Наследница призрачных Творцов. Равновесие для попаданки

Глава 4. Понимай как хочешь

Чеширка снова окатила меня таким взглядом, что любви к кошкам вот не стало чуточку меньше. У неё прямо на морде читалось крупными переливающимися буквами, что делать ей больше нечего, как разбрасываться предупреждениями. А потом кошка и вовсе исчезла. Просто растворилась прямо у меня на глазах, словно её никогда и не было. Всё это отдалённо напоминало очень вольную интерпретацию всем известной истории. Поздравляю, Алиса, ты и здесь отличилась: попала в очень альтернативное Зазеркалье. Только когда нормальная героиня побежала за живым белым кроликом, я пошла за призрачной серой кошкой. Впрочем, общее тоже было: обе мы вляпались в крупные неприятности.

– А она не совсем призрак. Вернее, совсем не призрак, мисс Алиса... – задумчиво пробормотал дворецкий.

У меня волосы на голове частично расклеились и зашевелились. Что значит «не призрак»?! А кто тогда?

– Не знаю, мисс Алиса. Она не похожа ни на неприкаянных призраков, вроде меня, ни на обычных неупокоенных.

– Стоп-стоп-стоп! Что-то я не совсем поняла, что вы имеете ввиду.

Призрак дворецкого вроде вёл себя дружелюбно, но кто знает, не ловушка ли это, чтобы ослабить мою бдительность, поэтому решила обращаться к нему вежливо.

– Рикман. Моё имя Рикман, мисс Алиса, – поклонился призрак и замер, будто в ожидании указаний.

Рикман, значит. Это имя я легко запомню, хотя оно больше ассоциировалось у меня с фамилией.

– Это фамилия и есть. Имя тоже было когда-то, но его практически не использовали мои хозяева, а потому забылось оно быстро.

– Простите, Рикман, что конкретно вы имели в виду, когда говорили про призраков? Я не знаю, что такое «неприкаянные» и «неупокоенные». Разве это не одно и тоже?

– Нет, совсем нет, мисс Алиса. Призраки – это ведь души, не ушедшие на перерождение. И неупокоенные, и неприкаянные появляются там, где их обладатели скончались естественным образом, либо умерли насильственной смертью, но не выполнили при жизни какую-либо миссию. Если имеется в наличии тело, то вызывается некромант, который проводит обряд упокоения, после которого призрак исчезает. Таких призраков называют неупокоенными, когда вопрос ухода на перерождение лишь дело времени. С неприкаянными душами сложнее: причины появления могут быть абсолютно теми же, что и у неупокоенных, но развеять их невозможно ввиду отсутствия тела или какого-либо фрагмента, достойного захоронения. Например, если останки сгорели подчистую, а прах развеялся. Таким образом, связать душу с телом для обряда упокоения невозможно, некромант бессилен. Особой привязки к месту неприкаянные не имеют, а потому способны поселиться где угодно. Соответственно, можно попробовать их изгнать или вынудить уйти. Если удаётся узнать настоящее имя неприкаянного призрака, а также добыть какую-то принадлежавшую ему вещь, то можно сделать привязку к ней, устроить погребение, а затем и провести ритуал упокоения. Но этот способ редко когда возможен в силу множества обстоятельств.

Моё богатое воображение сразу же проиллюстрировало рассказ Рикмана, и я невольно поёжилась.

– Может, всё-таки чаю? Я так давно ни для кого не заваривал чай... – с грустью в голосе произнёс Рикман, словно пытаясь меня разжалобить.

В доме было тепло и сухо, поэтому холода от прилипшего к телу платья я не чувствовала. Однако ливень за окном и не думал прекращаться, а из-под выбитой мной двери просачивался небольшой сквозняк, поэтому я решила, что горячий чай сейчас будет как нельзя кстати. И даже плевать, что его заварит призрак. Сразу же вспомнилась мой тёзка и её фиаско с пирожками. Ладно, сама заварю. Дайте мне только заварку и кипяток!

Рикман посмотрел на меня с обидой, будто я сильно его оскорбила.

– А вы можете не читать мои мысли? Это как-то неприлично, знаете ли.

– Боюсь, что это получается само собой, без какого-либо злого умысла, мисс Алиса. Просто слышу, и всё. Только по тому, как шевелятся или нет ваши губы, понимаю, сказали ли вы что-то вслух или я просто услышал, – покурил голову Рикман и мне стало даже его как-то жаль.

Было видно, что ему неловко, но и проигнорировать мои молчаливые вопросы он не мог, так как по большей части избегал того, чтобы смотреть на меня. Кажется, раньше неприличным считалось, если слуги удерживали зрительный контакт со своими работодателями. Но и мне не нравилось, что мои мысли становятся известны кому-либо, кроме меня самой. Ощущение, словно голая и прикрыться не могу.

– Простите, мисс Алиса, – опустил голову Рикман. – Пойду заварю чаю, с вашего позволения.

Когда призрак повернулся ко мне спиной, я увидела торчащую под лопаткой рукоятку не то ножа, не то кинжала.

Почувствовав мой пристальный взгляд, Рикман остановился, а затем начал оборачиваться:
– Что-то не так, мисс Алиса?

Я подошла поближе и невольно протянула руку к рукоятке. Она была здесь лишней и явно мешала Рикману. Не знаю, как так получилось, но мне удалось вытащить нож, напомнивший финку. Я стояла и смотрела на него, чувствуя, как глаза сейчас выпадут из орбит и со стуком покатятся по полу, как два мраморных шарика. Когда до меня дошло, что именно держу в руке, отбросила от себя нож, который, едва коснувшись пола, исчез.

– Это как... Как это?!. Куда он делся?

– Не волнуйтесь, он вскоре опять окажется на прежнем месте, – «успокоил» меня Рикман. – Контуры любого призрака абсолютно точно повторяют все особенности тела в момент смерти. Так уж вышло, что в дом, где я служил, проникли грабители, желавшие поживиться хозяйским добром. Только не учли, что особняк готовился к продаже и был пуст. Я там ещё долго обитал до тех пор, пока здание не сровняли с землёй маги, расчищавшие участок.

– А почему вас не похоронили? Вряд ли бандиты взяли ваше тело с собой или смогли уничтожить так, чтобы даже костей не осталось.

– Особняк подожгли, чтобы замести следы, а моё тело спрятали в одной из ниш в подвале. Меня так никто и не искал, а лорд Статтем приказал ждать его возвращения или каких-либо распоряжений. Поэтому вначале я отказался неупокоенным призраком, а затем и неприкаянным. От тела ничего не осталось.