Наследница первого пламени

Искры разума

Адо и Серхио стояли у окна. Комната была окутана похожей на тяжелое, удушающее одеяло тишиной. За стеклом входил в свои права темная ночь, поглощая всё живое, как черная бездна, и лишь слабое сияние луны тянуло из неё серебристые потоки света, которые испуганное воображение Адо делало похожими на костлявые руки, отчаянно пытающиеся вырваться на свободу. Ребята молчали потому, что оба понимали: ни один из них не знал, что именно их ждёт впереди.

— Мы не можем просто закрыть глаза на это, Адо! — хотя Серхио пытался сохранить спокойствие, его голос сорвался на возмущение. Он сжал кулаки, его руки побелели от напряжения. — Она была на грани! Мы все были на грани. Ты ведь сам видел, как это было. Мы не можем просто сидеть и ждать, пока снова начнётся что-то подобное!

Адо смотрел на друга, пока пытался собраться с мыслями. Он очень устал. Как и Серхио. Взгляд зеленых, прямо как у Ники, глаз друга был твёрд и спокоен, как поверхность озера на рассвете — прозрачный, но в глубине его прятались волны переживаний.

— Я знаю, Серхио, — его голос был тихим, но твёрдым, потому что решение он уже принял. — Мы все переживаем, но если мы будем действовать на эмоциях, то всё только усложним. Эта магия не случайна, и обморок Ники тоже не случаен. Нам нужно разобраться в том, что произошло. Мы не можем просто броситься в погоню за тем, чего не понимаем. Иначе мы сами окажемся в опасности.

Серхио хотел что-то сказать, но запнулся, его дыхание стало тяжёлым, как будто кто-то резко положил тяжёлый камень на его грудь. Он не мог понять, как можно оставаться таким спокойным, но, возможно, он и сам чувствовал, что в спешке можно создать ещё большие проблемы. Его глаза метались по комнате, пытаясь найти точку опоры, но не находили её.

—Хорошо, — проговорил он наконец, стараясь подавить волну раздражения. — Разберёмся. Но если она пострадает … если она окажется в такой опасности … если я ее потеряю … еще раз…, я буду действовать, Адо, не важно, что ты скажешь.

Адо молча кивнул, и его взгляд снова вернулся к окну. Он знал, что Серхио прав — но, несмотря на это, в его душе оставалась тревога, которая не отпускала.

— Мы не можем позволить себе ошибок, — тихо добавил Адо, будто говоря сам себе.

Тишина снова опустилась на них, как тяжёлая пелена. Только за окном ночь постепенно поглощала остатки света, и они оба знали — неизвестная опасность, скрытая за углом, была рядом.

⁎⁎⁎

Ника проснулась с ощущением, что мир вокруг неё стал липким и тяжелым. Она будто проснулась от глубокого сна, где время не имело значения, а ощущение реальности плавало где-то в туманной дали. Было странно и немного страшно. Голову тянуло вниз, а в ушах всё ещё стоял гул — как после грома или долгого крика.

Когда её глаза наконец привыкли к мягкому свету, который лился через высокие окна, она увидела знакомое лицо — Натали. Она сидела рядом, ее лицо выражало ту заботу, которая светилась на нем всегда.

— Ты очнулась, — сказала Натали с лёгким облегчением в голосе. Ее акцент немного успокоил Нику. — Мы все волновались. Адо и Серхио, они едва с ума не сошли, когда ты потеряла сознание. Но теперь ты с нами. Всё будет в порядке.

Ника посмотрела на сестру Адо, и в её глазах блеснула искра удивления. Она пыталась понять, что происходит, и осознать, где она.

— Где я? — её голос прозвучал мягко, но с ноткой растерянности. — Что произошло? Почему я…

Натали мягко приподняла её, помогая сидеть.

—Мы все еще в Ордене, в комнате Адо. Она была ближе всего, — сказала она с улыбкой, которая не скрывала беспокойства. — Мы перенесли тебя сюда, как только ты потеряла сознание. Ты была в такой странной позе… мы все думали, что тебе хуже, чем нам хотелось бы. А потом Адо и Серхио… Они оба просто не знали, что делать. Ты была такая… как будто тебя кто-то вырвал из реальности. Ты ведь помнишь, что произошло?

Ника моргнула, пытаясь собрать мысли в единую картину. Её память всё ещё была запятнана тем странным моментом, когда она увидела эту стрелу — как она возникла из воздуха, как она взяла на себя её магическую силу. Но всё, что было до этого момента, словно растворилось в тумане.

— Я… — она начала, но её голос исчез в пустоте, как эхо, отголоски которого ещё долго звенят в ушах. — Я видела стрелу. Что это такое было?

Ответить никто не успел. Дверь распахнулась, и в комнату ввалились Адо и Серхио. На их лицах было выражение тревоги, которое сменилось облегчением, как только они увидели, что Ника пришла в себя. Казалось, что их сердца успокоились хотя бы на мгновение.

— Ты в порядке? — первым не выдержал Серхио. Он подошёл к ней, его взгляд был полон обеспокоенности, но в то же время невидимой боли. — Ты что-нибудь помнишь? Мы боялись, ты не оправишься от той атаки.

Адо стоял чуть позади, его лицо было мрачным, как небо перед грозой. Он пристально смотрел на Нику, будто пытаясь понять, что именно происходит в её голове.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, опускаясь рядом с её постелью, словно пытаясь вложить в этот вопрос всё то беспокойство, которое наполняло его душу.

Ника с трудом села, ощущая лёгкое головокружение. В была растерянна, потому что сама не очень хорошо понимала, как себя чувствует. Она снова посмотрела на Адо и Серхио.

— Я не знаю… что это было? Что сделала эта стрела? Она ведь не… не украла мою силу — голос Ники задрожал от осознания ужаса ситуации.