Наследница алмазных приисков и император драконов

Глава 16. Общий враг.

Джулия.

Теория Роберта о «даре» висела в воздухе моих покоев, как полуночный призрак… Призрак, который вместо того, чтобы пугать, заставлял меня думать.

Я ловила себя на том, что разглядываю свои руки, пытаясь ощутить в них скрытую силу, размахивая ими и делая невероятно сложные пассы.

«Отвержение» звучало теперь как суперспособность из комиксов, а не как реальность, но вот только реальностью была болезнь лорда Виктора, медленно, но все же идущего на поправку, и шепотки, которые теперь звучали не только со страхом, но и с подобострастием и даже неким почтением в мой адрес:: «Ради всего святого, не трогайте герцогиню, она… эм…особенная».

Особенной я себя не чувствовала, зато чувствовала себя загнанной в угол этими слухами.

Единственным выходом было действовать и если мой новый, странный статус «опасной дамы» открывал какие-то двери для страха, то статус хозяйки «Драконьей Пасти» и союзницы Императора открывал совсем другие врата..

Расследование мы вели на два фронта. Роберт работал сверху, он вел допросы стражников с постов, давление на местных чиновников, завел целую сеть информаторов, о существовании которой я раньше могла только догадываться. Он был громом и молнией, сокрушающей стены молчания.

Я работала снизу и моим оружием были чашка чая, сочувственный взгляд и уши Эмили, которая, как выяснилось, была племянницей экономки в доме управляющего «Черного Кварца».

Моим полем боя стала кухня, прачечная и садовые дорожки, где слуги болтали без опаски.

Я узнала о подозрительных поставках оборудования, которые шли мимо наших приисков, о тёмных личностях, ночевавших в усадьбе конкурентов, и о внезапной щедрости некоего мастера Грота, который за месяц отстроил себе новый шикарный дом, хотя до этого едва сводил концы с концами от бедности.

Этот мастер Грот и стал нашей первой зацепкой. Он был явно не глупец, но жадный до безрассудства. Роберт выяснил, что именно он обслуживал лебёдки на «Драконьей Пасти» и имел доступ ко всем механизмам в каньоне.

А мои «кухонные» разведданные подтвердили мои опасения. Да, деньги у него появились после первого же «несчастного случая» на шахте.

Его взяли на рассвете, когда он, сияя от самодовольства, выходил из нового дома. Не солдаты Роберта, а моя верная мне гвардия, по приказу, подписанному мной. Я хотела присутствовать., но Роберт, появившийся в дверях конюшни, когда я уже садилась в седло, научилась за эти полгода, хоть и не без содрогания, лишь кивнул.

— Только не мешайте, миледи.

— Обещаю не перечить вам и лишь наблюдать, — парировала я. — И… внимательно слушать.

Мы доставили Грота в пустующий амбар на краю наших владений. Место было уединённым, и криков никто не услышал бы.

Грот, грузный, лысеющий мужчина, сначала бравировал, тыча пальцем в мою печать на приказе об аресте.

— Беззаконие! Я свободный мастер! Я пожалуюсь в гильдию!

— Пожаловаться вы сможете Его Императорскому Высочеству лично, — холодно сказал Роберт, скинув капюшон и сняв темный плащ. Он не повышал голоса. но его присутствие в тесном, пыльном амбаре казалось всепоглощающим. — Он очень интересуется, почему его стратегический объект терпит убытки из-за постоянных «несчастных случаев»?

При слове «Император» Грот побледнел, но жадность, видимо, была сильнее страха.

— Не знаю я никаких стратегий! Оборудование старое, оно кжкдневно ломается!

— Старое, которое вы сами обслуживали и за чью исправность получали жалование, — мягко вступила я, делая шаг вперёд из тени. Я не смотрела на него свысока, как Роберт. Я смотрела с… нескрываемым разочарованием. — Мастер Грот, мне так жаль. Я слышала, вы только дом достроили. Для семьи? У вас же дочь на выданье, верно?

Он уставился на меня, удивлённый переменой тона.

— Да… Да, Эльза…Моя любимица.

— Прекрасное имя, наверное, ваша дочь красавица, — я вздохнула. — Жаль, теперь ей, наверное, придётся продать этот новый дом, чтобы оплатить штраф за халатность, повлёкший гибель людей или, что ещё хуже, — я понизила голос до доверительного шёпота, — чтобы нанять хорошего адвоката, когда дело о государственной измене и саботаже дойдёт до суда. Вы же понимаете, урон Имперской обороне… Да это уже даже не штраф, точно виселица, а имущество предателей конфискуют в казну.

Я видела, как по его лицу ползёт страх. Роберт молча наблюдал, скрестив руки на груди, его лицо было каменным, но в глазах я заметил искру интереса и даже одобрения моих слов..

— Я ни в чём не виновен! Меня заставили! — выпалил наконец Грот, тяжело дыша и вытирая пот со лба.

— Кто? — одним словом, как удар кинжала, врезался в беседу Роберт.

— Я… я не знаю имён! Ко мне приходил человек! От «Черного Кварца»! Говорил, если сделаю небольшие поломки, чтобы добыча встала на неделю-другую… заплатят. А если откажусь… — он глотнул, — найдут другого, а мне потом нигде работы не видать.

— Опознаете этого человека? — спросила я.

— У него… у него на руке была татуировка. Змея, кусающая свой хвост.

Роберт и я переглянулись.

Это был знакомый знак, узкий круг личной гвардии главы «Черного Кварца», барона Рогге. Прямая связь.

Дальше пошло как по маслу. Под давлением Роберта, «Ты сейчас говоришь мне, или через минуту будешь говорить моему дракону. Он не так терпелив» и моих намёков на судьбу дочери, Грот выложил всё от начала и до конца.

Иы узнали все! Где он получал указания, как передавали деньги, какие именно узлы нужно было выводить из строя, чтобы это выглядело естественно. Он был мелкой сошкой, но ниточка от него вела наверх, к знати.

Когда его увели, в амбаре воцарилась тишина, наполненная удовлетворённой усталостью. Мы сделали это. Нашли слабое звено в системе.

— Жестоко, — сказал Роберт неожиданно, глядя на дверь, куда увели Грота. — Игра на чувствах к дочери, манипуляции… но это было в точку.

— Эффективно, — парировала я, чувствуя укол стыда, но и странную гордость.