Наследие тени

Глава 20

Я смотрела на закрывающуюся за мной дверь ресторана, и только когда прохладный уличный воздух коснулся моего лица, я позволила себе выдохнуть. Пальцы, сжимавшие ремешок сумочки, побелели. Ноги были ватными, но я заставила себя идти ровно, чеканя каждый шаг по тротуару под прицелом взглядов моих охранников.
​Внутри всё клокотало от смеси ярости и липкого страха, который я так тщательно прятала за маской безразличия.

Родошла к машине. Телохранители синхронно вытянулись, один из них распахнул заднюю дверцу. Я замерла на секунду, глядя на свое отражение в тонированном стекле. Бледная, с лихорадочным блеском в глазах, но всё ещё непоколебимая.

— Домой, — бросила я, садясь в прохладный салон.

Как только дверь захлопнулась, отрезая меня от внешнего мира, я бессильно откинулась на кожаное сиденье и закрыла глаза. Меня трясло. Крупная, неуправляемая дрожь била всё тело. В голове до сих пор звучал его хриплый голос и эти тёмные глаза.

— Идиот, — прошептала я в пустоту. — Самовлюбленный, заносчивый... Барский.

Авто мягко затормозило у ворот нашего особняка. Я вышла, не дожидаясь, пока мне откроют дверь, и стремительным шагом направилась внутрь, прямиком к кабинету дедушки.

Виктор Иванович сидел за столом, изучая какие-то бумаги. Свет настольной лампы подчеркивал глубокие морщины на его лице, делая его похожим на старого усталого льва.

— Это что еще за новости, дедушка? — я остановилась посреди кабинета, скрестив руки на груди. — Почему узнаю о своем новом «хвосте» от самого Барского-младшего, а не от тебя?

Дед медленно поднял глаза. Он не выглядел удивленным моим резким тоном.

— Присядь, — спокойно произнес он, жестом указывая на кресло.

— Я не сяду, пока ты мне не объяснишь, зачем мне этот надсмотрщик! — мой голос сорвался на высокую ноту. — Мало мне твоих людей, которые и так шагу ступить не дают? Теперь ещё Марк будет дышать мне в затылок?

Дед тяжело вздохнул и отложил ручку, сплетя пальцы в замок. В его взгляде промелькнуло нечто среднее между сочувствием и суровой необходимостью.

— Сядь, — повторил он, и на этот раз в его голосе прорезался металл, заставивший меня подчиниться.

​Опустилась в кресло, чувствуя, как злость внутри сменяется тревожным предчувствием. Мужчина подался вперед, вглядываясь в мое лицо так, словно искал в нем знакомые черты.

— Ты думаешь, это моя прихоть? Или я хочу потешить эго Барских? — он горько усмехнулся. — На тебя уже было покушение, Саша. И это было до того, как ты официально стала наследницей. После того как мы подпишем контракт с Барскими и объявим о свадьбе, ставки взлетят до небес. Барский — это страховка. Сергей не позволит ничему случиться с будущей невесткой, пока Марк не войдёт в долю «Стеллы».

Я опешила.

— Что? Что ты сказал?

— Именно то, что слышала, — дедушка поднялся и подошел к окну, заложив руки за спину. — Марк должен стать не просто твоим мужем на бумаге. Он станет соучредителем «Стеллы». Это было обязательным условием Сергея. Без этого пункта в контракте браку не быть.

Я замолчала, чувствуя, как стены кабинета начинают давить на меня. Марк Барский. Человек, который только что за обедом обещал мне «поводок», теперь получает ключи от моего дома и моего бизнеса.

— Это цена выживания, Саша, — дед обернулся, его лицо в тени казалось высеченным из камня. — Барские не благотворительная организация. Они — хищники. И единственный способ заставить хищника тебя не есть — это дать ему долю в твоей добыче. Марк будет не просто присматривать за тобой. Он будет вгрызаться в глотку любому, кто покусится на отель, потому что теперь это и его деньги тоже. Он будет цербером у наших ворот.

Я вскочила с кресла, не в силах больше сидеть на месте.

— Этот цербер только что за обедом примерял на меня ошейник! Он ни во что меня не ставит, дедушка. Для него я — трофей, который нужно выдрессировать. Ты понимаешь, что ты запираешь меня в клетку с хищником?

​— Тогда стань хищником сама, — отрезал дед, ударив ладонью по столу. — Перестань истерить как девчонка, которой не купили куклу. Ты сама пошла в тот кабинет. Ты сама предложила сделку. Ты поставила на кон «Стеллу». Теперь не жалуйся, что правила игры оказались жестче, чем в твоих фантазиях.

Он был прав. Каждое слово — в цель. Я сама выбрала этот путь, сама выложила карты на стол, надеясь переиграть гроссмейстеров. А теперь, когда меня прижали к доске, я начала пятиться.

Ночь прошла в полузабытьи. Мне снились серые коридоры дома Барских и глаза той маленькой девочки, дочери Сергея. Интересно, какая роль в этом спектакле отведена ей? И кто её мать? Елена выглядела скорее как холодная тень в этом доме, чем как любимая женщина.

Два дня спустя.

Звонок в домофон прорезал тишину ровно в девять ноль-ноль.

Я накинула на плечи графитовый пиджак и в последний раз взглянула на себя в зеркало. Взгляд был холодным, губы тронуты едва заметной помадой цвета запекшейся крови. В холле уже стоял Виктор с бабушкой и непосредственно он.

— Доброе утро, будущая миссис Барская. Надеюсь, ты выспалась? Нам предстоит долгий день изучения мелкого шрифта.

— Моя фамилия — Воронова. И она останется при мне даже после того, как чернила высохнут, — я прошла мимо него накидывая поверх пальто.

Попрощавшись с семьей я вышла следом за Барским. Как только мы оказались в закрытом пространстве салона, Марк завел двигатель. В воздухе тут же смешались запахи дорогой кожи, его терпкого парфюма и… опасности.

— Слушай сюда, Воронова, — он вырулил со двора, даже не глядя в мою сторону. — Пока мы едем в офис к нотариусу, запомни: перед прессой мы — безумно влюбленная пара, решившая объединить капиталы и сердца. Никаких кислых мин и колкостей. Ты будешь улыбаться так, будто я — предел твоих мечтаний. Уяснила?

— Уяснила, — отозвалась , не поворачивая головы.

Офис компании Барских располагался в самом сердце делового сити — в зеркальной башне, верхушка которой терялась в утреннем тумане. Внутри всё дышало деньгами и властью: беззвучные лифты, вышколенный персонал, панорамные окна с видом на город, который казался отсюда лишь скоплением игрушечных домиков.