Наследие тьмы и света

Глава 81. На грани падения

Комната Рейна встретила полумраком. Воздух был тёплым, пропитанным чем-то неуловимым — опасностью или чем-то ещё, более глубоким и тёмным. Шаги остановились, дверь закрылась, отрезая путь назад.

Тишина оборвалась внезапно — спина ударилась о холодную стену, а горячее дыхание скользнуло по коже.

Рейн был слишком близко.

Ладонь скользнула по талии, пальцы сжались крепче, вызывая горячую волну, растекающуюся по телу. Слова сорвались с его губ — низкие, хриплые, тянущие, словно ласка, от которой не скрыться:

— Так прекрасно… когда тьма охватывает тебя.

Губы коснулись шеи — едва ощутимо, дразнящее. Он ждал, медлил, словно проверяя, как далеко можно зайти.

Сердце гулко билось, отдаваясь эхом в ушах. Ничего больше не существовало — только его прикосновения, тепло его тела, запах магии и силы, которыми он был пропитан.

Рука скользнула выше, к спине, притягивая ближе, не оставляя пространства для отступления. В каждом движении — требование. В каждом слове — обещание, от которого кружилась голова.

— Чувствуешь? — шёпот коснулся уха, обжигая.

Чувствовать было невозможно — слишком многое горело внутри. Тьма отзывалась на него, откликаясь желанием. Хотеть — вот что она делала. Хотеть его. Хотеть больше.

Ногти впились в его плечи, останавливаясь на грани, где заканчивается сомнение и начинается что-то, чему не должно быть места.

Рейн не ждал.

Поцелуй — горячий, требовательный, сжигал остатки воли. Не было мягкости, не было осторожности — только желание. Только власть.

Он не спрашивал. Забирал.

Пальцы скользнули по изгибу бедра, сжали, приподняли, лишая опоры. Прикосновения стали смелее, требовательнее — словно не было ни страха, ни сомнений, ни границ.

Всё тонула во мраке.

И вдруг — образ.

Голубые, почти синие глаза, полные боли.

— Убей меня!

Дейк.

Вспышка — взгляд Леона, такой спокойный, полный веры… и улыбка, которая ранила сильнее любого удара.

Что она делает?

Тепло его тела стало невыносимым. Всё казалось неправильным.

Рывок — и воздух ударил в грудь, когда шаг отдалил от него.

— Нет…

Рейн замер. В глазах — напряжение и что-то более острое, более опасное.

— Нет? — голос стал тише, холоднее, почти угрожающий.

Пальцы всё ещё держали запястья, не давая уйти.

— Почему? — вопрос прозвучал мягко, но под ним чувствовалась сила. — Почему ты отказываешься от того, что уже твоё?

Каждое слово тянуло обратно, к пропасти, где не было возврата.

Он не понимал.

Тьма звала, требовала сдаться. Но где-то глубоко, за её шёпотом, звучало другое — тихое и отчаянное.

Её не могло быть рядом с ним.

Гнев в его глазах сменился чем-то другим — горечью? Разочарованием?

Он не отпустил сразу.

Только спустя несколько секунд пальцы разжались, и тепло исчезло.

— Я дам тебе время, — произнёс он медленно. — Но однажды ты перестанешь бороться.

Слова упали, как предсказание, как неизбежность.

— И я буду ждать.

Рейн смотрел, как она делает шаг назад, а затем ещё один — до тех пор, пока расстояние не стало слишком большим, чтобы он мог удержать её.

Дверь закрылась за спиной.

В замке было холодно.

Но холод внутри был куда сильнее