Наследница легенды или как найти неприятности.

Глава 7

Глава 7

Прошло уже достаточно времени, как мы покинули Боровички, и начался новый месяц лета ягодник. А мы все ехали и ехали, не встречая на своем пути ни одного городка, села или разнесчастной деревеньки. Но меня это не огорчало, я считала, что путешествую по самым прекрасным местам, которые только есть на земле. Единственное что омрачало мое настроение это отсутствие новостей об Арте и наставнике. Сердечко начинало бешено стучать стоило вспомнить светловолосого охотника и его поцелуи, и тут же сжиматься от страха за его судьбу. Сумели они спастись? Я старательно гнала от себя дурные мысли. Каждый день убеждая себя, что как только книгу вынесли из замка, колдуну он стал не нужен. Необходимо было следовать за нами. И я надеялась, что Ночным охотникам не составило труда добить нечисть оставшуюся без присмотра хозяина. Пейзажи сменялись один за другим. Сначала это были сочно-зеленые леса, затем вызолоченные летним солнцем и разукрашенные яркими пятнами цветов равнины, покрытые глянцевой зеленью холмы и пасущиеся на возвышенностях неимоверно красивые дикие лошади. Как хотелось подойти поближе рассмотреть их самих и их жеребят, коснуться шелковистых мордочек, увы, близко к себе они не подпускали. Как-то в лесу выехав на открытую поляну, я увидела двух премиленьких медвежат, маленьких мохнатеньких, я тут же полезла в карман за остатками от недоеденной утром булки. Они так потешно кричали, как будто плакали. Появившийся следом Раду, тронул меня за рукав куртки.

-Поехали, - я, не обращая на него внимания, протянула хлеб медвежатам, и те с радостью его оприходовали.

-Интересно, почему мать бросила таких маленьких одних?- недоумевала я, когда Раду просто взял моего коня за узду и потащил с поляны.

-Если не хочешь спросить этого у нее самой лучше нам отъехать подальше,- ответствовал Раду, не глядя на меня. Едва мы скрылись за кустами, как на поляне раздался рассерженный рев мамы медведицы, услышавшей посторонний запах рядом со своими любимыми чадами

-Как ты узнал? - удивилась я

-Догадался- последовал лаконичный ответ.

Иногда мы проезжали звериные тропы, пестреющие следами различных животных. Дорогу нам перебегали олени и лани. Во время ночных привалов, вокруг костра все чаще и чаще выли волки, но к огню подходить по-видимому боялись. Их переливчатый вой одновременно и пугал и завораживал, прозвучит такая мелодия в исполнении одного певца и душа уйдет в пятки, а как подхватят ее остальные басовитым разноголосьем и ей, душе, то есть, прятаться уже некуда. Она и заслушается, сейчас мы ехали равнинами, но скоро должна была начаться холмистая местность, а там и до Багреца рукой подать. Последнее время все было очень тихо и спокойно, никакого колдовства, ни нечисти, ничего, я стала подумывать о том, что возможно наши недоброжелатели отстали или забыли про нас. Солнышко припекало я уже жалела, что не удосужилась прикупить в Боровичках ни какой шляпы, макушку пекло нещадно, и подумала сначала, что разноцветные пятна на лугу мне мерещатся. Но как оказалось галлюцинациями я не страдаю - на равнине действительно пестрели, расположившиеся палатки странствующего народа, детей дорог, гавази. Луг украсился цветными шатрами, горели костры, между кострами носились собаки, суетились мужчины и женщины, бегали, смеясь и распевая песни, дети, мужчины носили яркие рубахи, женщины разноцветные платья', на запястьях звенели браслеты, на шее было надето множество ярких бус. Мы подъехали ближе, не скрываясь, ведь все равно ночевать на одном лугу, да и река протекала не слишком далеко: в низине, куда можно было спуститься по надобности, держась за кусты и их корни, которыми поросла вся впадина, по которой бежала не большая, но глубокая речка. Мы спешились. Свора собак тут же ринулась к нам, но от чего-то резко затормозила на пол пути и с визгом бросилась врассыпную. Из самого большого шатра, украшенного монетами и бахромой нам на встречу вышел мужчина средних лет черноволосый, черноглазый, крепкого телосложения в ярко-красной рубахе, посмотрел в след убегающей своре:

-Что-то странно мои собачки вас встречают,- подозрительно проговорил он

-Собака не волк покажи, что не боишься, притопни и убежит. - не думаю, что съели бы без разрешения хозяина - пожал плечами Раду и подмигнул гавази.

-Ну, примерно так они и должны были поступить,- засмеялся тот словам Раду,- я барон этих гавази - Мире , - представился мужчина. -Прошу к нашему костру.

-Мы путешественники,- просто сказал Раду, придерживая Вихря за повод,- я - Раду, он - Эрик, легкий кивок на Шоги и наша спутница - Зарина.

-Очень подходящее имя ,- поклонился мне предводитель гавази, - вы и правда прекрасны как нарождающаяся заря,- хотя такие слова можно было ожидать от любого представителя его клана, они не могут оставить женщину без комплемента, и себя без странствий. Но мне все равно было приятно, я улыбнулась барону, Мире, а моя кобыла, улучив момент, попыталась меня куснуть, решив, что у нее есть свое мнение на счет моей внешности, Мире щелкнул пальцем кобылку по носу и предложил:

-Дальше, за шатрами, где травы больше, пасется табун наших лошадей, вашим там тоже будет хорошо.

-Пожалуй вы правы, - согласился Эрик и первый направился в сторону указанную , Мире .

-Скажите что от меня -напутствовал нас барон гавази. Немного подумав, Шоги остановился и предложил отвести наших коней, чтобы всем вместе не тащится за такой безделицей. Я согласилась, с радостью передав повод своей упрямицы Эрику в руки. Но вот Вихрь заупрямился, замотал головой, всхрапнул ни за что, не желая идти с таким

подозрительным, по его мнению, типом как Шоги. Пришлось Раду вести его, приговаривая при этом, что он ни на что не променяет такого верного друга-коня. Я оглянулась по сторонам, темнело. Что бы не оставлять меня одну, Мире предложил присоединиться к другим гавази усевшимся в круг возле костров. Я облюбовала ближний, усаживаясь и улыбаясь находящейся возле меня старой женщине, та долгое время смотрела на меня не отрываясь, потом покачала головой и подала миску с едой. Я приняла, поблагодарила, осторожно попробовала это оказалась очень вкусно. Вдруг со всех сторон зазвучала музыка. Сначала тихая рвущая душу, как бескрайняя тоска, это играли люди у костров. Но как слаженно они играли ни одной фальшивой ноты. Время как будто остановилось, а к горлу подкатывал комок, так брала за душу их музыка. Я прикрыла глаза, вслушиваясь в затихающие аккорды. Думать ни о чем не хотелось, только отдыхать. Затем инструмент в руки взяла моя соседка по костру, та самая, что предложила мне поесть. Все тут же умолкли, отложив свою музыку на потом, и прислушались, старая женщина запела. Я чуть не ахнула, какой красивый у нее был голос, да любая знаменитая певичка, особенно сладкоголосая любовница нашего короля, рядом с ней выглядела бы вороной: