Наследница Бездны

Глава 4

«Ненависть — это та же связь, только вывернутая наизнанку.

И иногда именно с нее все начинается».

— Из дневника неизвестного ученика

Следующие несколько дней пролетели в тумане. Теория магической физики, история Пограничья, основы защиты сознания... Голова шла кругом. Я старалась быть незаметной, но мой статус Пожирателя делал меня объектом любопытства и опаски. На меня показывали пальцами, замолкали, когда я подходила. Лиза была моим единственным якорем в этом море отчуждения.

Мы сидели в общей гостиной, устроенной в одном из гротов под Академией. Настоящий огонь в камине отбрасывал причудливые тени на стены, а по каменному полу бегали големы-уборщики, похожие на мохнатых пауков, собиравшие сор пылесосами-хоботами.

Я пересказывала Лизе сложный пассаж из «Этики Поглощения».

— То есть, если я слишком много поглощу за раз, я могу... что, взорваться?

— Нет, — Лиза с важным видом отломила кусок печенья (еда здесь и правда была съедобной). — Хуже. Ты станешь ядром для нового разлома. Откроешь двери для чего-то очень большого и голодного прямо в столовой. Представляешь? Все бегут, кричат, а какой-нибудь Ужас из Глубин в это время доедает твой компот.

Я сглотнула. Шутка Лизы была слишком близка к правде.

Внезапно в гостиную вошёл Кирилл. Он был не один — с ним была пара таких же подтянутых и серьёзных студентов с Факультета Стали. Их взгляды скользнули по мне, и громкий смех, звучавший в гостиной, мгновенно стих.

Кирилл что-то сказал своим товарищам, и те отошли к камину. А сам он... направился прямо к нашему столу. Моё сердце ушло в пятки.

— Новикова, — кивнул он Лизе. Его взгляд был вежливым, но отстранённым. Затем зелёные глаза устремились на меня. — Сторожева. Мастер Гордеев просил передать. Завтра первое практическое занятие на Границе. В Чернолесье. Я назначен твоим напарником.

В гостиной воцарилась мёртвая тишина. Даже Лиза потеряла дар речи.

— Что? — выдохнула я. — Но... почему?

— Потому что я один из немногих, кто сможет нейтрализовать тебя, если твой «пылесос» снова включится не вовремя, — холодно пояснил он. — Придёшь на площадку для отработки в шесть утра. Не опаздывай.

Он развернулся и ушёл к своим друзьям. Воздух снова зазвучал, но теперь в нём висело напряжение.

— Вот же засранец, — первая нарушила тишину Лиза. — «Нейтрализовать». Да он сам себя на пушечный выстрел к тебе не подпустит, гордыня не позволит.

Но его слова попали точно в цель. Я боялась не Чернолесья. Я боялась себя. И того, что он может быть прав.

Чернолесье встретило нас не туманом, а тяжёлым, вязким воздухом, пахнущим озоном, прелой листвой и чем-то металлическим — как кровь на холодном камне. Тени здесь не лежали на земле. Они струились по стволам деревьев, поднимались по коре, наблюдали.

— Не смотри на них долго, — тихо сказал Кирилл, шагая впереди. Его меч уже был обнажён, клинок матово-серебристый, без единого блика. — Тень питается вниманием. Идём по следу. Ян настроил голема на резонанс с твоим клеймом. Если он ещё жив, ты его почувствуешь.

Я закрыла глаза, отбросила страх и позволила серебряному кругу в груди пульсировать. Сначала — ничего. Потом — слабый, прерывистый рывок. Как будто кто-то бился в стеклянную клетку.

— Сюда, — я открыла глаза и указала на густую чащу слева.

Кирилл кивнул. Мы двинулись быстрее.

Лес становился всё гуще. Деревья искривлялись, ветви сплетались в арки, похожие на рёбра гигантского существа. Шёпот в голове нарастал. Не слова. Эмоции. Страх. Одиночество. Холод.

Внезапно Кирилл резко поднял руку. Мы застыли.

В десяти метрах от нас, в ложбине, клубился сгусток тьмы. Он был неправильным, пульсирующим, похожим на сердце, вывернутое наизнанку. Внутри него, едва видимый, мерцал крошечный каменный силуэт — голем Яна. Тень уже начала его переплавлять, вплетать в свою структуру.

— Слишком густо для обычного Страхоёда, — прошептал Кирилл. — Это отпечаток. Остаток чего-то большего.

— Я могу вытянуть его, — сказала я, чувствуя, как клеймо реагирует на пульсацию. — Но мне нужно подойти ближе.

— Нет, — его голос стал стальным. — Ты останешься здесь. Я срежу узел, ты подхватишь осколок и стабилизируешь. Ни шагу без команды.

— Кирилл, я не...

— Веяна. Это приказ.

Он не ждал ответа. Рванулся вперёд, меч вспыхнул холодным светом, оставляя в воздухе сверкающие траектории. Тень взревела — беззвучно, но от вибрации по коже побежали мурашки. Она метнулась к нему, щупальца били по воздуху. Кирилл уворачивался, рубил, его движения были экономичными, смертоносными. Но Тень не атаковала. Она оттягивала. Пыталась окружить.

Я не выдержала. Сделала шаг. Потом ещё один.

Клеймо внутри взревело. Не в панике. В резонансе. Я вытянула руки и потянула. Не на себя. На голема.

Тень дрогнула. Часть её массы, та, что впилась в камень, оторвалась. Кирилл воспользовался мгновением, вонзил меч в центр пульсации. Свет и тьма столкнулись. Раздался звук, похожий на лопающуюся струну.