Наследие ведьмы

ГЛАВА IV: ПОЛОВАЯ ТРЯПКА

Когда Анна уехала в неизвестном направлении, Айшер заняла её кабинет. Это был будний день, поэтому завуч отправила Адду на занятия. А вечером, когда занятия были окончены, школьница снова направилась в кабинет. Айшер сидела на том же месте, где несколько часов назад. Завуч внимательно изучала бумаги Анны.

– Есть что-то интересное? – поинтересовалась девушка.

– Анна оставила список поручений, – не отвлекаясь от работы, ответила Айшер. Сосредоточенным взглядом она вела карие зрачки по странице какого-то листа формата А-четыре. Лист слегка просвечивал, и был виден рукописный текст.

– Вы до сих пор не расколдовали ворону? – удивилась Адда.

– Эта обратная руна не так уж легко и наносится.

Айшер сердито поёрзала в кресле, будто не могла решить какой-то простой пример для пятиклассника. Адда поняла, что её вопрос испортил настроение временно верховной ведьме. Завуч встала, одёрнула одежду и сказала:

– Идём в темницы. Сначала вытащим Аниту.

Адда покорно кивнула.

– Я тебе говорила не ковырять уши?

– Я это не контролирую, – виновато призналась девушка.

– Руки бы поотбивала! Что значит не контролируешь? Психбольная что ли?

У Адды сложилось странное впечатление. С одной стороны, Айшер строгий и резкий преподаватель математики. С другой стороны, проявляет заботу. В итоге получается какая-то строгая забота.

Они покинули кабинет и спустились на парковку. Она была освещена лишь по центру. По краям царил полумрак. Айшер и Адда дважды обошли парковку. Входа в темницы так и не нашли.

– Я что, совсем отупела? – самокритично выпалила Айшер.

Женщина осмотрела остывшее клеймо высшего круга.

– А что, если? – сказала Айшер и руной нагрела железяку.

Из нагретого артефакта послышался шёпот, а потом жуткие женские крики. Неясно было, страдают ли эти голоса или смеются.

– Работает? – спросила Адда.

– Нет. Только остаточные явления многочисленных шабашей. Анна не оставила инструкцию о том, как войти в темницы.

– Анна приказала? – послышался неестественно низкий, но очень громкий голос.

Адда вскрикнула от неожиданности. Школьница так и не поняла. Она спряталась за Айшер или завуч закрыла собой помощницу?

– Анна приказала! – решительно ответила завуч.

– Идите сюда, – позвал голос.

– Куда?

На свет из полумрака вышла огромная гаргулья. Вот уж кого Айшер не ожидала увидеть в школе ведьм. В целом, последние сутки казались женщине сном.

– У вас есть пропуск? – деловито поинтересовалась гаргулья.

Айшер предъявила ему клеймо:

– Нам нужно в нижнюю темницу.

– В нижнюю может пройти только верховная, – отрезала гаргулья.

– Я верховная! – гордо заявила Айшер. Хоть ей было некомфортно в новой должности, слабину показывать нельзя. Вести себя необходимо под стать Анне.

Гаргулья пренебрежительно усмехнулась. Тогда Айшер подошла близко к гаргулье. Мощная рука каменного стража вытянулась и прикоснулась к плечу завуча, куда Анна недавно нанесла метку верховной.

– Это многое объясняет, – интонацией академика сказала гаргулья.

– Ну что там? – послышался второй низкий голос из темноты.

– Она временно проклята.

– И что? – не понял голос.

– Она временная верховная.

– Это как?

– Да говорю же, проклята меткой.

– Ааа...

– И часто вы так? – спросила Айшер.

– Мы просто давно никого не убивали, – пожаловалась гаргулья.

– Так руки чешутся, – призналась вторая. – В этом подземелье одни и те же рожи…

– На свою посмотри, – с упрёком бросила первая гаргулья.

Каменные изваяния стали бранить друг друга на чём свет стоит. Один за другим сыпались нелицеприятные оскорбления, однако драться они не собирались. Только чесали своими каменными языками. Это было очень похоже на ругать старых братьев, которые в душе не желают зла.

– Это какой-то цирк, – процедила Айшер.

Вдруг завуч поймала себя на интересе. Что она дальше увидит? Как из подземелья выскочит говорящий горный козёл? Ну а что может быть ещё странней?

– Вам приказано охранять темницы? – спросила ведьма.

– Да.

– А зачем... Хотя, пожалуй, нет! Мне не интересно. Покажите вход.

Гаргулья покорно повернулась и повела ведьм в тёмный коридор. Оказалось, что на парковке есть потайной вход. То, что Айшер приняла за скалу, на которой стоит школа, на деле оказалось задним местом гаргульи. То есть живые статуи и были дверью.

– Много заключённых?

– Нет, – ответила гаргулья, после чего с умным видом добавила: – Только ценные.

Они стали спускаться в темницы.

– Берите факелы. Руны света и фонарики тут не работают, – посоветовала гаргулья.

Айшер повернулась к Адде. Помощница сразу поняла, что факел придётся нести ей. Гаргулья сняла со стены погасший факел. Чиркнула каменными пальцами. От искры факел мгновенно вспыхнул. Адда не ожидала такой вспышки. На миг её даже ослепило. Гаргулья заботливо подала факел помощнице. Адда взяла его и немного отвела от себя. Она побоялась остаться без бровей и ресниц.

– Веди, – приказала Айшер.

– Нет, я у входа, моя смена ещё не окончена, – отказалась гаргулья и закрыла собой проход на парковку. Лицом она осталась к ведьме.

– Стоило догадаться, что тут так холодно, – поморщилась временная верховная.

Айшер была удивлена. Её удивило наличие у стражей разума и эмоций. Здравомыслящая ведьма никогда в гаргулий не верила. Считала, что камень не способен быть живым здравомыслящим существом. Считала, что все истории о гаргульях преувеличены. Что в жизни это бездушные болванчики, бездумно выполняющие одни и те же действия. Не имеющие собственных желаний и инициативы.

Они стали спускаться и наткнулись на гаргулью-стража. Это было крупное существо с шипами по телу. Айшер решила, что больше она сегодня ничему не удивится.

И вдруг позади гаргульи-стража мелькнул силуэт. Полноразмерный локомотив с мурашками переехал тело математика. Это было лихо. Мёртвая ведьма. Тело некогда могущественной ведьмы. Отрицательная магия исказила человеческую форму покойницы. Запах мертвечины ощущался метров за восемь. Самое опасное, что эта нежить сохранила способности ведьмы. Одним неаккуратным сглазом лихо способно не просто убить, а выжечь душу.