Наследница Ордена

ГЛАВА 19. В промежутке между смертью и сновидением

На сегодняшний день у меня выпал выходной, и я не знала, за что приняться, разрываясь между делами.

В гостиной Дарена в кресле не обнаружилось. А я думала, он будет сидеть возле меня неотлучно, но, пожалуй, у него тоже есть чем заняться. Знать бы, где он бродит. Вот бы заглянуть в его комнату и поискать медальон.

Вдруг он спрятал его в укромном месте, например под подушкой… Сложнее, если носит с собой. Ещё сложнее, если сидит у себя в комнате. Вряд ли обрадуется, узнав о моих намерениях, но если будет отсутствовать, может и совсем ни о чём не узнать.

Просить отдать добровольно нечего и думать. Наверняка посмеётся и посоветует не заниматься глупостями. А медальон мне так нужен, чтобы вернуть Нэйта. «Медальон и мальчишка связаны, не так ли?» – в этом Пандемония, без сомнения, прав.

В шкафчике взяла тетрадь и карандаш. Я обещала Гвен найти её убийцу. И для начала собиралась опросить людей в Ордене. Быть может, кто-нибудь что-то видел. Случившееся не могло остаться незамеченным. Главное, задать нужные вопросы.

Было и еще одно дело. И оно, пожалуй, являлось самым сложным. Пандемония пострадал из-за меня, но нужно ли извиняться? В конце концов, он сам вызвался в опекуны, просто вчера мне и вправду понадобилась его помощь. Моя ли вина, что он никак не найдёт с Дареном общий язык?

– Гвен?! – переспросил молодой охотник, встреченный в коридоре. – Кто такая Гвен?

– Служанка, которую на днях… – слова не шли с языка. – Которая на днях погибла. Разве вы не слышали?

– Слышали, – ответил его приятель. – Но как звать… Демон их разберёт! – расхохотался он и утащил своего друга дальше по коридору.

Я проводила их удивлённым взглядом. Похоже, охотники живут в другом мире. Их бесчувственность поражала, но Глэн мне всё разъяснил…

– Для них смерть столь же естественна, как дождь за окном, – шагнул он из-за угла. – Что ты делаешь? Хочешь, чтобы весь Орден узнал, что Гвендолин убили? Что глупая служанка не сама свернула себе шею, свалившись с лестницы? Думаешь, легко было прекратить слухи об её убийстве?

– Но как же…

– Расследованием и без тебя есть кому заняться. Расхаживая тут и задавая нелепые вопросы, ты рискуешь привлечь преступника. – Глаза цвета холодного безоблачного неба, казалось, глядят в самую душу. – Генерал приказал пресекать любые сплетни о Гвендолин, и я разделяю его точку зрения. Не надо болтать об убийстве на каждом шагу. Это тайна, понимаешь, тайна. Или тебе нельзя доверить даже такую малость?

– Но отец не сказал, что это тайна, – нашлась я.

– А разве не очевидно? – Глэн говорил со мной, как с глупым ребенком. – Иди в свою комнату и закрой на замок дверь, это будет самое разумное, что ты можешь сделать. – В его голосе чудилась насмешка, и моя кровь вскипела не хуже воды в чайнике, поставленном на огонь.

– Я не боюсь преступника, убившего Гвен!

– А следовало бы! – На сей раз насмешка была очевидной, обозначившись на его губах.

– Пусть только попробует напасть! – вскинула я подбородок, понимая, как это всё глупо.

– И что ты сделаешь? – Ловчий обвёл меня оценивающим взглядом, в котором сквозило пренебрежение. – Спросишь, зачем он её убил, чтобы записать ответ в тетрадку?

Я не нашлась, что сказать. И вправду, что я могу?

– Прекращай заниматься самодеятельностью и возвращайся к себе! – Он резко развернулся на каблуках и зашагал прочь.

Я прижала к груди тетрадь, в которой успела сделать несколько пометок. Демоны бы его побрали! Терпеть не могу! Что он о себе думает? Кем меня считает?

Направилась дальше, но остановилась. Дарен, помнится, тоже насмехался над тем, что я не могу за себя постоять. Но отец как-то сказал: «Берёшь в руки оружие, готовься, что им придётся кого-то убить». А я не была готова.

Внезапно тишину разорвал пронзительный крик.

Я бросилась узнать, в чём дело, но на полпути меня поймал за руку Глэн.

– Чего несёшься как сумасшедшая?

– Там кто-то кричал!

– Это как раз сигнал бежать в обратную сторону.

– Но… но… – Моё сердце оглушительно стучало. – Нужно узнать, что случилось.

– Нужно?! – Судя по интонации вопроса, ловчий считал наоборот.

А если опять кого-то убили? Если прямо сейчас?

В коридоре показалась служанка в белом передничке, насмерть перепуганная.

– Что произошло? – подошла я к ней.

Девушка перевела на меня испуганный взгляд.

– Там… там такое… – оглянулась она назад; дальше по коридору располагались жилые комнаты.

– Не ходи, – угадал мои намерения ловчий. – Я сам всё проверю.

– Но я тоже имею право знать! – Пусть считает меня слабой, неспособной себя защитить. Отступать я не собираюсь.

– Хорошо. Идём. Только будь за моей спиной. – Он не удержался от снисходительной улыбки. Впервые в жизни захотелось выцарапать кому-то глаза.

Дверь была распахнута настежь. На полу валялся перевёрнутый поднос с завтраком. Пахло травяными настойками и лекарством. К лечебным ароматам примешивался какой-то неправильный, неприятный дух, от которого волосы на голове шевелились. На скомканной постели лежала женщина с бледным восковым лицом.