Наследница Драконьего пламени

Глава 6. Долг и честь

У Тиры от ужаса перехватило дыхание. Как Милани так быстро успели добраться до дворца и вернуться к ним с имперским представителем? И что теперь делать, как защитить Рэмиля и честь Тедеско? Она отчаянно сжала руку Рэму, но тот успокаивающе коснулся её губ и быстро произнёс:

— Ничего не бойся, всё будет хорошо!

— Милани меня контролируют, я не смогу соврать!

— И не надо — говори правду, расскажи всё с самого начала, не бойся порицания или обвинений в слабости. Тира, Милани насильно тебя обручили, обесчестили и оскорбляли на балу у Императора! Так ведь?

Тира кивнула, понимая, к чему он клонит, но, возможно, этого будет не достаточно.

— Может, у Кинга есть какое-то зелье, заставляющее оглохнуть на пару часов? — тихо взмолилась она.

— Слушай своё сердце и мой голос, — улыбнулся Рэм, — истинная связь сильнее любых зелий.

— Но у меня нет метки, — со стоном напомнила она.

— Разве это важно? Ты сама только что убеждала меня, что это не имеет значения.

Его уверенность несильно успокоила. Тира до ужаса боялась, что всё пойдёт наперекосяк, и Рэма казнят тут же, на месте, повесят во дворе его дома, с позором отняв у Тедеско право называться старшей аристократией. Что тогда будет с ними? Как она сможет пережить потерю... Не сможет. Тира тряхнула головой, заставляя сосредоточиться. Нужно сделать всё, чтобы худшее не случилось.

Слуги помогли ей переодеться, Рэм настоял, чтобы она осталась в спальне, и хотя Тира чувствовала смущение от его острого взгляда, сейчас больше переживала из-за другого. Для выхода Тира выбрала платье, которое носила во время беременности — свободного кроя, не сдавливающее в груди, где повязка и без того жёстко обхватила ей рёбра. Рэмиль переодеваться не стал, хотя в домашних штанах и жилетке выглядел слишком просто, на замечание Макса он только отмахнулся — не на парад.

А на казнь?

В приёмном зале их встретил Луис, склонил перед Тирой голову, а сына остановил и коротко спросил:

— Мне стоит переживать?

— Нет. — Рэм выразительно на него посмотрел, и Луис кивнул, принимая его позицию.

Тира старалась не трястись, но от нервов сжимало горло, да и страхи никуда не делись. Она прекрасно понимала, что Шон может приказать ей что угодно — отдать Адама, убить Рэма или даже себя. И Тира, как безвольная кукла, подчинится. Вторая порция зелья действовала настолько сильно, что Тира полностью лишалась контроля. Её жизнь и слова принадлежали тем, кого она всем сердцем ненавидела.

В гостиной стояло четверо имперских стражников, в креслах сидели Шон и Кноб, а чуть поодаль, расслабленно подпирая стену, стоял Рикардо Карлетти. Все её злейшие враги — и все на стороне обвинения. Чем они смогут противостоять? Как защитятся?

— Приветствую гостей в своём доме, — спокойной произнёс Луис, входя первым. — Желаете присоединиться к трапезе? Мы готовимся полдничать, — обратился он только к Карлетти, но тот усмехнулся:

— Благодарю, но я надеюсь вернуться к обеду домой. Решим все быстро!

Тира на негнущихся ногах добралась до предложенного ей места, села и застыла, боясь посмотреть в сторону своих мучителей. Рэмиль остался стоять, несколько вальяжно сложил руки на груди, словно его это не касалось.

— Рэмиль из дома Тедеско, — начал Рикардо, — Шон Милани и Кноб Милани обвиняют тебя в убийстве Маори Милани, требуют правосудия, а также вернуть своего племянника, ребёнка от Маори, рождённого Тиреллой.

Луис окаменел. Тира видела, как его глаза застыли стеклом. Тот сразу понял, чем грозит это обвинение, но, доверяя сыну, не стал вмешиваться. Ей же не хватало уверенности, она слишком боялась за Рэмиля, чтобы сохранять спокойствие.

— Какие у них доказательства? — небрежно спросил Рэм.

— Они уверяют, что Тирелла... из дома Тедеско может это подтвердить.

— Что ж, пусть Тирелла расскажет... — Рэм приглашающим жестом повернулся к Тире, но его прервал Шон.

— Говори, Тира, кто убил Маори! — потребовал тот приказом, и у Тиры в голове зашумело.

— Рэмиль Тедеско, — без желания произнесли губы, и Тира тут же закрыла рот руками.

— Позвольте! — Рэмиль повернулся к Рикардо. — Я не отрицаю, что Маори погиб от моих рук, но всё это произошло на дуэли. Я с ним сразился, защищая честь своей наложницы и своей семьи. Тиреллу же подчинили зельем, что, хочу заметить, запрещено. Милани контролируют её, заставляя говорить то, что она не желает. Но Тира может поделиться всей историей. Прошу, если вы уж выбрали её в качестве свидетеля, то пусть расскажет всё от начала и до конца!

Рикардо небрежно оттолкнулся от стены, обошёл Милани и остановился рядом с Рэмилем. За те короткие мгновения, когда двое мужчин смотрели друг на друга, у Тиры несколько раз остановилось сердце. От одного слова Рикардо зависела их судьба.

— Что ж, — внезапно согласился Рикардо, — пусть девушка говорит.

— Тире должны дать разрешение те, кто ею управляет, — едко заметил Рэмиль.

— Пусть говорит, — зло произнёс Шон.

Тира тяжело выдохнула. С чего начать? С давней войны Милани и Хьюго? Или с забытой истории создания дома Карлетти? Когда-то давно, когда ещё магия правила в мире, наследники Милани и Хьюго полюбили друг друга, но семьи не позволили им вступить в брак, и они покинули свои дома. С тех пор эта вражда не прекращалась, из поколения в поколение ненависть передавалась по наследству, лишая всех благополучия и шанса на счастье. А после того как Луис Тедеско женился на Ариане, девушке, родившейся в семье Милани и по приказу императора выросшей в доме Хьюго, и этот дом ввязался в древнюю вражду.

Поворотным моментом стало похищение истинной пары Лаурента. Несчастную девушку выкрал глава Милани, жестоко убил, вернув покалеченное тело к дверям их дома. Отец не смог это пережить, его сердце навеки застыло, и даже детям, рождённым от другой женщины, он рассказывал о потерянной любви с сожалением. Лаурент собрал огромную армию, вытащил всех, до кого смог дотянуться, призвал и Тедеско. Милани были истреблены. За спиной Лаурента остались его земли, семья и вассалы. У Милани ничего не осталось. Донато Милани не смог встать на ноги, не смог вернуть былое величие, распродал большую часть имущество и даже своих дочерей. Но о старших сыновьях позаботился император, подарив неприкосновенность и своё покровительство. В итоге они выросли в жажде мести, с единственным желанием отомстить тем, кто поднял на них оружие, — Хьюго. И Тедеско.