Наследница призрачных Творцов. Равновесие для попаданки

Глава 5. Инфаркты – наше всё!

Что делать с валяющейся в обмороке призрачной кошкой, я не знала, но решила, она сама как-нибудь в себя придёт. А вот если кто-нибудь явится в этот дом, то не хочется оказаться обвинённой в доведении до инфаркта этого «счастливчика». Кстати, «о птичках»...

– Рикман, скажите, а кому принадлежит этот дом? Вдруг кто-то из хозяев явится, и у меня возникнут проблемы из-за проникновения сюда? Я понимаю, что дом заброшен, но вдруг?

– За полтора века, что я здесь обитаю, ещё никогда никого, кроме вас, мисс Алиса, здесь ни разу не появилось. Кстати, у нас возникла одна проблема... Прошу меня простить, мисс Алиса... – призрак виновато понурил голову и замер, будто ожидая, если не наказания, то гневной отповеди как минимум.

Ладно, Алиса, не накручивай себя, вдруг он просто в отличие от Чеширки, пытается избежать инфаркта, поэтому и прячет взгляд? Интересно, а у призраков инфаркты бывают или мне просто встретить очень нервную кошку? Рикман молчал, хотя точно услышал мои мысли и в этот раз. Бочком я выскочила из кухни и дошла до зеркала, висящего на стене в коридоре. Ох, мама дорогая! В отражении на меня смотрела классическая «панда», какая обычно бывает поутру у девушек после бурной вечеринки в клубе, после которой сил на снятие макияжа не осталось. А если учесть, что вся эта красота освещалась дрожащей в моей руке свечой, то создатели триллеров и фильмов ужасов нервно курили в сторонке.

Так, придётся убирать остатки туши здесь, потому что отодрать зеркало не удалось – оно было прибито к стене намертво. Быстро сбегав за бутылью с маслом, я почувствовала себя на разминке в зале: подняться – наклониться, достать чистый платок – протереть верхнюю часть лица... И всё это со свечой в руке! Однако прогресс: платье не подпалила, без волос не осталась, бутылка с маслом не вспыхнула. Почувствовав прилив гордости, я как смогла, убрала остатки маслянистой плёнки с лица и вернулась на кухню.

– Рикман, а вы воду где брали? Я хотела бы умыться.

Призрак открыл неприметную дверцу в углу:
– Здесь старая водяная колонка. Напор слабый, но вода чистая, хоть и набирается медленно. А вот с чаем возникли некоторые трудности. Я совершенно не учёл, что артефакты в плите разрядились и запасные тоже. Можно было бы попробовать развести огонь в камине, но дрова наверняка промокли и задымят весь дом.

– А дымоход прочищен?

– Простите, мисс Алиса, я не проверял...

Душа требовала чая, тело – горячей воды, а перспектива угореть не прельщала. Мне хватило одной ночёвки в загородном доме родителей, когда те уехали в отпуск. Пока разобралась, как работает голландка, едва не поседела. Хорошо, что девочки помогли советами где что проверить и что когда открыть или закрыть, чтобы посмертно не стать звездой рубрики «Трагическая смерть во сне произошла в N-ском районе».

Свеча горела медленно, и мне в голову пришла идея.
– Рикман, а если попробовать подогреть воду, используя свечу в роли горелки? Ну, как-нибудь... Или отрезать кусок, щепок натесать ножом и поджечь в тарелке, а над ней на металлическую подставку поставить чайник... Не знаю, сработает ли, но попробовать же можно...

Судя по всему, техническая жилка у Рикмана была на уровне моей, потому что он поддержал мою дурацкую идею и даже начал искать подходящий нож.

Чеширка зашевелилась и приоткрыла вначале один глаз, а потом и второй:
– Вы что, собрались разводить открытый огонь на столе?

Мы синхронно кивнули, а Чеширка, успевшая подняться на лапы, снова упала в обморок.

Я осторожно тыкнула кончиком пальца в пушистый бок:
– Критикуешь – предлагай. И вообще, вставай. У призраков инфарктов и обмороков не бывает, а настоящие кошки не падают навзничь, как люди.

Чеширка мягко перетекла из лежачего положения в сидящее и обвила хвостом свои лапки:
– Я не призрак.

– А кто?

– Я? Онаджимина.

– Ой, а я тебя Чеширкой назвала...

Кошка в очередной раз окатила меня волной презрения, грозящей перерасти в цунами:
– Ты дала мне имя. На него и откликаюсь, – коротко ответила Чеширка и прошлась по столу.

– И что такое онаджимина?

– Подумай, покопайся в себе и поймёшь. Сама призвала, восстановила, а теперь спрашивает. Смешная.

Окончательно перестав что-либо соображать, я опустилась на скрипучий стул:
– Когда призвала?

– Когда падала. И я сразу пришла.

Пытаясь сложить разрозненные кусочки воспоминаний в целую картинку, я чуть пошевелилась и поняла, что зря. Разъезжающиеся ножки стула чётко дали понять, что этот конь не только не годится для родео, но и свои лучшие годы отжил ещё столетие назад как минимум.

– Когда я падала, никого не призывала! Мне кажется, что несмотря на моё воспитание, даже материлась в тот момент от страха. Однако сомневаюсь, что обсценной лексикой можно кого-то призвать, кроме нечисти. – Погоди, ты что – демон?!

От неожиданности Чеширка плюхнулась на пятую точку, а Рикман с опасением взглянул на кошку и отплыл подальше, прихватив с собой мешочек с заваркой.

Кошка тут же засуетилась, поглядывая то на призрака, то на меня:
– Не демон я, не демон! С чего вы это взяли?!

Я попыталась вспомнить, что принято делать, чтобы изгнать злого духа или демона, но, как назло, ничего в голову не лезло. Хотя в своё время прочла много книг, посвящённых всяким верованиям, приметам и фольклору в целом. Если что-то в памяти и всплывало, то больше из средневековой инквизиции. Шерсть на кошке встала дыбом, и она засуетилась ещё больше, отскакивая от меня подальше.

– А вот этого не надо! Не шути так!

– Я и не шучу. Объясни, пожалуйста, по-нормальному, кто ты такая!

Но Чеширка, кажется, испугалась настолько, что предпочла попросту исчезнуть. Не пойму, чего она так испугалась? Я ведь просто пыталась представить, как она исчезает, если сложить пальцы и изобразить крест.

– Кажется, она на этот раз совсем ушла, мисс Алиса, – тихонько произнёс Рикман, возвращаясь к столу.