Наследие ведьмы

ГЛАВА XVII: КОНФЛИКТ РАЗУМА И ЧЕСТИ

Тихон парил в невесомости. Себя он не помнил. Вдруг обрывки угасшего сознания стали доноситься до разума богатыря. Сначала собственный крик. Потом безжизненный лес, освещаемый огнём, и костяная ступня. Богатырь выл от боли, а старая ведьма раскалённым ножом вырезала что-то на спине богатыря.

– Защити сего богатыря от сглаза смертоносного. Стань щитом от проклятия недруга. Укрепи разум и сознание... – монотонно и пугающе бубнила Яга.

Тихон не ведал, сколько это длилось. Час? День? Неделю? И вот он сидит за столом. Яга ставит на стол паренные мухоморы и репу.

– Так это отшибёт мне память? – уточнил богатырь.

– Да, милок, – сказала ведьма заботливой интонацией.

– А если я ничего не буду помнить, как я пойму, что мне нужно сделать?

Яга добродушно взъерошила богатырю тёмные волосы.

– Рецепт моих мухоморчиков особый. Убить не убьёт, а ненужное из головы вытравит.

– Может, дать мне по голове?

– Совсем куку? А вдруг дураком станешь? Мне того не надо... – ужаснулась старуха.

– И то верно, – усмехнулся парень.

– Всё вспомнишь, но не сразу, – уточнила Яга. – Правда будет открываться тебе постепенно. Разум будет твердеть, и в нужный момент он тебя не подведёт...

– М-да... – вздохнул Тихон. В интонации читалось сомнение.

– Ну полно тебе...

– Прости, бабуля, это ведь не тебе в банку на восемь веков лезть? – с древнерусским сарказмом уточнил Тихон.

Ведьма вздохнула:

– И последнее, передай Волославу, чтобы в Адской пустоте выжить, ему придётся измениться. Только так он сможет...

В районе лба появилась колющая боль. Тихон снова где-то парил. Вдруг издалека он стал слышать женский голос. Судя по интонации, вещал какой-то корреспондент:

– Страшный ураган накрыл Москву. Пострадали несколько районов, десятки тысяч пострадавших...

Тихон открыл глаза. Он лежал в помещении с белыми стенами. На миг его ослепило. Напротив него висел телевизор. Справа входная дверь. В руке торчали подозрительные прозрачные трубки. Только потом богатырю пояснят, что это была капельница. Он хотел её выдрать, а потом вдруг осёкся. Ощущение было, будто его не отпускал кошмар. Но нет. Не кошмар. Дыхание свело. В комнате стало что-то противно пикать. Пик! Пик! Пик! Тихону было не до этого. Мысли били богатыря всё больней и больней. Неужели он добровольно прыгнул в заточение? Он знал, на что идёт? Яга не проклинала и не пыталась подчинить его. Ведьма выжгла на коже обереги, которые нельзя было сорвать или отбить в бою. Что за задание Яга дала Тихону? Что она ему наговорила? Как бы Тихон ни пытался вспомнить, в разуме эхом проносилась фраза: «В нужный момент ты всё вспомнишь».

– Не в нужный! Я ничего не успел сказать Волославу, – с болью в хриплом голосе буркнул богатырь. Вдруг он снова обратил внимание на телевизор. В эфире центрального телеканала шёл выпуск новостей.

– Аномальные молнии разрушили несколько домов. Здания послужили очагом возгорания. Пожар мгновенно объял близлежащие строения. Ветер разнёс огонь, и вскоре пламенем был объят торговый центр... – говорила молодой репортёр. В момент репортажа хрупкая женщина стояла на фоне разрушенного памятника. Позади была выжженная пустошь. Где-то вдали до сих пор валил дым.

Тихон нервно сглотнул. Вдруг в палату зашёл Олег. Оперативник нёс чай в дешёвом прозрачном пластиковой стаканчике. Снаружи свисал жёлтый ярлычок от чайного пакетика. Бесполезный нёс стакан двумя пальцами. Во второй руке у него был круассан в полиэтиленовой упаковке. Лицо опера было исцарапано и посечено. Руки тоже. Одежда была странная. Бельё было похоже на пижаму.

Увидев, что Тихон пришёл в себя, Бесполезный присвистнул:

– А я уж думал, тебя только поцелуй любви разбудит. Я уже даже зубы почистил.

Тихон не остался в долгу:

– Ты где такой модный прикид раздобыл, полосатый?

– На свой посмотри, – упрёком на упрёк ответил Олег.

За несколько месяцев совместной работы по выслеживанию Игоря Мороза эти двое неплохо сдружились. Благодаря харизматичному напарнику Тихон преуспел в добродушном современном юморе. Оба засмеялись. Олег поставил чай на тумбочку. Богатырь только сейчас её заметил. Тихон засмотрелся на стакан. На дне стакана кипяток окрасился, но чем выше, тем прозрачней была вода. Чай почему-то заварился слоями.

– Это что такое? – Тихон показал капельниц, торчащие из левой руки трубки.

– Не трогай. Это работа врачей, – посоветовал Олег. – Тебе повезло. Медсёстры уже собирались ставить тебе кое-что тебя шокирущее.

– Насколько шокирующее? – насторожился парень.

– Тебе лучше не знать, что это за катетер...

Оперативник присел перед кроватью и отвлёкся на телевизор.

– Пилот пожарного самолёта не справился с управлением и в потоке шторма стал терять высоту… – до сих пор вещала корреспондент.

Оператор обходил женщину вокруг, и фон стал меняться. В кадре позади корреспондента появилось крыло упавшего самолёта. Тихон стиснул зубы.

– М-да... Вот это резня получилась… – задумчиво протянул Олег.

– Ты не сказал, что он на такое способен, – привстав, упрекнул Тихон.

– Поверь, мне кажется, он и сам не знал, – отмахнулся Олег.

– Я недооценил его. Хотел его пощадить. Слишком поздно начал бой.

– Нет-нет! – отрезал оперативник. – Даже и не думай. Это не твоя ошибка. Вини меня. Я поспешил. Услышал взрыв и… С другой стороны, никто никогда не видел таких магических проявлений. Тут никто не виноват, кроме Мороза. Ты лишь пытался его остановить.

– В следующий раз я буду готов, – процедил богатырь.

– Следующего раза не будет, – отрезал Бесполезный.

Тихон вопросительно посмотрел на оперативника.

– Тело Мороза выловили в реке и... – Бесполезный поднял правую руку и взглянул на часы, которые передал Галеон. – И он был кремирован час назад.

Прядь тёмных волос упала на глаза богатыря. Сквозь промежуток волос он смотрел на репортёра, который всё говорила и говорила...