Наследница первого пламени

Находка

Адо шел по темной улице, его шаги отдавались эхом в пустоте. Вечер был невыносимо тихим, в воздухе витал запах дождя, который вот-вот должен был начаться. Адо наклонил голову, прижимая воротник пальто к шее. Холод был сильным, но не самым жутким ощущением в этот вечер. Мысли снова и снова возвращались к Нике. Уже несколько недель, со дня появления этой проклятой стрелы, она была сама не своя — всё больше времени проводила в библиотеке, поглощая книги. Она хотела понять, что может случиться с её силой после нападения. Адо не мог не волноваться за неё. Он видел, как она теряет уверенность, как её магия, только начинающая набирать мощь, теперь казалась едва заметной.

Ника буквально таяла на глазах. Адо, Натали и даже Серхио часто приходилось чуть ли не силой тащить ее в столовую или приносить еду прямо в библиотеку. Они даже стали называть комнату Никабинетом. Господину Баргасу и Золотову они ничего про артефакт не говорили. Мастер считал слабость Ники легким недомоганием от смены климата, а Золотов хотя и понимал, что что-то происходит, но решил не вмешиваться в дела магов. Пока.

Библиотека была тихим, почти священным местом, поглощённым вечным полумраком. Старинные фолианты, запылённые и величественные, стояли на полках, с покорностью ожидая своих читателей. Здесь, среди этих тысяч страниц, Ника часто искала ответы, пытаясь найти хоть какую-то разгадку для того, что происходило с её силой после того самого нападения. Адо понимал, что происходящее не дает ей покоя. Он даже представить не мог, что бы делал он сам, окажись в подобной ситуации. Именно поэтому Адо был полон решимости помогать Нике и пытаться ее поддерживать.

Тот день был не исключением. Ника сидела за старым деревянным столом, её лицо было скрыто за ворохом книг, но Адо сразу понял, что она устала. Её руки дрожали, когда она перелистывала страницы. Всё, что она находила, лишь запутывало её ещё больше.

Он вошёл в библиотеку не так тихо, как хотелось бы. Звук его шагов эхом разносился по пустым коридорам между полками. Ника не подняла головы, хотя он был уверен, что она почувствовала его присутствие. Она всегда чувствовала его, как и он её. Это было необычно. У Адо были близкие люди, с которыми он мог вести откровенные разговоры и которые могли его понять, но с Никой было по-другому. С ней можно было даже не говорить. Адо наблюдал за ней несколько секунд, раздумывая, что сказать. Но она выглядела такой утомленной и настолько погруженной в свои мысли, что он не решился вмешаться.

Он подошёл ближе и остановился у стола. Сначала он просто смотрел на неё, на её опущенные ресницы, бросавшие длинную тень на бледные щеки, на ее тонкий, чуть с горбинкой нос, на ее пухлые губы… Нет-нет. Адо отогнал от себя мысли о ее губах.

— Ты опять пропустила ужин, — произнёс он тихо, с неохотой нарушая её сосредоточенность.

Ника вздохнула, и, наконец, подняла взгляд. В её глазах было что-то глубокое и загадочное — смесь усталости и отчаяния. Она пыталась скрыть это от всех, но рядом с Адо она перестала пытаться казаться веселой и спокойной. Казалось, что сил на это у нее не хватает. Адо нравилось, что Ника, наверняка неосознанно, стала ему доверять, но он бы сейчас многое отдал, чтобы поделиться с ней своей энегрией.

— Ты меня пугаешь, — сказал он, опускаясь на стул напротив. — Ты не ела нормально уже несколько дней, и… ты уже несколько раз говорила, что в этой библиотеке есть ответы. А что, если это не так… Ник, ты же не сможешь все здесь изучить.

---Адо, я как будто болею с этой жуткой температурой 37 и никах не могу ни вылечиться, ни заболеть окончательно.

Ника сделала паузу, а потом устало покачала головой. Она снова вернулась к книге, как будто старалась избежать его взгляда.

— Я должна понять, что со мной происходит, — её голос звучал тихо, почти как шёпот. — Я должна найти причину. Я не могу так больше.

Адо почувствовал, как его сердце сжалось. Она не говорила это напрямую, но он знал, что она ощущала: её сила действительно ослабла. И не только сила — часть её самой, её уверенность, её спокойствие, уходило в никуда.

— Ника, мы поймем, что с тобой. Не сейчас, но обязательно! Вместе. Я обещаю. Но для этого тебе надо есть и высыпаться.

Она вздохнула, но не ответила. Адо положил руку на её стол, чуть приподняв книгу, в которой она копалась. Ника не сопротивлялась, она, казалось, вообще не слышала его слов.

Он тихо встал и обошёл её, садясь рядом. Он видел, как её плечи сжались от напряжения, как пальцы стали теребить край рукава. Она не говорила, но её глаза снова встретились с его. И в них он тень того страха, который поселился и в его душе.

— Ты не одна, Ника, — сказал он, Он не хотел, чтобы она продолжала искать в одиночку, не желая признавать, что ей нужна помощь. — Ты не должна делать это одна. Мы справимся. Все вместе.

Ника замерла, её дыхание стало чуть более спокойным, но она не отводила взгляд. Адо мягко коснулся её руки, сжимающей книгу, и её пальцы слегка дрогнули, но не вырвались из его хватки.

— Ты не понимаешь, — прошептала она. — Я не могу потерять свою магию. Это всё, что у меня есть. Всё, что я умею.

Адо вздохнул. Он понял, что её страх был не только в том, что она теряет силы. Это был страх потерять свою идентичность, свою суть. Магия для неё была частью её, как воздух. И если она теряет её, то теряет и себя.

— Я понимаю, — сказал он тихо. — Но ты не одна. Мы найдём решение. Ты не должна проходить это в одиночку, - его голос чуть дрогнул. – Нас теперь четверо, и наша обязанность – оберегать друг друга.