Наследница пламени: Академия Запада

Глава 5

В комнату возвращаться все же пришлось: с шестью увесистыми книгами особо не погуляешь, а заставлять предметы летать я еще не умела.

Стеллы на месте не оказалось, зато все помещение было окутано сладкими духами, на ее кровати небрежно свалена одежда, а на столике — косметика. Похоже, она так собиралась на праздник, и хорошо, что я это пропустила.

Я поставила книги на свою полку и достала расписание. Итак, что меня там завтра ждет?

Первая лекция — «Основы магической теории»

Вторая лекция — «Контроль внутренней силы»

Третья — «Слепая практика». Кажется, это и есть предмет Фроста.

Я еще пробежалась глазами по расписанию других дней: «Магия в быту», «Физическая подготовка мага», «Теория арканов», «Лингвистика древних», «История магических войн» и спецкурс «Альтернативные профессии». С ума сойти… А вдруг я совсем не гожусь для такой учебы? И что будет, если у меня с ней ничего не сложится? Фрост отправит меня обратно агентам ДМР?

Я потерла нарисованную метку. Фрост сказал, что в стенах Академии агенты ДМР не могу фиксировать вспышки никакой магии, даже не зарегистрированной, как у меня, поэтому волноваться не стоит. Но что, если это не так? И как он вообще сам прожил столько лет без метки и не попался Департаменту?

Столько волнующих меня вопросов и так мало ответов.

— Но хуже уже точно не будет, — попыталась я себя успокоить. — Даже смерть не так страшна, как тюрьма ДМР. А здесь и вовсе отлично… Тепло, красиво, есть где спать и что есть. Ну попадаются особенные личности… Мало я таких в своей жизни встречала?

За окном вечерело, где-то громко заиграла музыка. Кажется, праздник начался. А мне снова захотелось есть, время-то ужина. Но столовая, как я понимаю, сегодня вечером закрыта: вся еда на празднике.

Я еще некоторое время боролась с собой: идти или не идти на этот дурацкий праздник. Мне ведь и надеть нечего, а еще там будет эта безумная четверка и Стелла…

Конечно, можно прокрасться незаметно, что я, впрочем, и делала сегодня весь день, утащить что-нибудь со стола и так же незаметно удалиться. Делов-то.

А голод разыгрался не на шутку, и я все же сдалась. Ладно, только туда и обратно.

Я пошла на звуки музыки и голосов: они доносились из внутреннего дворика. Вечером он был освещен разноцветными фонариками, по периметру стояли столы с закусками. Все свободное пространство было заполнено студентами. Парни щеголяли во фраках и белых рубашках, а девушки — в платьях всех цветов радуги. В отличие от них преподаватели оставались в мантиях и медленно прохаживались среди своих подопечных.

Я принялась красться к столам, стараясь держаться в тени и с краю площадки. Боги, а вот и еда. Меня, вроде, никто не замечал, и я взяла с блюда тарталетку с паштетом. Потом еще одну. Бутерброд. Запеченное крылышко. Снова бутерброд. Студенты тем временем веселились, запуская вверх огненные шары, которые взрывались в небе разноцветными сверкающими брызгами. Это было действительно красиво и завораживающе, и я, утолив наконец голод, налила в стакан гранатового сока и осмелилась подойти поближе.

Но тут шары летать перестали, а среди студентов наметилось оживление. Кто-то весело присвистнул, раздались аплодисменты.

— Вот это торт! — раздался восторженный возглас.

Меня разобрало любопытство, захотелось посмотреть, что за он, ведь Фрост так расхваливал фантазию кондитера Пэм. Но я только успела разглядеть верхушку, украшенную спелой клубникой, как меня кто-то толкнул, задев плечом. Чудом содержимое моего стакана не выплеснулась наружу.

— Рыжая? Это ты? — последовал за этим удивленный голос того, кого бы я с удовольствием придушила. Фил Гринчетт.

Пустотники бездны, вот и потеряла бдительность на минуту!

— Эй, откуда форму взяла? — его лапища потянулась к лацкану моего жакета, но я отбила ее рукой.

— Это моя форма, — процедила я, сузив глаза.

— Гляньте кто, — к нему вразвалочку подошел веснушчатый. — Рыжая? Ты ж в тюрьме должна быть.

— Действительно, — Фил зло сверкнул глазами. — Кто тебя выпустил из Департамента, мелкая беспечатная гадина?

— У меня есть печать, — я подняла руку, демонстрируя фальшивый знак. Внутри меня страх боролся с гневом. — И теперь я здесь учусь. А тебе бы не мешало наконец прикрыть свой рот, а то что-то слишком воняет.

Веснушчатый противно хихикнул, а Фил побагровел. Он сделал ко мне шаг, намереваясь снова схватить, но я успела увернуться. Правда, сок из стакана все же выплеснулся. И прямиком на ледышку, который, оказывается, стоял за моей спиной. Теперь на его белоснежной рубашке разрасталось темно-красное пятно, гранатовые брызги были и на его лице. Ноздри парня раздулись в молчаливом гневе, на щеках напряглись желваки, а взгляд откатил такой холодной яростью, что я чуть не приросла к месту.

— И Кевину опять досталось, — хрюкнул веснушчатый.

Проклятье. Вот и сходила перекусить.

Внезапно вихрь взметнул подол моей юбки, пытаясь задрать ее. Снова Фил. Я успела удержать юбку руками, но гаденыш продолжал испытывать ее своими вихрями. Одновременно с ним какое-то заклинание выкинул веснушчатый — и по моей груди и ногам потекла зеленая слизь. Я сжала челюсть, пытаясь сдержать бурлящую ненависть. Если сейчас магия опять выйдет из-под контроля…

— Я отомстил за тебя, Кевин, — захихикал веснушчатый.

— Тебя никто не просил, — процедил тот.

Из толпы собравшихся вокруг студентов вдруг вышел парень, высокий, с волосами цвета темной меди. Похоже, тоже со старших курсов. Он переплел пальцы в некоем жесте, и вихрь Фила исчез.

— Довольно. Вы старшекурсники, так ведите себя соответствующе, — произнес парень. — Гринчетт и Олди, это последнее предупреждение. Дальше докладная на вас ляжет на стол ректору.

— Стукач Гален в своем репертуаре, — процедил Фил, но тут же замолк под его тяжелым осуждающим взглядом.

— О, так это моя новая соседка! — из-за спины Кевина выскочила Стелла в розовом облегающем платье. Она скривилась, окинув меня взглядом. — Фу. Впрочем, не удивила.