Наследие тьмы и света

Глава. 101 Рассвет в крови

Рассвет ещё не коснулся башен замка, когда землю под ногами сотряс первый удар.
Гулкий, как раскат грома.

Я вздрогнула, сорвавшись с постели. Сердце колотилось так, будто знало — это не тревога, это нападение.

— Ваше величество! — ворвался один из стражей, лицо его было белым. — Враги у ворот!
Я всё это время думала, что победа близка. Но тьма всегда ждёт, пока мы отвлечёмся. А я… я позволила себе забыться. Ушла в свои чувства.

Я закрыла глаза и глубоко вдохнула.
— Я — королева. Но прежде всего я воин. Мой народ нуждается во мне.

Схватив амулет, я вышла в коридор. Замок дрожал от звона стали и криков. Запах гари и крови уже витал в воздухе.

Во дворе бушевал хаос. Стены замка были пробиты в нескольких местах — изнутри кто-то открыл врата. Предатель…

Я подняла руки, и амулет вспыхнул в свете рассвета. Силы наполнили меня, словно сами небеса склонились к моей воле.

— За Аэрон! — мой крик прорезал шум битвы.

Вражеский отряд бросился вперёд, но я ударила ладонями в землю. Из-под ног вспыхнули линии магии — и пылающие цепи света оплели десятки врагов, поднимая их в воздух. Взмахом руки я обрушила их обратно, словно кукол, и земля содрогнулась от удара их тел.

Я двигалась, как в танце: клинок в одной руке, магия — в другой. Каждое движение было точным, каждое заклинание — смертельным. Я забыла о страхе, забыла о чувствах. Была только битва.

Слева я увидела Дейка.
Он бился, как воплощённый огонь: его меч пылал пламенем, удары были быстрыми и безжалостными. Но глаза его всё время метались ко мне — будто он следил не за врагами, а за тем, чтобы я осталась жива.

Рейн сражался справа. Его тьма резала воздух, словно лезвия. Он двигался бесшумно, словно тень, и каждый враг, приблизившийся к нему, падал замертво. Но в его взгляде тоже была привязанность: он прикрывал мой фланг, словно только я и имела для него значение.

Кайл вёл стражу, громовым голосом поднимая людей в атаку. Его молоты разносили щиты врагов, как глиняные игрушки.
Лея же стояла на башне, и её стрелы летели одна за другой — каждая находила цель. Она кричала мне что-то, но шум боя заглушал её голос.

Мы были одной силой. Одной армией.

Предательство

И вдруг — резкая боль.
Что-то горячее и жгучее пронзило моё плечо.

Я обернулась — и застыла. Удар пришёл не со стороны врагов.
Это был один из моих стражей. Тот, кому я доверяла. На его руке вспыхнула метка Хайсона.

— Прости, королева, — прошипел он, занося кинжал для второго удара.

Но он не успел.
Дейк взревел, как зверь, и его меч разрубил предателя на месте.
Рейн оказался рядом в ту же секунду — его тёмная магия сомкнулась вокруг меня, словно щит.

Я пошатнулась, кровь текла по руке, но я стиснула зубы и поднялась.
— Я не упаду, — прошептала я. — Не сегодня.

Я подняла руку, и небо над замком вспыхнуло.
Свет, ослепительный и чистый, разорвал рассвет, накрыл двор, стены, всё поле боя.

Враги закричали, многие упали, закрывая глаза. Моё тело дрожало, но я стояла, чувствуя, как сама магия мира проходит через меня.

— Это моя земля, — мой голос звенел, будто колокол. — И вы не возьмёте её!

Я ударила ладонями в воздух, и свет обрушился на врагов потоком, сметая их, как шторм.

Я чувствовала их взгляды.
Дейк — с гордостью и страхом. Его губы были сжаты, но я знала: он готов сгореть, лишь бы защитить меня.
Рейн — с восхищением и жаждой. В его глазах было желание не просто защищать, а владеть такой силой, быть рядом с ней.

Но я не могла думать о них. Я была королевой.

И в тот рассвет я напомнила себе — и всему миру — что Анет Лаверье не просто женщина в короне. Она — воин, чья сила способна сокрушить тьму.

Я вложила в последний удар всю себя.
Свет пронзил рассвет, сжигая остатки врагов дотла. Вой смолк. Двор покрылся тишиной, нарушаемой лишь стонами раненых.

Но в следующее мгновение меня пронзила дикая боль. Рана, оставленная предателем, словно ожила. Кровь залила платье, ноги подкосились. Мир качнулся.

— Н-нет… — успела прошептать я, прежде чем тьма обрушилась.

Я успела почувствовать только холод камня под ногами и тяжесть собственного тела.
Всё плыло. Сознание ускользало.

Сквозь туман я видела, как два силуэта бросились ко мне.
Огненный — и тёмный.

Чьи-то руки подхватили меня, крепкие, словно железо. Я узнала запах — дым, сталь, огонь.
Дейк.

— Анет! — его голос сорвался, стал почти звериным. — Держись, слышишь? Не смей закрывать глаза!

Но в следующий миг рядом оказался другой. Чья тень всегда холодила моё сердце, чьи глаза были темнее ночи.
Рейн.

Его пальцы скользнули к моей щеке, и голос прозвучал низко, угрожающе-тихо:
— Отдай её мне. Ты не справишься.

Я почувствовала, как тело содрогнулось в руках Дейка. Его дыхание стало тяжёлым, почти рычанием.

— Уйди с дороги, Рейн, — его слова резанули воздух, как клинок. — Или я убью тебя прямо здесь.

Их голоса гремели надо мной, как раскаты грома. Я не могла открыть глаза, но каждый звук прожигал мою душу.
Между ними вспыхнула искра. Оба были моими щитами. Оба — моей погибелью.

А я… а я уже тонула в темноте.

Дейк прижимал Анет к себе, его руки дрожали, но взгляд был острым, как клинок.
— Убирайся, — процедил он, глядя на Рейна. — Ты даже пальцем не прикоснёшься к ней.

И тут прогремел голос:
— ДОВОЛЬНО!

Кайл влетел в зал, словно буря. Его сапоги гулко ударили о камень, молот в руке вспыхнул, и он встал прямо между ними.
Рейн скривился, но не двинулся. Дейк, стиснув челюсть, держал Анет так, словно боялся, что её вырвут у него силой.

И тут появилась Лея. Она склонилась к Анет, её пальцы уже искали пульс, проверяли дыхание.
— Она ещё жива… но если мы не остановим кровь, всё кончено, — голос её дрожал, но она действовала быстро.