Наследие тени

Глава 17

Я сидела в машине, вцепившись пальцами в планшет с документами, как утопающий за соломинку, и изо всех сил старалась не смотреть на часы.

Опаздывать на встречу с Игорем Рубцовым было не просто неловко — это было просто макси-невоспитанно потому что этот человек, казалось, получал извращенное удовольствие, демонстрируя своё мнимое превосходство. Достаточно было мимолетного взгляда его холодных глаз, чтобы понять: он искренне убежден, что является пупом земли, вокруг которого вращается всё сущее.

Прошедший вечер выдался просто великолепным — редкий случай, когда всё скложилось идеально. Гости разошлись с улыбками на лицах, довольные, а я, в свою очередь, обрела несколько полезных знакомств. Кто бы мог подумать, что за изысканным образом Лавровой скрывается настоящая любительница сплетен! Не прошло и дня, как она умудрилась растрезвонить о моей личности всегому городу. Да уж, эта женщина — ходячий мегафон.

Журналистка, приглашённая для освещения мероприятия, тоже не теряла времени даром. Она описала вечер в мельчайших подробностях, не упустив ни единой детали, и теперь мне приходилось читать о себе в прессе.

Но главное достижение того вечера — это долгожданная встреча с самим Барским. Он соизволил назначить встречу на вечер пятницы, что уже само по себе можно считать чудом. Однако стоять перед ним, словно перед непробиваемой стеной, оказалось сложнее, чем я ожидала. Его взгляд, холодный и цепкий, будто насквозь видел все мои мысли. Сергей казался созданным из стали, каждое его движение внушало уважение и страх одновременно.

И хотя Марк был лишь его приёмным сыном, их взгляды были пугающе похожи. В этих глазах читалась та же хищная уверенность, тот же скрытый вызов. Сердце сжалось, но я не позволила себе дрогнуть. Уступить сейчас — значит потерять всё.

Когда мы, наконец, подъехали к зданию его офиса, я с трудом подавила тяжелый вздох, застрявший где-то в груди. Высокий, словно устремленный в небеса, стеклянный небоскрёб, сверкающий на солнце, как новенький золотой зуб у напыщенного нувориша, — место, казалось, идеально созданное для человека, который питал болезненную, почти патологическую, нарциссическую любовь к собственному отражению.

Войдя в просторный, отделанный в стиле «дорого-богато» кабинет, я сразу же увидела его. Рубцов восседал в огромном кожаном кресле, развалившись в нём с вызывающей небрежностью, словно был не просто владельцем этой компании, а единоличным хозяином. На нём был безупречно скроенный дорогой костюм, который буквально кричал о его баснословном статусе, и золотые часы, от блеска которых, казалось, можно было ослепнуть.

Он мне напоминил Михаила.

Что ж, сейчас я начну свою тщательно отрепетированную партию милой, слегка наивной, но в то же время неприступной девушки, которая с нескрываемым восхищением смотрит на импозантного мужчину за сорок.

— Игорь Маратович, — с искуственной теплотой в голосе протянула я, входя в кабинет и делая вид, что искренне рада этой встрече. — Как же приятно, что вы всё-таки нашли время для моей скромной персоны.

Его вид, словно выдержанное вино, был маслянистым и обволакивающим, а улыбка — натянутой и слишком широкой, обнажающей ряд белоснежных зубов. Я пожала его руку, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица и демонстрировать безупречный профессионализм.

— Сашенька, — слащаво протянул он, растягивая слова, словно пробуя их. — Всегда рад видеть столь… очаровательную гостью.

— Вы сегодня просто превосходно выглядите, впрочем, как и всегда, — с легкой иронией заметила, внутренне усмехаясь, видя, как мои слова льют бальзам на его самолюбие. — Полагаю, мы сможем быстро уладить все формальности и перейти непосредственно к делу? — Я окинула кабинет быстрым, ничего не выражающим взглядом.

— Конечно, конечно, — он сделал широкий жест рукой, приглашая меня сесть в кресло напротив. — Но зачем такая спешка? Не хочешь насладиться прекрасным видом? — Мужчина небрежно кивнул в сторону огромных панорамных окон, из которых открывалась захватывающая дух панорама города, утопающего в лучах заходящего зимнего солнца.

Ещё с нашей первой встречи заметила, как непринужденно и фамильярно он обращается ко мне на «ты», словно мы были старыми приятелями, а не будущими деловыми партнерами.

— Вид, безусловно, впечатляет, — коротко и сухо ответила, доставая из сумки папку с документами. — Но, полагаю, нам всё же стоит перейти к сути нашего разговора.

Он хмыкнул, явно наслаждаясь тем, как я, по его мнению, пытаюсь ему льстить.

— Твоя целеустремленность меня просто восхищает, — с деланным восторгом произнес он, откидываясь на спинку кресла и складывая руки на животе. — Но скажите мне честно, Александра, ты абсолютно уверена, что не передумаешь? Отдавать акции — это, знаете ли, весьма серьёзный шаг. Вдруг мне сейчас взбредет в голову запросить больше?

Я посмотрела ему прямо в глаза, стараясь не выдать ни тени раздражения, которое уже начинало подниматься изнутри, и, слегка улыбнувшись, небрежно заправила выбившуюся из прически прядь волос за ухо.

— Мы тщательно взвесили все «за» и «против» и приняли окончательное решение, Игорь Маратович. Оружие, которое вы предоставляете, необходимо для обеспечения нашей безопасности. А акции… что ж, это всего лишь необходимая часть сделки. Я узнала что раньше ваши люди уже помогали Воронову. Да и к тому же, если разобраться, — просто ничего циферки на бумаге.

Боже сейчас меня стошнит от этого приторно-сладкого тона.

— Просто циферки? — переспросил он, удивленно вскинув бровь. — Мне начинает нравиться твой подход. Смелость, как известно, украшает женщину. А что, если я вдруг передумаю и захочу разорвать уже подписанный контракт? — Он исподлобья бросил на меня тяжелый, испытующий взгляд.

— Я искренне надеюсь, что до этого не дойдет, Игорь Маратович, — непринужденно ответила я, удобно устраиваясь в кресле и закидывая ногу на ногу. — А уж если такое случится, то, поверьте моему слову, я приложу все усилия, чтобы раскрыть вашу… истинную сущность во всей красе и выставить её на всеобщее обозрение. И что-то мне подсказывает, — я многозначительно прищурилась, — что тогда вы лишитесь не только этих злополучных акций, но и всего этого роскошного здания вместе со своим безупречным костюмчиком. — Я едва заметно сжала зубы, стараясь сохранить на лице уверенную, почти нахальную, улыбку.

Рубцов на мгновение замолчал, словно обдумывая мои слова.

— Радует, что мы, наконец, пришли к согласию, — с напускной бодростью произнесла я.