Наследница Нави

Глава 21

- Я хочу ее видеть! – заявил встревоженный мужской голос.

- Она еще не пришла в себя! Да и вообще это не нужно! Я настаиваю на расторжении договора после случившегося. Я лично доложу обо всем Люциферу.

Мать говорила негромко, но столько злобы в ее голосе я не слышала еще никогда.

- Говори, – спокойно отозвался Еорган. Он может расторгнуть договор, может объявить нам войну. Это не имеет значения, Люба уже моя невеста, мы связаны кармически.

- Как связался, так и развяжешься! – прорычал отец.

- Я люблю ее! – выкрикнул жених. – Слушайте и запомните! Я люблю вашу дочь и сестру. И не откажусь от нее ни за что.

Живот опять скрутило спазмом, хорошо ж меня, видать, приложило, до галлюцинаций аж.

Я застонала, мне тут же положили на лоб и живот холодные компрессы. Боль отступила. Но меня пробрал озноб, я открыла глаза, сбросила с живота полотенце с завернутым в него льдом и укрылась пледом, стуча зубами. В комнату вошли родители и бросились к постели.

- Как ты? – с волнением спросила мама.

- Нормально, но холодно.

Я сняла компресс и с головы, протянула Дирте. Посмотрела на маму и аж вздрогнула: такой бледной и с огромными черными кругами под глазами я не видела ее еще никогда. Казалось, она разом постарела лет на 30.

- Яд, что был, такой сильный, – ужаснулась я, догадавшись, что мать вытаскивала его из меня через кровь и, должно быть, отравилась сама.

А ведь вина в бокале было менее чем на четверть.

- Принесите мне эту бутылку и позовите Еоргана с папашей.

Я села в постели и, оглядевшись, поняла, что я в его доме, в будущей супружеской спальне.

- Зачем? – спросил отец.

- Во вторник на зачете по силе слова я забрала у девушки ненужный ей дар считывать ауру с предметов, кто, когда держал их в руках, что при этом чувствовал.

- Какой полезный, однако, в данной ситуации дар, – оценил Илья, – погоди, я щас.

Илья вернулся менее чем через минуту, неся в руках бутылку.

- Как ты?

Ероган метнулся было к постели, но напоролся на полный ярости взгляд отца и замер.

Я не ответила, взяла у Ильи бутылку и сосредоточилась, задавая Вселенной лишь один вопрос: кто подсыпал яд в бутылку? От нее тут же пошло тепло, а перед глазами поплыли образы. Я увидела бутылку на столе и худую, стройную, черноволосую женщину со злыми карими глазами, она высыпала в бутылку белый порошок.

- Вы уверены, что поступаете правильно, госпожа? – спросила ее худощавая блондинка, стоящая рядом.

- Смириться с вынужденным браком я еще могу, но с тем, что он уже любит эту двуногую мразь, никогда!

Женщину аж трясло от злости.

- Да бросьте, это, скорее всего, увлечение молодым мясом, не более.

- Думаешь, я не могу отличить увлечение, азарт либо похоть от любви?! – взвилась женщина на служанку. – Ни со мной, ни с Лионой его аура не сияла, как сияет теперь. И день ото дня — это чувство будет лишь усиливаться! Совсем скоро он забудет про нас! Но самое страшное, что наследников ему родит она, а не мы! Он специально сделал нас бесплодными, чтобы исполнить этот треклятый договор! Этого я ему никогда не прощу! Я с ним более семи тысяч лет, я прощала ему все, я поддерживала его во всем! И если уж я не могу родить ему наследника, значит, никто ему его не родит! Он яд даже не почувствует, а эта мразь загнется, даже если чуть пригубит.

- Но начнется война, госпожа. Погибнет много народа. Возможно, даже господин.

- Что ж, значит, такова его судьба.

Женщина кровожадно усмехнулась, закупоривая бутылку с вином.

Видение оборвалось, я передавала его сразу всем присутствующим, чтобы не думали, что я что-то домысливаю. Голова чуть кружилась. Но я не позволила себе упасть на подушки, осталась сидеть. Первым делом посмотрела на Еоргана. Его глаза пылали гневом.

- Приношу свои извинения, – поклонился он, побледнев, – виновные будут наказаны должным образом. Сегодня же.

- Не надо, – неожиданно даже для себя выкрикнула я. – Она права. Она от отчаяния. Вы поступаете ужасно по отношению к ней.

- У нашего народа принято иметь до трех жен, детка, – пояснил Василевс, – так что ни о каком предательстве и речи быть не может.

- А дети? Вы сделали их бесплодными!

- Ориона сама виновата в этом! Я поймал ее с любовником однажды! Наказание за неверность у нас в первый раз одно: женщина лишается права продолжать чей-либо род.

- А второй раз? – неизвестно зачем поинтересовалась я.

- Клеймо на лбу и изгнание из рода мужа и родителей.

- А вторая, что, тоже неверна была? – спросила мама.

- Нет, больна. Я взял ее по выгодному договору.

- Выйдите все, пожалуйста, – попросила я.

- Все, кроме Вас, – я указала на жениха.

Все послушно вышли, Еорган подошел, сел на постель, я позволила взять себя за руку.

- Откажитесь от меня. Просто откажитесь, и все. Не доверяйте Люциферу. Он обманет Вас, что бы ни обещал, я уверена. Откажитесь, прошу.

- Это невозможно, – спокойно возразил Еорган.

- Ничего невозможного нет. Зачем я Вам? Вы себе таких молоденьких девственниц пачками ежедневно зачаровывать можете.

- Дело не в молодости и уж тем более не в девственности. Ты уникальна! Ты –наследница 6 разных рас Вселенной, я не могу упустить такой шанс.

От слов жениха я дернулась, словно от пощечины. Вот теперь все окончательно прояснилось, и договор с Люцифером здесь ни при чем совсем. Ему нужны наследники от меня. Мы, дети химеры, новая раса – лакомый кусочек для многих. Родителям предлагали бешеные богатства из многих планет и галактик за договорные браки с братьями и сестрами. Все шли глубоко в дремучий лес.