Наследница из заброшки

12. Все сошлись в одном месте

Антонина Романовна возвратилась на своё место, слегка придушив всех новой порцией сладковатого парфюма. И, как ни в чём не бывало, продолжила обмен любезностями, припав к уху своего соседа по столу:

– А вы думаете, она вас простит?

– Не думаю, – непритворно вздохнул Женя. – Но жить мне будет легче.

– Как же в глаза ей смотреть будете? А глаза у неё умные… – доканывала его главврач психиатрического интерната.

Женя поднял вверх указательный палец, уделяя внимание важному моменту:

– О! Вот видите? Вы и признали её ум!

– Что вы меня подлавливаете?! – уже пожалела о сказанном Антонина.

Женя поманил её пальцем, обещая поведать секрет. Она, почитай, прильнула к нему щекой.

–  Я теперь за вами слежу. Если понадобится, до суда дело доведу, – угрожающе предупредил он.

Он отпрянула от него. Ей больше не было необходимости шептаться – их спутники, находившиеся за этим столом, давно уже слышали весь их тайный диалог. Да и какой смысл играть в эту игру, если, похоже, все знали о каждой тонкости этого дела.  И Антонина, отодвинув стул подальше от Жени, заявила всем, кто мог её услышать:

– Не пугайте меня судом. Если понадобится, я достану заключение о собственной психической неполноценности!

Женя усмехнулся:

– Можете не стараться. Ваша психическая неполноценность невооруженным глазом видна!

Метрдотель с первых минут обнаружил нездоровое движение за этим столиком. Похоже, настала пора вмешаться. Он вышел на разведку, делая вид, что просто проходит мимо.

– Вы уверены, что нельзя поменять столик?! – перехватила его грудастая.

– Прошу прощения, – чрезвычайно вежливо обратился Иван Кузьмич, – могу я просить вас сдерживать ваши эмоции? Свободных столиков, к сожалению нет. Остаётся только примириться друг с другом и наслаждаться программой нашего вечера.

Этот слабоосвещённый угол был их спасением. Для наблюдательного пункта лучше и не придумаешь. Тётя Паша и крёстный не сводили глаз с Лидии. Хозяйка отеля, сидя за столиком с немолодым мужчиной, пила шампанское, проявляя к мужчине неподдельный интерес.

– А Лидка-то – хозяйка медной горы… При брате завхозом была, а тут…  гостиницей управляет. Но, хочу тебе сказать, стервой она всегда была, – не сдержался крёстный.

– По морде видать, плохая баба. Глаза хитрые, – так и зыркает… – согласилась тётя Паша.

К их столику метрдотель подвёл пару.

– Вот ваш столик, присаживайтесь, пожалуйста, – обратился он к ним. И, улыбнувшись всем четверым, слегка склонил голову в знак почтения: – Приятного вечера.

Их новые соседи совсем не подходили друг другу. Парень был выдержанным, со спокойным, хоть и цепким взглядом; девушка же, в отличие от него была излишне суетлива.

Она беспокойно покрутилась по сторонам в поиске официанта, тут же покопалась в сумочке, отыскала там зеркало, поправила макияж и кинула пару оценивающих фраз, касательно дамских нарядов на этом вечере.

– Мы немного опоздали, – объяснила она крёстному. – Скажите, а автомобиль ещё не разыгрывали? – И, заметив официанта, подозвала его: – Принесите шампанского!

Такое соседство портило планы крёстного. Ещё не хватало излишнего внимания к их столику. И, чтобы сразу обрезать всё общение, он одарил девушку удивлённым, непонимающим взглядом и ответил на английском:

–  Sorry, I don't understand you.

Девушка замерла, не веря своему счастью и, придя в себя, одарила своих соседей обожающим взглядом:

– Вы не русские?! Очень рада вашему обществу! – И, глядя на своего спутника, воскликнула: – Ты представляешь?! Такая удача! – И, несмотря, на полное незнание английского, попыталась объясниться с соседями по столу: – Вы даже не представляете, чего мне здесь пришлось натерпеться! Везде русские, русские… – И, показывая на себя и парня пальцем, по слогам произнесла: – Я есть Лариса. Он есть Эдуард. Как есть ваше имя?

Но иностранцы, не зная ни слова на русском, только переглянулись и пожали плечами:

– Sorry, I don't understand you, – развёл руками крёстный.

И тогда она взяла в оборот Эдуарда:

– Я не могу поверить, передо мной живые нерусские! – Она окинула взглядом ближайшие столики, ища с кем ещё поделиться радостной новостью, но заметила несущего шампанское официанта. – Шампанского! Сюда, сюда, это мы заказывали! – помахала она.

Пока официант разливал шампанское по бокалам, Лариса заранее извинялась перед иностранцами:

– Конечно, Дом Периньон здесь вряд ли попадут… – Она взглянула на этикетку, где на белом фоне чёрными буквами в коричневой окантовке красовалось название «Крым». И она развела руками: – А вот Крым…