Наследница герцога. Жена пирата -2

Глава 7

— Получается, все это время не было никакого начальника гарема, а мы были в твоем дворце? — Машуня даже привстала на стуле, готовая вцепиться в густую шевелюру Дилана.

— Мы хотели вас проучить, — улыбается Энтони и его тут же расстреливают глаза Машки на месте, — Ой, — пугается новоприобретенный муж.

— Если бы вы не убежали, ничего не было, — строго говорит Дилан, — Нам пришлось вас искать, а потом выкупать у этого алчного работорговца.

— И сколько я стою? А? — продолжает рычать подруга, да и я готова к ней присоединиться. Это надо вот так над нами поиздеваться. Нет бы сразу спасти, окружить заботой и вниманием, а это что получается? Мы, как подопытные мышки в лаборатории были, где над нами эксперименты ставили?!

— Я ухожу, — заявляет подруга.

— Я с тобой, — возмущенно встаю из-за стола, а Энтони с Диланом переглядываются и начинают смеяться.

— Идите, — сквозь смех говорит граф Тальбон, — Дальше корабля не уйдете. А вот ваши каюты, самые уютные на этом корабле.

— Наши? — рычу я, — Деревянные кровати, прикрученные к полу с ведром в углу? Это уютно, по-вашему?!

— Так, дорогие наши жены, — примирительно поднимает руки Энони, а мы с Машкой фыркаем, — Все мы немного погорячились, — еще один недовольный возглас с нашей стороны, — Особенно мы, — добавляет маркиз.

— Сейчас все поужинаем, выпьем прекрасное белое вино из Тосканы, попробуем десерт, что приготовил наш виртуозный повар, и я покажу вам, какие у нас каюты, — пробует успокоить нас Дилан.

— У нас? Точнее, у нас с Машуней? — подозрительно спрашиваю я.

— У нас, это у нас с вами, графиня, — легкий поклон в мою сторону.

— Да щаз! — выдает Машка, а я делаю свирепое лицо.

— А что опять не так? — возмущается Энтони, — Вы, дорогая, теперь моя жена, и я бы хотел начать нашу супружескую жизнь.

— Нашел дуру, — заявляет подруга в своей манере, а я неожиданно прыскаю от смеха в кулачок, на что Дилан приподнимает сердито бровь.

— Спать отдельно от жены, не может быть и речи, — заявляет мой, типа муж, — Мы обязаны продолжить наш род.

— Вот и продолжайте, мы-то тут при чем? — удивляется Машка, — Хотя у вас с Энтони вряд ли это получится.

— Это почему? — морщит лоб маркиз дю Мор.

— Ну, как бы мужчина с мужчиной… — начинает подруга.

— Я не приветствую содомию, — возмущается Дилан, а мне снова становится смешно. Ну что за темы у нас за ужином?

— Давайте, не будем ссориться, — предлагаю я, — Мы с Машей не признаем такой брак, без священника и этого, как его, венчания в церкви?

— В соборе? — хмурится Дилан.

— Ну или часовне, — подсказывает Энтони.

— Но я капитан корабля и могу…

— Поженить себя сам? — подсказываю я, — Сомневаюсь, что это имеет законную силу.

Дилан с Энтони переглядываются, я вижу, что нам с Машуней удалось-таки зародить в них сомнения.

— Значит, они женаты, — тут же указывает Дилан на маркиза и подругу.

— Я?! — удивленно вопит Машуня, — Для меня все это не имеет никакой силы, — тут же находит ответ.

— Но, дорогая… — обиженно тянет маркиз.

— Нет, я сказала! — обрывает его стоны подруга, — Вот тебе, а не первая брачная ночь без благословения батюшки, — помахала она перед носом маркиза сложенной из пальцев фигой.

— Батюшки? — недоуменно спрашивает Энтони.

— Короче, эта каюта ваша, а нам давайте другую, иначе мы… — тут фантазия подруги внезапно иссякает, но она быстро находит ответ, — Обидимся на вас.

Я снова фыркаю, чтобы скрыть свой смех. Все-таки как интересна эта разница в наших вековых менталитетах. Мы с Машей относимся к этому с улыбкой, а наши мужчины все воспринимают всерьез. Однако именно мы уверены в своей правоте, тогда как они начинают сомневаться. Где тут логика? Это их век, их правила, а в недоумении именно маркиз с графом. А ведь они правы: по условиям их времени капитан мог поженить пару на корабле, которая ответила друг другу согласием. Это считалось ненастоящим браком, а как бы временным, что давало определенную свободу влюбленным в плане первой близости.

— Так, хватит! — грозный рык Дилана заставляет нас с Машей вздрогнуть, — Мы связаны временными узами брака. Я не собираюсь нарушать это правило перед людьми и богом. Если вам нужно время, чтобы узнать нас с Энтони лучше, чтобы между нами не было недоразумений, я согласен. Даю вам неделю. Вас поселят в каюту, соответствующую вашему положению, и завтра мы вернемся во дворец, где вы будете приняты как будущие жены.

— А он ничего так, — оценивающе произносит подруга, за что получает от Дилана сердитый взгляд, — Прямо сказал, как отрезал, — издевается Машка.

— Мы признаем наши браки только после благословения священником, — заявляю я.

— Не провоцируй меня, графиня, — угрожающе произносит Дилан, — Я могу завтра доставить во дворец святого отца нашей веры.

— Зачем завтра, через неделю же сказали? — пугается Машка, дергая меня за рукав туники, типа молчи уже.

— Чушь какая, — возмущаюсь я, но замолкаю. С графа Тальбона станет послать за святым отцом, — А почему мы никуда не плывем? Стоим на месте.

— Потому что мы отправимся в плавание, как будут готовы корабли, — все еще сердито произносит Дилан.

— А куда? — я вижу, как у Машуни загораются от предвкушения глаза. Однако сама издаю еле слышный разочарованный вздох. Моя морская болезнь не очень приятная штука. Нужно будет поискать какое-нибудь лекарство от нее. Что входит в современные препараты, я знаю, попробую найти аналоги. Да и о чем я думаю вообще? Я что реально собралась куда-то еще плыть?!

— В Индию, меня там ждут по торговым делам, — как будто собрался просто сходить в магазин, таким тоном произносит Дилан, а не переплыть океан.

— Оу, — восхищенно оглядывается на меня подруга, а я завожу к потолку глаза.

Черт! Ну зачем нам Индия, вашу мать?!