Наследница проклятого острова

Капитула четвёртая, волнительная

Следующие три дня я отъедалась и отсыпалась. Корабль шёл уверенным курсом на Аллора́н, капитан Эдда́р был обаятелен и учтив, разрешил пользоваться своей библиотекой и оберегал меня от ненужного внимания команды.

Их всех, конечно, удивило количество еды, которую я оказалась способна поглотить, но что поделать — после оборота человеческий облик исхудал окончательно, гайрона вытянула все запасы и соки.

В каюту постучали, как раз когда я приканчивала печеньку с манго́ром. Сочетание нежной жёлтой фруктовой мякоти и ро́йсового теста — божественно! Я съела уже целую коробку этого печенья и искренне надеялась, что у капитана припасён ещё ящик.

— Зайта Инор? Вы позволите? — раздался незнакомый голос.

Слезла с постели и распахнула дверь, за ней стоял бородатый мужчина в возрасте, я уже видела его на корабле, но мы пока не были представлены.

— Приветствую, — поздоровалась я.

— И я вас, — кивнул он. — Позвольте представиться, корабельный лекарь зайтан Синату́р. Я хотел бы вас осмотреть.

Подобное не входило в мои планы, и пришлось лихорадочно соображать, как избавиться от такой акульей услуги, но в голову ничего не пришло, поэтому мы с зайтаном лекарем неловко замерли друг напротив друга под гнётом непозволительно долгой паузы.

— Не беспокойтесь, зайта, всё обнаруженное при осмотре останется строго между нами. Я просто хочу убедиться, что вы здоровы и не представляете опасности для экипажа.

Вот тут он меня действительно удивил. Я, конечно, вполне могла представлять опасность для экипажа, но ему-то об этом откуда знать? Гайрону во мне сходу не определить — этому мешает подаренный бабушкой кулон. А болезней у меня никаких нет. Вроде бы.

Лекарь переминался с ноги на ногу, но уходить явно не планировал.

— Хорошо, — сдалась я.

Отказаться от осмотра врача — вызвать лишние подозрения. Лучше договориться. Лекарь запер за собой дверь, подставил к постели стул и жестом попросил меня сесть на кровать.

— Скажите, есть ли у вас какие-либо жалобы? Крутит живот? Бывает ли тошнота?

— Нет, ничего подобного.

— Позвольте вашу руку, — целитель наложил на меня диагностический аркан, и его глаза увеличились в размерах.

— Да вы гайрона!

— Доктор, прошу вас, — тихо проговорила я. — Видите ли, гайрона я не совсем полноценная. Оборачиваться не умею, хотя крови во мне довольно много. Предпочитаю считать себя человеком.

Это, конечно, ложь, но не совсем уж огульная. Моя мама — полукровка, и перекидываться не могла. Но зверь отца выбрал её, а на потомстве это никак не сказалось, все мы получились полноценными. Тут никогда не угадаешь, как лягут вероятности: у двух гайронов может родиться слабенький смесок, а у гайрона с человеческой магессой — сильнейший гайрон. У всех нас есть больша́я доля человеческой крови, так что потомство — игра в лотерею. И лучше слушать зверя и соблюдать ритуал, чем идти против природы и выбирать партнёра человеческой ипостасью.

— Что ж, а в ком её нет? — согласился пожилой целитель с отливающей голубоватым сединой. — А в остальном вы здоровы. И никаких глистов! Зря мы беспокоились.

Я вытаращилась на лекаря, переваривая информация. С чего они беспокоились, что у меня глисты? Сначала не поняла. А потом как поняла! Краска стыда мгновенно залила лицо, кожу запекло, а дыхание сбилось. Я так много ела, что они подумали, что у меня глисты, и прислали лекаря. Вы только посмотрите, какая забота!

— Ох, простите, вышло несколько бестактно, — смутился вдруг зайтан Синату́р. — Но я очень рад, что вы просто молодая здоровая зайта с отменным аппетитом. Я распоряжусь, чтобы вас не ограничивали в питании. Вы достаточно сильно истощены, и это нужно исправлять.

— Меня мачеха… не кормила, — выдавила я, сгорая от стыда.

— Что же, это всё объясняет. Но поймите правильно: такой аппетит при подобной худобе — дело подозрительное с медицинской точки зрения. Ах да, я рекомендую вам пока что воздержаться от применения магии. У вас довольно слабые магические каналы при очень большом резерве. Вы рискуете выжечь их, если будете плести арканы. Необходимо время для их укрепления, обычно в вашем возрасте таких проблем уже нет, чаще всего они возникают сильно раньше, если резерв формируется быстрее, чем магические протоки. Но годам к двенадцати-тринадцати эта проблема уже уходит. А вам уже почти шестнадцать, не так ли?

— Да, верно.

Я прекрасно понимала, о чём он говорит. Блокираторы на меня надели в одиннадцать лет, видимо, невозможность колдовать и нарушила процесс развития магических каналов. Это не просто плохая новость, а отвратительная. Хорошо, что лекарь решил меня осмотреть, прежде чем я по незнанию выжгла свою способность чаровать.

— Что вы рекомендуете?

— Полный магический покой, это раз. Я сделаю для вас особую микстуру, это два. Постарайтесь не нервничать, это три. Тревожность всегда плохо отражается на способностях.

Не нервничать — это отличный совет, если учесть моё положение и возможные перспективы. Просто шикарный.

— Благодарю за ваше участие и буду рада соблюдать рекомендации, — ответила я и одарила лекаря улыбкой.