоте, опутанный цепями с иероглифами подавления. Его грудь была распорота, но вместо сердца — пульсирующий чёрный цветок, лепестки которого шевелились, как щупальца.

Рядом копошилась тень в белой маске, её тонкие пальцы вгрызались в его энергетические каналы, высасывая силу.

— Он уже мёртв, — сказала водяная девушка, её голос дрожал, будто вот-вот рассыплется. — То, что ходит в школе — лишь отражение, сосущее его остатки.

Ань Ду почувствовала горький вкус на языке.

Она знала это лицо.

Тень в маске повернулась — и на мгновение Ань Ду увидела собственные черты, искажённые безумием.

Прорыв памяти.

Девушка из вод коснулась её лба ледяными губами.

И мир рухнул.

300 лет назад

Бинь Лян стоял перед ней — молодой, улыбающийся, с палочкой для каллиграфии в руках.

— "Ты особенная, Ань Ду. Твой дар — ключ."

Его голос был тёплым, почти отцовским.

А потом — ночь предательства.

Он привёл её к Теневому Когтю, когда те пришли за ней.

Лэй Цю тогда рвал зубами врагов, его серебристая шерсть была залита кровью, но их было слишком много.

Её последнее воспоминание той ночи — его окровавленная морда, смотрящая на неё сквозь решётку клетки.

"Беги."

Но она не смогла.

Боль и шёпот.

Лэй Цю, словно чувствуя её муку, прижался к её ладони.

Его губы обожгли кожу — и вдруг она почувствовала его боль.

Сломанные рёбра.

Горький вкус собственной крови.

Туман в голове, стирающий слова.

Он забывал ради неё.

Каждое сражение, каждый удар — он терял часть себя, чтобы она осталась целой.

Новый глаз.

Вода бурлила, возвращая плату.

Лэй Цю встряхнулся — правый глаз зажил, но зрачок теперь был узким, как у лисы, и светился в темноте фосфоресцирующим жёлтым.

— Теперь мы видим, — прошипел он, и его голос звучал чужим, будто сквозь слои времени.

И где-то в глубине, цепной Бинь Лян внезапно дёрнулся.

Как будто узнал их.

Пробуждение.

Ань Ду вдохнула — и воздух обжёг лёгкие.

Она вспомнила всё.

Своё настоящее имя.

Зачем Бинь Лян предал её.

Почему Лэй Цю потерял память.

И самое главное — что должна сделать.

Кровавая луна уже поднималась над озером.

Время почти вышло.