Наследница герцога -1

Глава 21

— Опусти меня! — кричу, цепляясь за идеально уложенные волосы Дилана, — Хотя нет, не опускай! Что же так высоко-то!

Граф, обхватив крепкими руками мою талию, держит на весу, не зная, что делать. Рядом Машка колотит Энтони кулачками по затылку:

— Пусти! Сам залезай на свою лошадь, — визжит она, а Энтони с Диланом переглядываются и опускают нас в седло.

Моя пятая точка ложится прямо на отполированную чужими задницами кожу седла, ноги свешиваются, с одной стороны, зад перевешивает в другую. Очень мешает огромный бант чуть ниже спины, но правда, так мягко, словно на подушке сижу.

Дико вращаю от страха глазами, вцепившись в поводья, которые вложил в мои руки Дилан.

— Я слышал, что вы хорошая наездница, — приглаживает в растерянности свои волосы граф. Мало я выдрала, видимо, вон какая шевелюра густая.

— Вам соврали, — продираю от страха горло, пытаясь сесть удобнее в седле, — Мы поедем или нет? — строго смотрю на графа, у которого снова отвисает челюсть.

— Ты меня укусила? — вопит рядом Энтони, а Машка довольно улыбается.

— Прививка от бешенства есть? — скалит на него свои белые зубки.

— Чего? — забывает про свою укушенную руку Энтони.

— Крис, тут без вариантов, — вздыхает обреченно подруга, а меня вдруг покидает страх и становится смешно.

— Как эта лошадь называется? — чопорно спрашиваю графа, — Миледи, кажется?

— Да... — Дилан встряхивается, как собака и идет к своему коню.

Легко взлетает в седло, принимая из рук конюха поводья. Его конь такой красивый, нетерпеливо бьет копытом. А у меня какая-то слишком инертная лошадь, стоит, что-то жует там себе.

— Крис, может, ну его, а? — жалобно стонет позади меня Машка, — Давай признаемся.

— Вот еще, — фыркаю я, наблюдая, как Дилан сжимает круп лошади ногами и начинает двигаться по дороге.

— Подумаешь, — ворчу, дергая ногами. Лошадь стоит, только уши вздрагивают, — Маш, она не едет.

— Моя тоже, — пыхтит подруга, дергая вожжи, — И не слезешь теперь в этих юбках. Может ногу перекинуть одну на ту сторону?

Пожимаю плечами, видя, как Машка сражается с юбками и вдруг срывается с места. Пролетает на лошади мимо меня, оглушая визгом, и скрывается за поворотом.

— А че это было? — округляю глаза, — Я тоже так могу... Наверное...

Снова дергаю вожжи и захлебываюсь от визга. Моя дремавшая, как мне кажется, лошадка, срывается с места словно пуля.

— ААААААА! — ору я, забывая даже мат.

Ничего не вижу, все вокруг сливается, только ветер в ушах свистит. Все, это был последний день в моей короткой жизни, однозначно. Подпрыгиваю в седле, вцепившись руками в гриву лошадки. Зад превращается в отбивную, даже несмотря на мои юбки. Главное — не упасть, иначе мне точно конец. Носом утыкаюсь в лошадиную шерсть, вдыхая острый запах, и смотрю вниз, где мелькают копыта. Плотно сжимаю зубы, чтобы не откусить себе язык.

Как в тумане, я чувствую, как лошадь несет меня сквозь поля и леса. Ветер резко пронизывает мое лицо, а волосы развеваются за спиной. Я впервые оказалась на такой скорости, и сердце бешено колотится в груди. Того гляди, выскочит и помашет мне на прощание ручкой.

Мимо мелькают деревья и кусты, но я не могу сосредоточиться на окружающем мире. Моя единственная цель — удержаться в седле и не упасть. Лошадь мчится все быстрее, и я понимаю, что вот-вот потеряю контроль. Просто сломаю себе шею, попрощавшись с этим прекрасным миром.

Пока я жалею себя, представляя в картинках свою погибель, властная рука резко выдергивает меня из седла, и я лечу. Кричать не могу, просто вижу мир в последний раз.

— Одну поймал! — кричит, оглушая меня Дилан, пока я дико вращаю своими глазами, пытаясь прийти в себя, и осознать жива я вообще или нет.

— Псфр... — пытаюсь что-то сказать, но челюсти не разжимаются. Видимо, их застопорило от страха.

— Мадемуазель Кристин, вы целы? — ощупывает меня Дилан, а я вдруг начинаю чувствовать.

Его грудь такая каменная, теплая. Я прислоняюсь к ней спиной, моя попка аккуратно улеглась между его ног. От мужчины приятно пахнет каким-то древесным мылом или чем там они тут моются.

— Ох, — вырывается из меня облегченный вздох, а я превращаюсь в желе, стекая в объятиях Дилана. Меня накрывает запоздалой истерикой, и я закрываю лицо руками. Нет, я не рыдаю, не кричу. Просто дрожу, словно в лихорадке.

— Странно, что Миледи понесла, — ощупывает мои плечи, шею Дилан, — Это самая спокойная лошадь в моей конюшне.

Мы остановились на красивой луговой поляне, окруженной густым лесом. Вдалеке слышится шум реки, и солнце проникает сквозь деревья, заставляя прикрыть глаза. В обычных обстоятельствах это место было бы идеальным для пикника или прогулки, но не сегодня. Не сейчас, когда меня всю трясет.

— А Маша? — оглядываюсь взволнованно вокруг.

— Энтони ее еще ловит, — с усмешкой в голосе отвечает Дилан, и я резко поворачиваюсь, чтобы поймать его улыбку. Он тут же становится серьезным и озабоченным, — Поймает, не переживайте.

— Ты во всем виноват! — выдаю, наконец, находя, на кого можно свалить вину, что я не умею ездить на лошади. А также, что никому в этом не призналась. Кстати, Машка тоже.

— Можно было просто поблагодарить, — обиженно жует губы Дилан, а мне так и хочется потрепать его по щеке, приговаривая «Ути пуси, мы обиделись». Так хочется, что колет кончики пальцев.

— Вези меня во дворец, — царственно выпрямляя спину, приказываю Дилану, но тот что-то медлит.

Затем хватает меня за талию и начинает спихивать с лошади. Я визжу опять, забираясь на него с руками и ногами.

— Думаю, вы усвоили урок, леди, — хмурится граф, — А то есть много способов вас наказать.

— Ой, подумаешь, — задираю высоко нос, делая скучающий вид, но тут же все спокойствие сползает с меня, когда слышу где-то вдали визг Машки, которую, видимо, еще не поймали, — К ней! — выкидываю руку вперед, как Наполеон в свое время и Дилан с тяжелым вздохом подчиняется. Трогает лошадь с места.