Наследница из заброшки

9. Побег из заброшки

   По заброшенной, поросшей травой грунтовке тряслась большая белая будка. «Как-будто ишака обкатываем» – промелькнула мысль у Антонины Романовны. Она понятия не имела, как обкатывают ишака и обкатывают ли его вообще. Но тряска, которая выворачивала её нутро наизнанку, вот уж полчаса, как донимала бедную женщину. Вслух она боялась проронить хоть слово, ещё не хватало, чтобы Борька забросил все эти поиски. Она согласна была обкатывать даже подводную лодку, только бы найти эту доставшую её до печёнок Панову. Поэтому приходилось терпеть и… молчать.

– С той стороны я проверил все близлежащие районы, – Борис обвёл рукой местность, о которой говорил. – Остался только этот массив, – окинул он взглядом лес по правую сторону дороги. – Завтра начнём прочёсывать. Здесь заброшки со времён лесничества пооставались, с них и начнём.

– Плохо это, Боря, плохо, – всё же не выдержала и каркнула Антонина.

– Что плохо? – с нервом отозвался тот и посмотрел в зеркало заднего вида.

– Плохо, что до сих пор не нашли эту хренову миллиардершу! Саму себя ненавижу, как подумаю, что в руках курочка была, несущая золотые яйца.

– Да, ладно, будет тебе убиваться, – успокоил её Борис. – Чувствует моё сердце, где-то тут она… Она физически не могла далеко уйти. Помнишь, какая доходная была?

   Борис снова посмотрел в зеркало заднего вида. Красные Жигули, которых слишком много стало в их небольшом городишке, стали досаждать ему. А вдруг это одна и та же машина? Надо бы номера запомнить. Антонина заметила беспокойство Бориса.

– Что там? – спросила она.

– Да машина мне одна не нравится. А ну, стой… – Он затормозил, пропуская красные Жигули вперёд. – Запиши номера.

Антонина Романовна записала номера машины в мобильном, и они, развернувшись, уехали в направлении города.

   Из-за деревьев, оставаясь для всех незамеченным, выглядывал мальчик. Он запомнил номера и тоже поспешил уйти.

                                                             _______________

   Зина ещё спала. Свиридова в хижине не было. «Неужели ушёл»? – нахмурился Мишка. На поляне его тоже не было. Мальчик представил, как расстроиться тётя Зина, когда обнаружит, что грузчик их бросил. Да, что греха таить, Мишка и сам к нему привязался. По сути, неплохим мужиком этот грузчик оказался и тётю Зину, похоже, искренне любит. Но тут же он сам себя мысленно обрубил: «Любил, так не ушёл бы!». Он решил дождаться, пока проснётся тётя Зина. Похоже, женской истерики сегодня не избежать, – вздохнул мальчик. Хотя, в тяжёлых ситуациях тётя Зина всегда ведёт себя по-разному. То кричит, плачет белугой, то убегает, а то и вовсе в себя уходит, слова из неё не вытянешь.

   Пока Мишка размышлял и подбирал слова для утешения тёти Зины, из лесу вышел Свиридов с наполовину наполненным ведёрком ягод. Мишка не мог скрыть радости. И чтобы тот не решил, что мальчуган привязался к нему, просто подхватил у него ведёрко и радостно воскликнул:

– Уго, сколько ягод!

– Да и побольше, бывало, собирал… – удивился Свиридов непонятному ликованию мальчика.

– Садись, – показал Мишка на лавки возле стола, – поговорить надо.

 Они сели за столом на поляне и тихо, чтобы в открытое окно не услыхала Зина, Мишка, потянув из ведёрка ягоду, сообщил:  

– В общем так, не нравится мне эта машина.

– Какая машина? – насторожился Свиридов.

– Да, ездит тут одна. Уже не первый день вижу. Огромная такая – будка. Сначала по большой грунтовке наяривала, теперь на старую, заброшенную грунтовку перебралась. А за ней Жигуль, как на нитке. Куда будка, туда и Жигуль. Уходить нам отсюда надо.

– Так трасса-то к порту ведёт, вот и ездят. В будке хлеб, наверное, возят.

– Да, говорю же, на поросшую грунтовку перебралась. А это ну совсем, ну ни разу не трасса! – начинал сердиться мальчик. – Блин, ты ж местный, должен знать…

Из хижины показалась Зина, и Мишка шикнул:

– Не говори ей ничего! Сами разберемся. Я пошёл. Ты, если что, бери тетю Зину и в порт ко мне!

Он поспешно попрощался и поспешил уйти.

– Миш, ты хоть покушал бы! – крикнула Зина.

– Чаю попил! – на ходу отозвался Мишка, скрываясь в деревьях.

– Я тут ягод собрал. Угощайся, – Свиридов протянул Зине ведёрко.

Но только она хотела взять ягодку, как он перехватил её руку и сам стал кормить ягодку за ягодкой. Они смотрели друг другу в глаза, и оба не могли представить, что утро может быть таким счастливым. Зина со своим гормональным сбоем обычно чувствовала тревогу и беспокойство по утрам, Свиридов хоть и вставал рано, но только пару чашек крепкого кофе могли по-настоящему его взбодрить. Но, как оказалось, для счастья многого не надо. Улыбка, блеск глаз, манящие губы и одна маленькая ягодка, которую он подал ей в своих губах. Она потянулась к ягодке, боясь проглотить её целиком. Осторожно, стараясь прикусить зубками, чтобы разделить… Она так загадала, так задумала – эта ягодка их любовь и каждому она достанется по половине.