Наследница Драконьего перевала

Глава 1

Я так замёрзла, что, кажется, все внутренности прилипли друг к другу, а кровь превратилась в лёд.

С трудом открываю глаза и ничего не вижу. Перед глазами белая искрящаяся пелена. Я осторожно поворачиваюсь и одновременно происходят два события: упираюсь во что-то тёплое и голову разрывает от невыносимой боли, словно вонзился раскалённый штырь.

Ощупываю голову. Вроде бы, кроме огромной шишки на затылке и нет ничего. Последнее, что я помню, это моё фееричное появление на катке, закончившееся падением. Я знатно приложилась спиной о лёд.

Вот только где я сейчас? На больницу не похоже, да это ни на что не похоже, кроме бескрайней Арктики.

Такс, посмотрим, кто это так любезно согревает мою попу, спасая от переохлаждения.

– Миледи, слава богу, вы живы, – закудахтал женский голос откуда-то сверху. – А кто это с вами?

Кто бы мне сказал, кто эти все люди вокруг: миледи и её «наседка», а ещё моя грелка под боком?

– Где это я? – спрашиваю сиплым голосом. Во рту сухость, губы потрескались, а в горле словно выросли заросли кактусов.

Мой вопрос сродни подвигу. И так нечёткие очертания склонившейся надо мной женщины расплываются ещё больше, превращаясь в одно тёмное пятно и исчезая вместе с сознанием. Я опять проваливаюсь в беспамятство.

– Милорд, – прихожу я в себя от того, что женщина-наседка трясёт мою грелку, – откуда вы на землях Драконьего перевала?

Божечки мои, кажется, я в дурдоме. Неужели так сильно приложилась головой, что проблемы с психикой появились? А главное, кто меня сдал сюда? Я же с пятнадцати лет живу одна, даже кошки нет. Моя соседка по палате явно перечитала фэнтези, раз глюки идут о драконах.

Тот, кого психическая назвала милордом, издаёт слабый стон, а я с любопытством разворачиваюсь и получаю новый болевой шок, голова снова взрывается миллиардом раскалённых углей. Из горла вырывается стон похлеще милордовского.

Наконец-то разлепив глаза и сфокусировав зрение на любопытной женщине, я понимаю, что это не дурдом. И по всей видимости, это я пересмотрела сериалов, потому что тот свет предстаёт передо мной в каком-то экзотическом виде. Ни тебе ангелов, ни райских кущ, прочем адские костры тоже отсутствуют. Хоть какая-то радость, что меня ещё не распределили. Значит, не так много я нагрешила. Получается, что я в чистилище?

– Миледи, вы можете встать? – спрашивает меня «наседка», одетая в закрытое платье из грубого тёмного сукна с заколотым на груди клетчатым пледом, на манер пальто.

– Ты кто? – с трудом произношу я, а женщина смотрит на меня с удивлением. – Я в чистилище?

– Можно сказать и так, – бормочет она про себя, но мне всё прекрасно слышно.

– Бог с вами, миледи, – громко произносит единственная, кто может изъясняться нормально. – Вы Катриона Макхью, наследница Драконьего перевала, вдова Грегори Макхью.

Опа! Хорошо я стукнулась башкой.

– Мы с вами отправились в горы, – продолжает свой странный рассказ женщина, – чтобы собрать хвороста, как началась метель, и я потеряла вас из вида. Через полчаса метель прекратилась, и я отправилась на ваши поиски.

Если отбросить рациональное зерно, то остаётся только то, что я попала в другой мир. Катюх, меньше сериалов смотреть надо и фэнтези почитывать. А то окажется, что ты попаданка из любимых тобой романов. Я горько усмехаюсь. Это надо же было угодить в такие неприятности.

Божечки, неужели всё это правда? Даже боль в голосе уже ощущается не так остро, притуплённая внезапной догадкой. Или я схожу с ума? Повременим с выводами до получения всей картины.

Точно, это передача «Розыгрыш», но где здесь камеры? Вокруг только снег и никаких человеческих следов, кроме… Как же её зовут? Мозг силится вспомнить то, что никогда не знал.

– Я ударилась головой, – говорю я. Хорошо, что хотя бы можно списывать всё, что делаю не так, на провалы в памяти из-за удара головой. Надо легализовать свою легенду. – Вызовите доктора. Простите, я не знаю вашего имени.

– Молли, – представляется она и делает что-то среднее между поклоном и книксеном. – Молли Макхью.

Мне становится нехорошо. Это что же, родственница какая, раз я здесь Катриона Макхью? Вариант с однофамильцами я исключаю.

– Молли, я вообще ничего не помню, – говорю я, – почему мы обе Макхью?

– Ох, бедная моя хозяйка, – причитает Молли, – мы же из одного клана. Ваш муж был главой клана Макхью, да убили его. Теперь вы унаследовали его земли Драконий перевал, но вот кто глава клана, пока не знаем.

Так, хотя бы с этим разобрались.

– А почему нет главы клана? – любознательно спрашиваю, прежде чем успеваю подумать, что сейчас-то мне это зачем.

– Так почти всех мужчин уничтожил ваш муж, забрав с собой на войну, – в её голосе слышится осуждение. – Остались только дети и старики. Кого выбирать-то?

Глаза Молли не поднимает на меня, словно боится моей реакции, но я лучше промолчу. Как реагировать на её выпад, я не знаю.

Накричать? Но мне безразлично, что она думает о моём покойном муже, о котором я только что узнала. Поступил как чудак на букву «м». Это же додуматься только – угнать всех мужиков на войну. Война-то хоть за правое дело или опять интересы короля отстаивали?