Наследница Бездны

Глава 15

«Забыть — это не всегда утрата. Иногда это милость. Но помнить обрывками, вечно находясь на пороге прошлого — вот настоящая пытка».

— Из «Трактата о памяти и забвении»

Лиза вызвалась действовать в ту же ночь. Мы устроили нечто вроде «дежурства» в моей комнате — я и Кирилл пытались заниматься, а на самом деле лишь делали вид, поглядывая на Лизу, которая устроилась в кресле, закрыв глаза и погрузившись в трансовое состояние.

Прошло около часа. Внезапно Лиза вздрогнула, как от удара током. Ее лицо исказила гримаса боли, а по коже пробежали мурашки. Она резко открыла глаза, дыша прерывисто и часто.

— Что? Что случилось? — Кирилл тут же оказался рядом.

— Он... его сны... — Лиза сглотнула, пытаясь отдышаться. — Это не сны. Это кошмар наяву. Одна и та же сцена, прокручивающаяся снова и снова, как заевшая пластинка.

— Какая сцена? — тихо спросила я, подсаживаясь к ней.

— Комната. Женская, судя по всему. Он, маленький, лет пяти, сидит на кровати. А в дверях... силуэт. Женский. Он тянет к ней руки, зовет... — Лиза зажмурилась, вспоминая. — А она не поворачивается. Она стоит спиной. И он не может разглядеть ее лицо. Никогда. Это самое ужасное. Он бежит к ней, обнимает ее платье, а оно... рассыпается у него в руках, как песок. И все начинается сначала.

От этого описания у меня по спине пробежал холодок. Это было хуже, чем полное забвение. Это была пытка — вечно находиться на пороге воспоминания, но так и не суметь его схватить.

— Сущность? — спросил Кирилл. — Она там была?

Лиза покачала головой, все еще бледная.

— Нет. Вернее, да, но не явно. Ее присутствие... оно как фон. Как тот самый песок, в который превращается все. Она не говорит с ним. Она просто... поддерживает эту петлю. Не дает ему вырваться. Это способ держать его на крючке. Напоминать, что только она может дать ему целостную картинку.

— То есть, она не просто стерла память, — с ужасом прошептала я. — Она превратила ее в инструмент пытки.

— Именно, — Лиза вытерла лоб. — И самое жуткое... я попыталась шепнуть ему. Сказать, что он не один. Что мы пытаемся помочь. — Она посмотрела на нас, и в ее глазах был испуг. — Он услышал. И... он не обрадовался. Он пришел в ярость. Его сон... он почернел, стал колючим и опасным. Он кричал, чтобы я ушла. Что мы не понимаем. Что мы разрушаем его единственный шанс.

Мое сердце упало. Даже в своем отчаянии он все еще видел в нас угрозу своему спасению.

— Значит, прямой контакт невозможен, — констатировал Кирилл, сжимая кулаки. — Он не примет нашу помощь.

— Но он принял твой шепот, — вдруг сказала я, глядя на Лизу. — Он услышал тебя. Значит, дверь не закрыта наглухо. Просто... мы стучимся не с той стороны.

— С какой же? — устало спросила Лиза.

Я встала и подошла к окну, глядя на клубящуюся тьму.

— Мы предлагаем ему помощь, которую он не может принять, потому что не верит, что она возможна. Ему нужны не слова. Ему нужны доказательства. Ему нужно увидеть то самое лицо. Не в обещании Сущности, а в реальности.

Кирилл смотрел на меня, и в его взгляде медленно проступало понимание.

— Ты хочешь пойти по-крупному. Найти это воспоминание и... показать ему.

— Именно, — кивнула я. — Он не поверит нам на слово. Но он не сможет отрицать то, что увидит своими глазами. Если мы найдем это воспоминание и вернем ему... это сломает петлю. Это лишит Сущность власти над ним.

— Это невероятно опасно, Веяна, — тихо сказал Кирилл. — Искать одно конкретное воспоминание в океане Тени... шансы ничтожны.

— Но они есть, — возразила я, поворачиваясь к ним. — И это единственный шанс, который у нас есть. Не чтобы переманить его на свою сторону. А чтобы просто... вернуть ему часть его души. А уж потом он сам сделает выбор.

В комнате повисло молчание. План из разряда «безумных» перешел в разряд «самоубийственных». Но альтернативой было оставить Максима в его личном аду и ждать, когда Сущность снова использует его против нас.

— Ладно, — наконец вздохнула Лиза, поднимаясь с кресла. — Раз уж мы решили спасать того, кто нас ненавидит, давайте спасать по-настоящему. Я составлю карту его снов. Найду точку, где связь с утраченной памятью самая сильная. Это сузит область поиска.

— А я поговорю с Яном, — сказал Кирилл. — Нужно понять, как физически передать найденное воспоминание. Не просто показать, а вернуть.

Я осталась одна у окна, глядя на свое отражение в черном стекле. Впереди была самая сложная и опасная охота в моей жизни. Охота за призраком прошлого в бескрайних пустошах Тени. И на кону была не только жизнь Максима, но и, возможно, душа того, кто отважится туда нырнуть.

***

Следующие несколько дней прошли в лихорадочной подготовке. Наш маленький отряд функционировал как тайное общество, обмениваясь информацией в укромных уголках Академии.

Лиза, используя свой дар Сновидицы, совершала ежевечерние вылазки в кошмарную петлю Максима. Она возвращалась все более бледной и изможденной, но приносила бесценные данные.